54 цитаты из книги «Адам Сильвера. В конце они оба умрут» — топ по популярности

Собрали 54 цитаты из книги «Адам Сильвера. В конце они оба умрут» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я тебя люблю и буду искать тебя всюду каждый день своей жизни.

   Я тебя люблю и буду искать тебя всюду каждый день своей жизни.
2. «

   Конечно, что я сделаю перед смертью, важнее того, как я умру, но мне не дает покоя полное незнание, как именно это случится. В конце концов, умираем мы только однажды.

   Конечно, что я сделаю перед смертью, важнее того, как я умру, но мне не дает покоя полное незнание, как именно это случится. В конце концов, умираем мы только однажды.

   — Руфус Эметерио · книга
3. «

   Двенадцать часов назад мне позвонили и сказали, что сегодня я умру, но теперь я чувствую себя гораздо живее чем когда-либо прежде.

   Двенадцать часов назад мне позвонили и сказали, что сегодня я умру, но теперь я чувствую себя гораздо живее чем когда-либо прежде.

   — Матео Торрес · книга
4. «

   Он плачет, потому что самое большое преступление, которое сегодня случилось, — это то, что он не успел обнять лучшего друга на прощание.

   Он плачет, потому что самое большое преступление, которое сегодня случилось, — это то, что он не успел обнять лучшего друга на прощание.

   — Малкольм Энтони · книга
5. «

   Погано, что мне больше никогда не приснятся сны. А ведь последний сон в моей жизни даже не был хорошим.

   Погано, что мне больше никогда не приснятся сны. А ведь последний сон в моей жизни даже не был хорошим.

   — Матео Торрес · книга
6. «

   Пек уходит, и Эйми его не останавливает. Она даже не знает, какое место занимает Пек в этом мире серых оттенков. На самом деле она даже не до конца понимает, где в этом мире ее собственное место.

   Пек уходит, и Эйми его не останавливает. Она даже не знает, какое место занимает Пек в этом мире серых оттенков. На самом деле она даже не до конца понимает, где в этом мире ее собственное место.
7. «

   Жизнь нельзя назвать чередой уроков, но порой она все-таки их преподносит.

   Жизнь нельзя назвать чередой уроков, но порой она все-таки их преподносит.
8. «

   Я пережил собственные похороны, жаль лишь, что к этому моменту я еще не умер.

   Я пережил собственные похороны, жаль лишь, что к этому моменту я еще не умер.

   — Руфус Эметерио · книга
9. «

   Меня заботят только те люди, которые хотят быть частью моей жизни.

   Меня заботят только те люди, которые хотят быть частью моей жизни.

   — Тэго Хэйз · книга
10. «

    Мы все конечны, и не важно, когда произойдет конец. Ничья жизнь не продлится вечно, но то, что мы после себя оставляем, делает нас живыми для других людей.

    Мы все конечны, и не важно, когда произойдет конец. Ничья жизнь не продлится вечно, но то, что мы после себя оставляем, делает нас живыми для других людей.

    — Матео Торрес · книга
11. «

    Жаль, что Отдел Смерти не позвонил мне раньше, чем я разрушил свою жизнь.

    Жаль, что Отдел Смерти не позвонил мне раньше, чем я разрушил свою жизнь.

    — Руфус Эметерио · книга
12. «

    Мы рождаемся в семье, но на друзей мы всегда набредаем сами. Иногда обнаруживаем, что кого-то можно уже оставить в прошлом. Другие стоят того, чтобы идти ради них на любой риск.

    Мы рождаемся в семье, но на друзей мы всегда набредаем сами. Иногда обнаруживаем, что кого-то можно уже оставить в прошлом. Другие стоят того, чтобы идти ради них на любой риск.
13. «

    По всему видно, что Матео никогда особенно не любил делиться фактами своей жизни, однако всегда можно было ожидать, что он оставит комментарий под твоим фото или лайкнет твой статус. Если что-то важно для тебя, оно автоматически становится важным и для него.

