43 цитаты из книги «Адам Сильвера. В конце они оба умрут» на каждый день

Собрали 43 цитаты из книги «Адам Сильвера. В конце они оба умрут» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Чувак, я думаю, мы уже мертвы. Не все, только Обреченные. Вся эта тема с Отделом Смерти кажется слишком сказочной для правды. Знать, когда придет Последний день, чтобы прожить его правильно? Чистая фантастика. Первая загробная жизнь наступает, когда Отдел Смерти предлагает нам прожить день, зная, что он последний. Так мы можем выжать из него все до капли, а потом, считая, что остались живы, без сожалений войти в свою вторую — и последнюю — жизнь после смерти.

   Чувак, я думаю, мы уже мертвы. Не все, только Обреченные. Вся эта тема с Отделом Смерти кажется слишком сказочной для правды. Знать, когда придет Последний день, чтобы прожить его правильно? Чистая фантастика. Первая загробная жизнь наступает, когда Отдел Смерти предлагает нам прожить день, зная, что он последний. Так мы можем выжать из него все до капли, а потом, считая, что остались живы, без сожалений войти в свою вторую — и последнюю — жизнь после смерти.

   — Руфус Эметерио · книга
2. «

   Мы все потерялись и были не против, что какое-то время нас никто не находил.

   Мы все потерялись и были не против, что какое-то время нас никто не находил.

   — Руфус Эметерио · книга
3. «

   Я скучаю... Я скучаю по временам, когда был таким маленьким, что не боялся смерти. Скучаю даже по вчерашнему дню: вчера я был параноиком, но не должен был умереть.

   Я скучаю... Я скучаю по временам, когда был таким маленьким, что не боялся смерти. Скучаю даже по вчерашнему дню: вчера я был параноиком, но не должен был умереть.

   — Матео Торрес · книга
4. «

   Надеюсь, кто-то окажется так же добр и к нам, когда пробьет наш час.

   Надеюсь, кто-то окажется так же добр и к нам, когда пробьет наш час.

   — Матео Торрес · книга
5. «

   Я перехожу дорогу, и больше некому меня предостеречь.

   Я перехожу дорогу, и больше некому меня предостеречь.

   — Руфус Эметерио · книга
6. «

   Папа учил меня, что нет ничего дурного в том, чтобы поддаваться эмоциям, но при этом нужно уметь бороться с самыми плохими из них.

   Папа учил меня, что нет ничего дурного в том, чтобы поддаваться эмоциям, но при этом нужно уметь бороться с самыми плохими из них.
7. «

   Твоя дружба — это лучшее, что принесла мне смерть. И даже если бы я так и не поцеловал тебя, ты уже подарил мне жизнь, о которой я всегда мечтал.

   Твоя дружба — это лучшее, что принесла мне смерть. И даже если бы я так и не поцеловал тебя, ты уже подарил мне жизнь, о которой я всегда мечтал.

   — Матео Торрес · книга
8. «

   Как-то он сказал мне, что истории могут сделать человека бессмертным, пока есть те, кто готов их слушать.

   Как-то он сказал мне, что истории могут сделать человека бессмертным, пока есть те, кто готов их слушать.

   — Матео Торрес · книга
9. «

   В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

   В будущем Руфус — тревел-блогер, а я архитектор. У нас есть татуировки, которые мы набили вместе. Мы ходим на такое количество концертов, что Руфус не может удержать их все в голове. Я почти жалею, что у нас так разыгралась фантазия, потому что поддельные воспоминания о нашей дружбе восхитительны. Только представьте, какого это: пережить то, чего с вами никогда не происходило.

   — Матео Торрес · книга
10. «

    Уйду отсюда. Я так не хочу уходить.

    Уйду отсюда. Я так не хочу уходить.

    — Руфус Эметерио · книга
11. «

    Я единственный ребенок в семье, и у меня есть только папа. Но он уже две недели в коме и, возможно, выйдет из нее уже после того, как меня не станет. Я хочу, чтобы он мной гордился, хочу успеть проявить себя. Я не могу и дальше быть мальчиком, который ходит с низко опущенной головой, потому что так обкрадываю себя, лишаю общения с вами. Наверное, стоило бы познакомиться с некоторыми из вас куда раньше.

    Я единственный ребенок в семье, и у меня есть только папа. Но он уже две недели в коме и, возможно, выйдет из нее уже после того, как меня не станет. Я хочу, чтобы он мной гордился, хочу успеть проявить себя. Я не могу и дальше быть мальчиком, который ходит с низко опущенной головой, потому что так обкрадываю себя, лишаю общения с вами. Наверное, стоило бы познакомиться с некоторыми из вас куда раньше.

