117 лучших цитат из книги «Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей). Книга занимательных историй»

Собрали 117 цитат из книги «Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей). Книга занимательных историй» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Некто сказал: — Человек молчит — разум спит, человек говорит — разум бодрствует. Когда то и другое в меру — разум достоин похвалы. Отсюда следует, что и бодрствование, и сон, и молчание, и разговор — все должно идти на пользу человеку.

   Некто сказал: — Человек молчит — разум спит, человек говорит — разум бодрствует. Когда то и другое в меру — разум достоин похвалы. Отсюда следует, что и бодрствование, и сон, и молчание, и разговор — все должно идти на пользу человеку.
2. «

   Некто рассказывал: — Однажды я потерял лошадь и пошел искать ее по степи. Сильно проголодавшись и истомившись от жажды, я вошел в ближайшее селение. В одном из домов я заметил молодую, очень красивую женщину. Я попросил у нее кусок хлеба. Она мне сказала: «Садись, я накормлю тебя обедом». Когда я сел, вошел ее муж и стал попрекать ее: «Разве для того я на тебе женился, чтобы ты готовила обед для чужих?» Затем он обратился ко мне: «Убирайся отсюда подальше!» Сильно обидевшись, я пошел в соседнее селение. Там я встретил молодого, очень красивого мужчину и попросил у него хлеба. Он мне сказал: «Окажи мне честь и посети мой дом, я накормлю тебя обедом». И мы пошли вдвоем и скоро дошли до дверей его дома. Тут появилась жена этого человека, и он сказал ей: «На улице я встретил прохожего и пригласил его к нам на обед». Она ему ответила: «Разве для того я вышла за тебя замуж, чтобы ты приводил домой бедняков?» Разозлившись, она захлопнула дверь перед моим носом. Пораженный поведением этой женщины, столь схожим с поведением мужчины из того селения, я громко рассмеялся. И когда молодой человек спросил, почему я смеюсь, я рассказал ему, что случилось со мной в соседнем селении. Когда я ему точно обрисовал, как выглядит эта женщина и дом, в котором она живет, он мне сказал: «Удивительная история! Ведь эта женщина приходится мне сестрой, а ее муж — брат моей жены».

   Некто рассказывал: — Однажды я потерял лошадь и пошел искать ее по степи. Сильно проголодавшись и истомившись от жажды, я вошел в ближайшее селение. В одном из домов я заметил молодую, очень красивую женщину. Я попросил у нее кусок хлеба. Она мне сказала: «Садись, я накормлю тебя обедом». Когда я сел, вошел ее муж и стал попрекать ее: «Разве для того я на тебе женился, чтобы ты готовила обед для чужих?» Затем он обратился ко мне: «Убирайся отсюда подальше!» Сильно обидевшись, я пошел в соседнее селение. Там я встретил молодого, очень красивого мужчину и попросил у него хлеба. Он мне сказал: «Окажи мне честь и посети мой дом, я накормлю тебя обедом». И мы пошли вдвоем и скоро дошли до дверей его дома. Тут появилась жена этого человека, и он сказал ей: «На улице я встретил прохожего и пригласил его к нам на обед». Она ему ответила: «Разве для того я вышла за тебя замуж, чтобы ты приводил домой бедняков?» Разозлившись, она захлопнула дверь перед моим носом. Пораженный поведением этой женщины, столь схожим с поведением мужчины из того селения, я громко рассмеялся. И когда молодой человек спросил, почему я смеюсь, я рассказал ему, что случилось со мной в соседнем селении. Когда я ему точно обрисовал, как выглядит эта женщина и дом, в котором она живет, он мне сказал: «Удивительная история! Ведь эта женщина приходится мне сестрой, а ее муж — брат моей жены».
3. «

   Один мудрец сказал: — Рана от копья быстро заживает, но ранение, причиненное словом, неизлечимо.

