45 цитат из книги «Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей). Книга занимательных историй» для размышлений

Собрали 45 цитат из книги «Абу-ль-Фарадж ибн Гарун (Григорий Бар-Эбрей). Книга занимательных историй» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Одного отшельника спросили: — Почему ты с такой лёгкостью отказался от всех благ земной жизни? Отшельник ответил: — Я знаю, что смерть насильно отняла бы у меня все блага жизни, поэтому предпочёл отказаться от них добровольно.

   Одного отшельника спросили: — Почему ты с такой лёгкостью отказался от всех благ земной жизни? Отшельник ответил: — Я знаю, что смерть насильно отняла бы у меня все блага жизни, поэтому предпочёл отказаться от них добровольно.
2. «

   Мудрец сказал: — Душа, в которой отсутствует мудрость, мертва. Но если обогатить ее учением — она оживает, подобно заброшенной земле, на которую пролился дождь.

   Мудрец сказал: — Душа, в которой отсутствует мудрость, мертва. Но если обогатить ее учением — она оживает, подобно заброшенной земле, на которую пролился дождь.
3. «

   Один лекарь, желая убедить собеседника в сложности врачебного искусства, говаривал: — Жизнь коротка, а чтобы овладеть врачебным искусством, необходимо много времени. У постели больного нужно действовать быстро, эксперимент связан с большим риском, и принимать окончательное решение очень трудно.

   Один лекарь, желая убедить собеседника в сложности врачебного искусства, говаривал: — Жизнь коротка, а чтобы овладеть врачебным искусством, необходимо много времени. У постели больного нужно действовать быстро, эксперимент связан с большим риском, и принимать окончательное решение очень трудно.
4. «

   Царю Хосрову был задан вопрос: — Кому из людей ты пожелал бы в первую очередь поумнеть? Он ответил: — Моим врагам. Замечено, что умные, замыслив злое, очень редко выступают в поход. Глупых же ничто не останавливает от безрассудных поступков.

   Царю Хосрову был задан вопрос: — Кому из людей ты пожелал бы в первую очередь поумнеть? Он ответил: — Моим врагам. Замечено, что умные, замыслив злое, очень редко выступают в поход. Глупых же ничто не останавливает от безрассудных поступков.
5. «

   Ануширван сказал: — Безделие возбуждает праздные мысли, а праздные мысли возбуждают беспокойство.

   Ануширван сказал: — Безделие возбуждает праздные мысли, а праздные мысли возбуждают беспокойство.
6. «

   Некто сказал: — Избегай многословия, ибо оно подобно большому пространству, на котором лежит множество камней преткновения.

   Некто сказал: — Избегай многословия, ибо оно подобно большому пространству, на котором лежит множество камней преткновения.
7. «

   Мудрец сказал: — Коварный человек подобен обнаженному мечу: внешний вид его привлекателен, но малейшая неосторожность в обращении с ним грозит увечьем.

   Мудрец сказал: — Коварный человек подобен обнаженному мечу: внешний вид его привлекателен, но малейшая неосторожность в обращении с ним грозит увечьем.
8. «

   Отшельника, поселившегося на кладбище, как-то спросили: — Что ты здесь делаешь? — Я изучаю останки мертвецов, — ответил отшельник. — Хочу найти хоть какое-нибудь отличие в строении тела правителей и их рабов, но безуспешно. Они не отличаются друг от друга, они совершенно одинаковы.

   Отшельника, поселившегося на кладбище, как-то спросили: — Что ты здесь делаешь? — Я изучаю останки мертвецов, — ответил отшельник. — Хочу найти хоть какое-нибудь отличие в строении тела правителей и их рабов, но безуспешно. Они не отличаются друг от друга, они совершенно одинаковы.
9. «

   — Какого дурака можно считать неисправимым? — спросили одного философа. — Такого, который дважды спотыкается на одном и том же месте, — ответил он.

   — Какого дурака можно считать неисправимым? — спросили одного философа. — Такого, который дважды спотыкается на одном и том же месте, — ответил он.
10. «

    Диоген однажды заметил незаконнорожденного мальчишку, швырявшего камни в прохожих. — Прекрати баловство, — сказал ему философ. — Ты можешь нечаянно угодить камнем в собственного отца.

    Диоген однажды заметил незаконнорожденного мальчишку, швырявшего камни в прохожих. — Прекрати баловство, — сказал ему философ. — Ты можешь нечаянно угодить камнем в собственного отца.
11. «

    Один мудрец сказал: — Всякого, кто говорит, что он презирает богатство, я считаю лгуном, пока он не представит мне убедительных доказательств своей правоты. Когда же я удостоверюсь в истинности его слов, тогда я с уверенностью скажу, что он дурак.

    Один мудрец сказал: — Всякого, кто говорит, что он презирает богатство, я считаю лгуном, пока он не представит мне убедительных доказательств своей правоты. Когда же я удостоверюсь в истинности его слов, тогда я с уверенностью скажу, что он дурак.
12. «

    Царь Арташир сказал: — Религия — фундамент мира, а правитель — его страж. Строение без крепкого фундамента быстро разрушается, дом, не имеющий сторожа, подвергается опасности грабежа.