    — Матео Торрес · книга
12. «

    — Встать — значит уйти, — говорю я. — Ага, — говорит Руфус. — Уйти — значит умереть, — говорю я. — Не-а. Уйти — значит пожить перед тем, как умереть. Вперед.

    — Встать — значит уйти, — говорю я. — Ага, — говорит Руфус. — Уйти — значит умереть, — говорю я. — Не-а. Уйти — значит пожить перед тем, как умереть. Вперед.

    — Матео Торрес · книга
13. «

    Моя жизнь — это обоюдоострый меч, — говорит Хоуи, и в его словах не слышится, что жизнь его уже окончена, как это обычно бывает у павших духом Обреченных. — Я оказался там, где оказался, потому что моя жизнь летела на огромной скорости. Если бы я не получил ту работу, может быть, я влюбился бы в кого-то, и это было бы взаимно. Может быть, я был бы настоящим сыном, а не человеком, который думает, что вполне достаточно быть просто кошельком. Я бы нашел время и выучил испанский, чтобы общаться с бабушкой без маминого перевода.

    Моя жизнь — это обоюдоострый меч, — говорит Хоуи, и в его словах не слышится, что жизнь его уже окончена, как это обычно бывает у павших духом Обреченных. — Я оказался там, где оказался, потому что моя жизнь летела на огромной скорости. Если бы я не получил ту работу, может быть, я влюбился бы в кого-то, и это было бы взаимно. Может быть, я был бы настоящим сыном, а не человеком, который думает, что вполне достаточно быть просто кошельком. Я бы нашел время и выучил испанский, чтобы общаться с бабушкой без маминого перевода.
14. «

    Иногда правда — это секрет, который ты скрываешь даже от самого себя, потому что жить во лжи гораздо проще.

    Иногда правда — это секрет, который ты скрываешь даже от самого себя, потому что жить во лжи гораздо проще.

    — Матео Торрес · книга
15. «

    Конечно, что я сделаю перед смертью, важнее того, как я умру, но мне не дает покоя полное незнание, как именно это случится. В конце концов, умираем мы только однажды.

    Конечно, что я сделаю перед смертью, важнее того, как я умру, но мне не дает покоя полное незнание, как именно это случится. В конце концов, умираем мы только однажды.

    — Руфус Эметерио · книга
16. «

    Двенадцать часов назад мне позвонили и сказали, что сегодня я умру, но теперь я чувствую себя гораздо живее чем когда-либо прежде.

    Двенадцать часов назад мне позвонили и сказали, что сегодня я умру, но теперь я чувствую себя гораздо живее чем когда-либо прежде.

    — Матео Торрес · книга
17. «

    По всему видно, что Матео никогда особенно не любил делиться фактами своей жизни, однако всегда можно было ожидать, что он оставит комментарий под твоим фото или лайкнет твой статус. Если что-то важно для тебя, оно автоматически становится важным и для него.

    По всему видно, что Матео никогда особенно не любил делиться фактами своей жизни, однако всегда можно было ожидать, что он оставит комментарий под твоим фото или лайкнет твой статус. Если что-то важно для тебя, оно автоматически становится важным и для него.

    — Лидия Варгас · книга
18. «

    Когда кто-то выставляет перед вами свой жизненный путь, невозможно отвернуться, даже если вы точно знаете, что в конце этого пути он умрет.

    Когда кто-то выставляет перед вами свой жизненный путь, невозможно отвернуться, даже если вы точно знаете, что в конце этого пути он умрет.

    — Матео Торрес · книга
19. «

    Красивые глаза могут быть у кого угодно, но один-единственный человек может напеть алфавит так, что он навеки станет твоей любимой мелодией.

    Красивые глаза могут быть у кого угодно, но один-единственный человек может напеть алфавит так, что он навеки станет твоей любимой мелодией.
20. «

    Я всегда боялся смерти. Не знаю почему, но мне казалось, что своим страхом я могу ее сглазить и она за мной не придет. Папа даже вбивал мне в голову, что надо притворятся, будто я главный герой какой-нибудь истории, с которым не может произойти ничего плохого. Ведь главные герои не умирают — они всегда должны быть на посту и всех спасать.

    Я всегда боялся смерти. Не знаю почему, но мне казалось, что своим страхом я могу ее сглазить и она за мной не придет. Папа даже вбивал мне в голову, что надо притворятся, будто я главный герой какой-нибудь истории, с которым не может произойти ничего плохого. Ведь главные герои не умирают — они всегда должны быть на посту и всех спасать.

    — Матео Торрес · книга