749 цитат «Познавательные цитаты» для размышлений

Подборка «Познавательные цитаты»: 749 проверенных временем высказываний, которые не оставят равнодушным.

1. «

   Человеку свойственно искать радость, это – неназванный биологический инстинкт выживания.

   Человеку свойственно искать радость, это – неназванный биологический инстинкт выживания.

   — Наталья Бехтерева · книга
2. «

   Драконам не нужна победа. Это слишком эфемерная мера. Дракон если дерется, то либо за свою жизнь, либо за чужую. И неважно – забрать ее или сохранить. Запомни, Александрит: драконы редко дерутся на полную мощь. Некоторые никогда так и не познают всей своей силы, но и малая толика ее должна нести смерть. В битве за жизнь дракону не нужно оружие. Нет, не буду говорить тебе такую банальность, типа «он сам по себе оружие». Это не так. Но зачем оружие тому, кто и есть сама жизнь, кто есть сама смерть? Истинная сила дракона подобна кончику стрелы, пущенной в самое сердце.

   Драконам не нужна победа. Это слишком эфемерная мера. Дракон если дерется, то либо за свою жизнь, либо за чужую. И неважно – забрать ее или сохранить. Запомни, Александрит: драконы редко дерутся на полную мощь. Некоторые никогда так и не познают всей своей силы, но и малая толика ее должна нести смерть. В битве за жизнь дракону не нужно оружие. Нет, не буду говорить тебе такую банальность, типа «он сам по себе оружие». Это не так. Но зачем оружие тому, кто и есть сама жизнь, кто есть сама смерть? Истинная сила дракона подобна кончику стрелы, пущенной в самое сердце.

   — Светлана Жданова · книга
3. «

   Когда я вижу, как люди делают что-то так, как это делалось всегда, так, как это «положено» делать, идут по одной и той же протоптанной тропинке, даже не пытаясь свернуть в сторону — что ж, для меня это верный признак того, что с ними не стоит иметь дела.

   Когда я вижу, как люди делают что-то так, как это делалось всегда, так, как это «положено» делать, идут по одной и той же протоптанной тропинке, даже не пытаясь свернуть в сторону — что ж, для меня это верный признак того, что с ними не стоит иметь дела.

   — Марк Кубан
4. «

   Расизм – это способ запугивания окружающих и усиления самоидентификации в ущерб другим людям: кто бы ты ни был, ты не такой, как мы.

   Расизм – это способ запугивания окружающих и усиления самоидентификации в ущерб другим людям: кто бы ты ни был, ты не такой, как мы.

   — Адам Резерфорд · книга
5. «

   Недавняя кровопролитная война, названная каким-то трубадуром «Войной роз», продолжалась так долго, ее фракции менялись так часто, сопровождаясь взлетами и падениями тех, кто называл себя королем, что титулы и поместья переходили из рук в руки много раз. Человеку, сидящему на престоле сегодня, восхваляемому как лорд и одетому в бархат, подбитый горностаем, могла быть назначена встреча с палачом назавтра. Мало кому удавалось умереть в своей постели.

   Недавняя кровопролитная война, названная каким-то трубадуром «Войной роз», продолжалась так долго, ее фракции менялись так часто, сопровождаясь взлетами и падениями тех, кто называл себя королем, что титулы и поместья переходили из рук в руки много раз. Человеку, сидящему на престоле сегодня, восхваляемому как лорд и одетому в бархат, подбитый горностаем, могла быть назначена встреча с палачом назавтра. Мало кому удавалось умереть в своей постели.

   — Дженнифер Блейк · книга
6. «

   Хорошей популярной музыки не становится больше. Ну, сингл здесь, сингл там — достойную песню можно найти в любое время, но альбомы нынешние поп-музыканты писать разучились.

   Хорошей популярной музыки не становится больше. Ну, сингл здесь, сингл там — достойную песню можно найти в любое время, но альбомы нынешние поп-музыканты писать разучились.

   — Эдриан Тоус (Tricky)
7. «

   Любовь не что иное, как самый совершенный, безошибочный эволюционный механизм, который позволяет выживать человеку как виду.

   Любовь не что иное, как самый совершенный, безошибочный эволюционный механизм, который позволяет выживать человеку как виду.

   — Сью Джонсон · книга
8. «

   Возможно, все мы испытываем извращенную потребность приблизиться к тому, что может нас уничтожить.

   Возможно, все мы испытываем извращенную потребность приблизиться к тому, что может нас уничтожить.

   — Джоджо Мойес · книга
9. «

   ... Акушерство так же непредсказуемо, как поведение породистого жеребца. Сейчас он — само спокойствие, а через две минуты может, испугавшись ёжика, подняться в галоп.

   ... Акушерство так же непредсказуемо, как поведение породистого жеребца. Сейчас он — само спокойствие, а через две минуты может, испугавшись ёжика, подняться в галоп.

   — Татьяна Соломатина · книга
10. «

    Перестаньте уже общаться с теми, кто вас не понимает и не поддерживает, такие люди только ограничивают вашу свободу.

    Перестаньте уже общаться с теми, кто вас не понимает и не поддерживает, такие люди только ограничивают вашу свободу.
11. «

    ...смех — это стиль американской жизни.... Американцы смеются и беспрерывно показывают зубы не потому, что произошло что-то смешное, а потому, что смеяться – это их стиль.

    ...смех — это стиль американской жизни.... Американцы смеются и беспрерывно показывают зубы не потому, что произошло что-то смешное, а потому, что смеяться – это их стиль.

    — Илья Ильф · книга
12. «

    Если вы творите без публики – вы не получаете необходимые энергию и поддержку. Когда вы собираете людей вместе, вы создаете мощнейшее энергетическое поле.