   Один мудрец сказал: — Рана от копья быстро заживает, но ранение, причиненное словом, неизлечимо.
4. «

   Платон говаривал: — Глупца легко узнать по двум признакам: он всегда говорит так, что в его словах нет для него никакой пользы; он всегда отвечает невпопад.

   Платон говаривал: — Глупца легко узнать по двум признакам: он всегда говорит так, что в его словах нет для него никакой пользы; он всегда отвечает невпопад.
5. «

   Мудрец сказал: — Не презирай человека, если его внешность неприглядна и он ходит в скромных, черных одеяниях. Возможно, в нем заключены, сокрытые от глаз твоих, такие достоинства, о которых ты и не подозреваешь.

   Мудрец сказал: — Не презирай человека, если его внешность неприглядна и он ходит в скромных, черных одеяниях. Возможно, в нем заключены, сокрытые от глаз твоих, такие достоинства, о которых ты и не подозреваешь.
6. «

   Богач спросил у отшельника: — Почему на твоем лице всегда радостное выражение, как будто ты ведешь жизнь, полную удовольствий? Аскет ответил: — Так и должно быть. Мне подобает радоваться и ликовать, а тебе — стонать и плакать. Ведь для тебя с окончанием жизни кончаются дни наслаждений, для меня же с окончанием жизни кончаются земные страдания.

   Богач спросил у отшельника: — Почему на твоем лице всегда радостное выражение, как будто ты ведешь жизнь, полную удовольствий? Аскет ответил: — Так и должно быть. Мне подобает радоваться и ликовать, а тебе — стонать и плакать. Ведь для тебя с окончанием жизни кончаются дни наслаждений, для меня же с окончанием жизни кончаются земные страдания.
7. «

   Аристотель говорил: — С того момента, как жизненная сила души нашла свое отражение в теле, душа и тело сроднились между собой. Они взаимно влияют друг на друга. Особенно влияет душа на тело в минуты гнева, страсти, печали. Те чувства, которые утаивает душа, тело выражает открыто. А наблюдая за телодвижениями и выражением лица, мы можем проследить за душевными переживаниями. В этом и заключается искусство физиономистов. В их распоряжении имеются признаки троякого рода: 1. Можно наблюдать некоторое сходство и сравнивать человеческую внешность с внешностью животных. Можно также, подмечая движения животных, проводить аналогию с движениями людей. 2. Можно устанавливать сходство между отдельным человеком и представителями различных рас и народностей — эфиопов, индийцев, хеттов и других. Подмечая черты, роднящие отдельного человека с характерными признаками разных народов, мы не ошибемся, определяя его характер. 3. Можно сравнивать лицо человека в спокойном состоянии с таким, каким оно бывает во время гнева, или во время испуга, или во время страсти. И по отдельным признакам можно утверждать без риска впасть в ошибку, что данный человек по натуре вспыльчив, труслив, похотлив. Искусство физиономиста требует тонкой наблюдательности и глубокого ума, умения анализировать и помощи Всевышнего — да прославится имя Его! И тот, кто хочет чистым светочем знания обогатить свой ум, должен изучить три основы учения физиономистов. Подобно тому как яркий солнечный свет дает нам возможность видеть земные предметы, а без него ни один глаз ничего не увидит, так и без знания физиономистики никто не сможет по внешности определить характер человека.