    Царь Арташир сказал: — Религия — фундамент мира, а правитель — его страж. Строение без крепкого фундамента быстро разрушается, дом, не имеющий сторожа, подвергается опасности грабежа.
13. «

    Однажды правитель Ануширван издал приказ, запрещавший есть те блюда, которые он сам ест, и пить те напитки, которые он сам пьет. Вскоре после этого один высокопоставленный сановник приготовил царское блюдо и пригласил другого сановника разделить с ним трапезу. Отобедав, гость написал Ануширвану донос на хозяина, угощавшего его запретным кушаньем. «Я сам это видел и не в силах скрыть от тебя», — писал он. В ответ доносчик получил от Ануширвана следующее послание, написанное на оборотной стороне доноса*: «Мы воздаем тебе хвалу за верноподданнические чувства и сурово осуждаем нарушителя приказа. Особенно за то, что он не умеет хранить тайны и раскрывает их перед такими, как ты».

    Однажды правитель Ануширван издал приказ, запрещавший есть те блюда, которые он сам ест, и пить те напитки, которые он сам пьет. Вскоре после этого один высокопоставленный сановник приготовил царское блюдо и пригласил другого сановника разделить с ним трапезу. Отобедав, гость написал Ануширвану донос на хозяина, угощавшего его запретным кушаньем. «Я сам это видел и не в силах скрыть от тебя», — писал он. В ответ доносчик получил от Ануширвана следующее послание, написанное на оборотной стороне доноса*: «Мы воздаем тебе хвалу за верноподданнические чувства и сурово осуждаем нарушителя приказа. Особенно за то, что он не умеет хранить тайны и раскрывает их перед такими, как ты».
14. «

    Кто хочет преуспевать в жизни, пусть заучит следующие два слова: «не знаю». Когда он будет говорить «не знаю», его обучат, чтобы он знал. Если же он будет говорить, что знает, ему докажут, что он не знает.

    Кто хочет преуспевать в жизни, пусть заучит следующие два слова: «не знаю». Когда он будет говорить «не знаю», его обучат, чтобы он знал. Если же он будет говорить, что знает, ему докажут, что он не знает.
15. «

    Один мудрец говаривал: — Мелкие торговцы — беспечны, ремесленники — трудолюбивы, купцы — скупы, а писцы управляют всеми.

    Один мудрец говаривал: — Мелкие торговцы — беспечны, ремесленники — трудолюбивы, купцы — скупы, а писцы управляют всеми.
16. «

    — Чем ты отличаешься от царя? — спросили одного философа. — Царь — раб своих страстей, я же — их повелитель, — ответил он.

    — Чем ты отличаешься от царя? — спросили одного философа. — Царь — раб своих страстей, я же — их повелитель, — ответил он.
17. «

    Хосров сказал: — Не обнаруживай свою ненависть по отношению к тем, кого ты не в силах удалить от себя.

    Хосров сказал: — Не обнаруживай свою ненависть по отношению к тем, кого ты не в силах удалить от себя.
18. «

    Когда Бузурджмихр был заключен в тюрьму, его друзья обратились к нему с вопросом: — Чем ты утешаешься в своем несчастье? Он ответил: — Четыре изречения повторяю я сейчас. Во-первых, говорю я себе, все предопределено судьбою, и случившегося невозможно было избежать. Во-вторых, говорю я себе, если эти страдания и выше моих сил, мне остается только одно — терпеть. В-третьих, говорю я себе, можно было бы попасть в еще более страшную беду. И в-четвертых, говорю я себе, возможно, избавление уже близко, а я об этом еще не знаю.

    Когда Бузурджмихр был заключен в тюрьму, его друзья обратились к нему с вопросом: — Чем ты утешаешься в своем несчастье? Он ответил: — Четыре изречения повторяю я сейчас. Во-первых, говорю я себе, все предопределено судьбою, и случившегося невозможно было избежать. Во-вторых, говорю я себе, если эти страдания и выше моих сил, мне остается только одно — терпеть. В-третьих, говорю я себе, можно было бы попасть в еще более страшную беду. И в-четвертых, говорю я себе, возможно, избавление уже близко, а я об этом еще не знаю.
19. «

    Некто сказал: — Глупцы замечают только промахи людей и не обращают внимания на их достоинства. Они подобны мухам, которые норовят сесть только на воспаленную часть тела.

    Некто сказал: — Глупцы замечают только промахи людей и не обращают внимания на их достоинства. Они подобны мухам, которые норовят сесть только на воспаленную часть тела.
20. «

    Один книжник говаривал: — Лучшая похвала — это та, что исходит от человека, которому ты ничего хорошего не сделал. И самое тяжкое оскорбление — это то, что исходит от человека, которому ты не сделал ничего плохого.

    Один книжник говаривал: — Лучшая похвала — это та, что исходит от человека, которому ты ничего хорошего не сделал. И самое тяжкое оскорбление — это то, что исходит от человека, которому ты не сделал ничего плохого.