    По всему видно, что Матео никогда особенно не любил делиться фактами своей жизни, однако всегда можно было ожидать, что он оставит комментарий под твоим фото или лайкнет твой статус. Если что-то важно для тебя, оно автоматически становится важным и для него.

    — Лидия Варгас · книга
14. «

    Здесь лежит Матео: он жил для всех.

    Здесь лежит Матео: он жил для всех.

    — Матео Торрес · книга
15. «

    Моя жизнь — это обоюдоострый меч, — говорит Хоуи, и в его словах не слышится, что жизнь его уже окончена, как это обычно бывает у павших духом Обреченных. — Я оказался там, где оказался, потому что моя жизнь летела на огромной скорости. Если бы я не получил ту работу, может быть, я влюбился бы в кого-то, и это было бы взаимно. Может быть, я был бы настоящим сыном, а не человеком, который думает, что вполне достаточно быть просто кошельком. Я бы нашел время и выучил испанский, чтобы общаться с бабушкой без маминого перевода.

    Моя жизнь — это обоюдоострый меч, — говорит Хоуи, и в его словах не слышится, что жизнь его уже окончена, как это обычно бывает у павших духом Обреченных. — Я оказался там, где оказался, потому что моя жизнь летела на огромной скорости. Если бы я не получил ту работу, может быть, я влюбился бы в кого-то, и это было бы взаимно. Может быть, я был бы настоящим сыном, а не человеком, который думает, что вполне достаточно быть просто кошельком. Я бы нашел время и выучил испанский, чтобы общаться с бабушкой без маминого перевода.
16. «

    Я потратил впустую все вчера, а в запасе у меня не осталось ни единого завтра.

    Я потратил впустую все вчера, а в запасе у меня не осталось ни единого завтра.

    — Матео Торрес · книга
17. «

    Для тех, кому требуется напоминание о том, что важен каждый день.

    Для тех, кому требуется напоминание о том, что важен каждый день.
18. «

    Я целую парня, который подарил мне жизнь в день, когда мы оба должны умереть.

    Я целую парня, который подарил мне жизнь в день, когда мы оба должны умереть.

    — Матео Торрес · книга
19. «

    — Родители хотели, чтобы я держался от них подальше. — Они просто за тебя переживали, да? — Да, но я хотел провести с ними все время до последней минуты, даже если это означало, что они умрут у меня на глазах и со мной навсегда останутся воспоминания об их смерти, — говорю я. — Я, конечно, ни черта не смыслил. — Мой идиотизм тоже тогда умер.

    — Родители хотели, чтобы я держался от них подальше. — Они просто за тебя переживали, да? — Да, но я хотел провести с ними все время до последней минуты, даже если это означало, что они умрут у меня на глазах и со мной навсегда останутся воспоминания об их смерти, — говорю я. — Я, конечно, ни черта не смыслил. — Мой идиотизм тоже тогда умер.

    — Руфус Эметерио · книга
20. «

    Чувак, я думаю, мы уже мертвы. Не все, только Обреченные. Вся эта тема с Отделом Смерти кажется слишком сказочной для правды. Знать, когда придет Последний день, чтобы прожить его правильно? Чистая фантастика. Первая загробная жизнь наступает, когда Отдел Смерти предлагает нам прожить день, зная, что он последний. Так мы можем выжать из него все до капли, а потом, считая, что остались живы, без сожалений войти в свою вторую — и последнюю — жизнь после смерти.

    Чувак, я думаю, мы уже мертвы. Не все, только Обреченные. Вся эта тема с Отделом Смерти кажется слишком сказочной для правды. Знать, когда придет Последний день, чтобы прожить его правильно? Чистая фантастика. Первая загробная жизнь наступает, когда Отдел Смерти предлагает нам прожить день, зная, что он последний. Так мы можем выжать из него все до капли, а потом, считая, что остались живы, без сожалений войти в свою вторую — и последнюю — жизнь после смерти.

    — Руфус Эметерио · книга