   Аристотель говорил: — С того момента, как жизненная сила души нашла свое отражение в теле, душа и тело сроднились между собой. Они взаимно влияют друг на друга. Особенно влияет душа на тело в минуты гнева, страсти, печали. Те чувства, которые утаивает душа, тело выражает открыто. А наблюдая за телодвижениями и выражением лица, мы можем проследить за душевными переживаниями. В этом и заключается искусство физиономистов. В их распоряжении имеются признаки троякого рода: 1. Можно наблюдать некоторое сходство и сравнивать человеческую внешность с внешностью животных. Можно также, подмечая движения животных, проводить аналогию с движениями людей. 2. Можно устанавливать сходство между отдельным человеком и представителями различных рас и народностей — эфиопов, индийцев, хеттов и других. Подмечая черты, роднящие отдельного человека с характерными признаками разных народов, мы не ошибемся, определяя его характер. 3. Можно сравнивать лицо человека в спокойном состоянии с таким, каким оно бывает во время гнева, или во время испуга, или во время страсти. И по отдельным признакам можно утверждать без риска впасть в ошибку, что данный человек по натуре вспыльчив, труслив, похотлив. Искусство физиономиста требует тонкой наблюдательности и глубокого ума, умения анализировать и помощи Всевышнего — да прославится имя Его! И тот, кто хочет чистым светочем знания обогатить свой ум, должен изучить три основы учения физиономистов. Подобно тому как яркий солнечный свет дает нам возможность видеть земные предметы, а без него ни один глаз ничего не увидит, так и без знания физиономистики никто не сможет по внешности определить характер человека.
8. «

   Один мудрец сказал: — Умный человек в поисках средств к жизни готов отправиться в дальние края, на все четыре стороны; глупый же ищет себе пропитание только в том месте, где отец его родил.

   Один мудрец сказал: — Умный человек в поисках средств к жизни готов отправиться в дальние края, на все четыре стороны; глупый же ищет себе пропитание только в том месте, где отец его родил.
9. «

   Мудрец сказал: — Большой порок юности — упрямство — приводит иногда в зрелые годы к большому достоинству — стойкости.

   Мудрец сказал: — Большой порок юности — упрямство — приводит иногда в зрелые годы к большому достоинству — стойкости.
10. «

    У священника украли евангелие в золотом переплете. И поднялся он на амвон, и увещевал вора, и грозил предать его анафеме. Заметив, что все прихожане плачут вместе с ним и вместе с ним призывают на голову вора божью кару, священник сказал: — Здесь собрались все жители селения, все мужчины, женщины и дети, и все рыдают. Но если слезы ваши искренни, кто же все-таки украл евангелие?

    У священника украли евангелие в золотом переплете. И поднялся он на амвон, и увещевал вора, и грозил предать его анафеме. Заметив, что все прихожане плачут вместе с ним и вместе с ним призывают на голову вора божью кару, священник сказал: — Здесь собрались все жители селения, все мужчины, женщины и дети, и все рыдают. Но если слезы ваши искренни, кто же все-таки украл евангелие?
11. «

    Гиппократ сказал: — У женщины лишь два верных защитника: ее муж и ее гроб.

    Гиппократ сказал: — У женщины лишь два верных защитника: ее муж и ее гроб.
12. «

    Некий правитель сказал: — О, если бы люди знали, как мне приятно прощать провинившихся, то, вероятно, в моем государстве не было бы ни одного человека, который не совершил бы какого-нибудь проступка.

    Некий правитель сказал: — О, если бы люди знали, как мне приятно прощать провинившихся, то, вероятно, в моем государстве не было бы ни одного человека, который не совершил бы какого-нибудь проступка.
13. «

    Некто сказал Сократу: — Мне очень тебя жаль, ты ведь так беден! — Если бы ты мог почувствовать ту радость жизни, которая доступна лишь беднякам и которой ты лишен, то жалел бы себя, а не меня, — ответил философ.

    Некто сказал Сократу: — Мне очень тебя жаль, ты ведь так беден! — Если бы ты мог почувствовать ту радость жизни, которая доступна лишь беднякам и которой ты лишен, то жалел бы себя, а не меня, — ответил философ.
14. «

    Один отшельник сказал: — Какое может быть сравнение между теми, от которых сей мир убегает и кому его вожделенные блага не даются в руки, хотя эти люди из кожи лезут вон, чтобы овладеть ими, — и теми, кто пребывает в вечном блаженстве, хотя они убегают от мира сего?!

    Один отшельник сказал: — Какое может быть сравнение между теми, от которых сей мир убегает и кому его вожделенные блага не даются в руки, хотя эти люди из кожи лезут вон, чтобы овладеть ими, — и теми, кто пребывает в вечном блаженстве, хотя они убегают от мира сего?!
15. «

    Бузурджмихра спросили: — Кто лишен недостатков? — Лишь тот, кто бессмертен, — ответил он.