    Если вы творите без публики – вы не получаете необходимые энергию и поддержку. Когда вы собираете людей вместе, вы создаете мощнейшее энергетическое поле.

    — Марина Абрамович
13. «

    Так я и говорю: никакой этой самой контрреволюции в моих словах нет. В них здравый смысл и жизненная опытность.

    Так я и говорю: никакой этой самой контрреволюции в моих словах нет. В них здравый смысл и жизненная опытность.

    — профессор Филипп Филиппович Преображенский · фильм
14. «

    Скажу страшную вещь: науки политологии не существует. Политологами назвали себя капээсэсники, специалисты по истории КПСС. Они себя переименовали и все. А теперь это, видишь ли, наука.

    Скажу страшную вещь: науки политологии не существует. Политологами назвали себя капээсэсники, специалисты по истории КПСС. Они себя переименовали и все. А теперь это, видишь ли, наука.

    — Наталья Ивановна Басовская
15. «

    Сексизм и гомофобия рождаются от страха перед женственностью. Некоторые считают это слабостью. Мы должны изменить такое определение, дать понять, что женственность — знак силы.

    Сексизм и гомофобия рождаются от страха перед женственностью. Некоторые считают это слабостью. Мы должны изменить такое определение, дать понять, что женственность — знак силы.

    — Джессика Честейн
16. «

    В смысле признания самым большим переживанием для меня была не Нобелевская премия, а тот момент, когда я, ещё в России, узнал, что моя книжка выходит в издательстве «Пингвин» с предисловием Одена.

    В смысле признания самым большим переживанием для меня была не Нобелевская премия, а тот момент, когда я, ещё в России, узнал, что моя книжка выходит в издательстве «Пингвин» с предисловием Одена.

    — Иосиф Александрович Бродский
17. «

    Росс утверждает, что единственный способ излечиться от одного мужчины – это другой мужчина.

    Росс утверждает, что единственный способ излечиться от одного мужчины – это другой мужчина.

    — Фей Уэлдон · книга
18. «

    Исследованиями доказано, что у нарциссов меньше серого вещества в зонах мозга, отвечающих за эмпатию. Их мало трогают чужие страдания.

    Исследованиями доказано, что у нарциссов меньше серого вещества в зонах мозга, отвечающих за эмпатию. Их мало трогают чужие страдания.

    — Шахида Араби
19. «

    Часто оказывалось, что спасались те, кто спасал других — стоял в очередях, добывал дрова, ухаживал, жертвовал коркой хлеба, кусочком сахара… Не всегда, но часто. Сострадание и милосердие — это типичные чувства блокадной жизни. Конечно, и спасатели умирали, но поражало меня то, как им помогала душа не расчеловечиваться. Как люди, кто остался в городе и не принимал участия в военных действиях, смогли остаться людьми. Когда мы писали «Блокадную книгу», мы задавались вопросом — как же так, ведь немцы знали о том, что происходит в городе, от перебежчиков, от разведки. Они знали об этом кошмаре, об ужасах не только голода, — от всего, что происходило. Но они продолжали ждать. Ждали 900 дней. Ведь воевать с солдатами — это да, война — это солдатское дело. Но здесь голод воевал вместо солдат. Я, будучи на переднем крае, долго не мог простить немцев за это. Я возненавидел немцев не только как противников, солдат вермахта, но и как тех, кто вопреки всем законам воинской чести, солдатского достоинства, офицерских традиций уничтожал людей. Я понимал, что война — это всегда грязь, кровь, — любая война... Наша армия несла огромные потери — до трети личного состава. <...> Вы знаете, существует такое сакральное пространство. Когда человек возвращается в сострадание и духовность. В конечном счёте всегда торжествует не сила, а справедливость и правда. И это чудо победы, любовь к жизни, к человеку...

    Часто оказывалось, что спасались те, кто спасал других — стоял в очередях, добывал дрова, ухаживал, жертвовал коркой хлеба, кусочком сахара… Не всегда, но часто. Сострадание и милосердие — это типичные чувства блокадной жизни. Конечно, и спасатели умирали, но поражало меня то, как им помогала душа не расчеловечиваться. Как люди, кто остался в городе и не принимал участия в военных действиях, смогли остаться людьми. Когда мы писали «Блокадную книгу», мы задавались вопросом — как же так, ведь немцы знали о том, что происходит в городе, от перебежчиков, от разведки. Они знали об этом кошмаре, об ужасах не только голода, — от всего, что происходило. Но они продолжали ждать. Ждали 900 дней. Ведь воевать с солдатами — это да, война — это солдатское дело. Но здесь голод воевал вместо солдат. Я, будучи на переднем крае, долго не мог простить немцев за это. Я возненавидел немцев не только как противников, солдат вермахта, но и как тех, кто вопреки всем законам воинской чести, солдатского достоинства, офицерских традиций уничтожал людей. Я понимал, что война — это всегда грязь, кровь, — любая война... Наша армия несла огромные потери — до трети личного состава. <...> Вы знаете, существует такое сакральное пространство. Когда человек возвращается в сострадание и духовность. В конечном счёте всегда торжествует не сила, а справедливость и правда. И это чудо победы, любовь к жизни, к человеку...

    — Даниил Гранин
20. «

    Вместо злата и жемчуга с янтарем Мы другое богатство себе изберем: Сбрось наряды, прикрой свое тело старьем, Но и в жалких лохмотьях останься царем!

    Вместо злата и жемчуга с янтарем Мы другое богатство себе изберем: Сбрось наряды, прикрой свое тело старьем, Но и в жалких лохмотьях останься царем!

    — Омар Хайям