    Бузурджмихра спросили: — Кто лишен недостатков? — Лишь тот, кто бессмертен, — ответил он.
16. «

    Один мудрец сказал: — Членов семьи можно уподобить моли, пожирающей имущество человека.

    Один мудрец сказал: — Членов семьи можно уподобить моли, пожирающей имущество человека.
17. «

    Волк, лиса и лев решили охотиться сообща. Дела пошли у них хорошо — они поймали козу, оленя и зайца. — Дели добычу, — обратился лев к волку. — Только по справедливости. — Хорошо, — согласился волк. — Козу, я полагаю, надо отдать тебе, зайца — лисе, а себе я возьму оленя. Услышав это, лев разгневался и растерзал волка. — Теперь дели ты, — сказал он, обращаясь к лисе. — Только по справедливости. — С удовольствием, — сказала лиса. — Пусть коза будет тебе на завтрак, заяц — на обед, а олень — на ужин. — Вот это правильно, — сказал лев. — Кто научил тебя так хорошо делить? — Лежащий возле тебя растерзанный волк, о мой повелитель! — ответила лиса.

    Волк, лиса и лев решили охотиться сообща. Дела пошли у них хорошо — они поймали козу, оленя и зайца. — Дели добычу, — обратился лев к волку. — Только по справедливости. — Хорошо, — согласился волк. — Козу, я полагаю, надо отдать тебе, зайца — лисе, а себе я возьму оленя. Услышав это, лев разгневался и растерзал волка. — Теперь дели ты, — сказал он, обращаясь к лисе. — Только по справедливости. — С удовольствием, — сказала лиса. — Пусть коза будет тебе на завтрак, заяц — на обед, а олень — на ужин. — Вот это правильно, — сказал лев. — Кто научил тебя так хорошо делить? — Лежащий возле тебя растерзанный волк, о мой повелитель! — ответила лиса.
18. «

    Один отшельник говаривал, что монах любит тишину своей кельи не потому, что он презирает людей, пренебрегает ими и удалился, дабы не встречаться с ними. Он делает это из-за сладких плодов, которые приносит уединение, а именно: он не должен утруждать свои руки работой, свои глаза — лицезрением людей и свои уши — их пустыми разговорами.

    Один отшельник говаривал, что монах любит тишину своей кельи не потому, что он презирает людей, пренебрегает ими и удалился, дабы не встречаться с ними. Он делает это из-за сладких плодов, которые приносит уединение, а именно: он не должен утруждать свои руки работой, свои глаза — лицезрением людей и свои уши — их пустыми разговорами.
19. «

    Один отшельник написал своему другу отшельнику письмо, в котором попросил объяснить ему, чему можно уподобить сей мир и мир грядущий. Тот ему ответил: «Сей мир подобен сну, а мир грядущий подобен бодрствованию. В снах, как известно, мы имеем дело с кратковременными явлениями, которые трудно уловимы из-за своей иллюзорности. И когда мы просыпаемся, то сразу убеждаемся, что все нами пережитое было призрачным».

    Один отшельник написал своему другу отшельнику письмо, в котором попросил объяснить ему, чему можно уподобить сей мир и мир грядущий. Тот ему ответил: «Сей мир подобен сну, а мир грядущий подобен бодрствованию. В снах, как известно, мы имеем дело с кратковременными явлениями, которые трудно уловимы из-за своей иллюзорности. И когда мы просыпаемся, то сразу убеждаемся, что все нами пережитое было призрачным».
20. «

    — Какое из неразумных животных самое красивое? — спросили Сократа. — Женщина, — ответил он, имея в виду присущую женщинам глупость.

    — Какое из неразумных животных самое красивое? — спросили Сократа. — Женщина, — ответил он, имея в виду присущую женщинам глупость.