31 цитата из книги «Аль Квотион. Словоточие: цитаты о любви» — большая подборка

Ниже 31 цитата из книги «Аль Квотион. Словоточие: цитаты о любви»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Слова мои, все дни упрямые и сердце, и неровный почерк запеленаю в телеграмму я и отошлю тебе по почте.

   Слова мои, все дни упрямые и сердце, и неровный почерк запеленаю в телеграмму я и отошлю тебе по почте.

   — Аль Квотион · книга
2. «

   Закончится лето. И Бог с ним. Начнется осень. Ведь ты ее любишь. Я вижу в твоих глазах.

   Закончится лето. И Бог с ним. Начнется осень. Ведь ты ее любишь. Я вижу в твоих глазах.

   — Аль Квотион · книга
3. «

   Приболел, похоже. Но это усталый блеф, я скорее просто ослаб, понимаешь, ведь жизнь выматывает нас по полной, а потом по атому собирает в один рельеф, проверяя на прочность или на жизнеспособность.

   Приболел, похоже. Но это усталый блеф, я скорее просто ослаб, понимаешь, ведь жизнь выматывает нас по полной, а потом по атому собирает в один рельеф, проверяя на прочность или на жизнеспособность.

   — Аль Квотион · книга
4. «

   Пока храним я этим небом, позволь и мне хранить тебя.

   Пока храним я этим небом, позволь и мне хранить тебя.

   — Аль Квотион · книга
5. «

   Я слушаю, как ты спишь. Я слышу, что тебе снится.

   Я слушаю, как ты спишь. Я слышу, что тебе снится.

   — Аль Квотион · книга
6. «

   Так пусть гремит во мне великим оркестром, пусть немеет зал: Да здравствует ее улыбка! Да здравствуют ее глаза!

   Так пусть гремит во мне великим оркестром, пусть немеет зал: Да здравствует ее улыбка! Да здравствуют ее глаза!

   — Аль Квотион · книга
7. «

   Ты мое гортанное, целованное, внутреннее, сложносочиненное, подчиненное одной моей руке имя на жемчужном языке.

   Ты мое гортанное, целованное, внутреннее, сложносочиненное, подчиненное одной моей руке имя на жемчужном языке.

   — Аль Квотион · книга
8. «

   О людях пишет. Любит он людей, даже тогда, когда любить не нужно.

   О людях пишет. Любит он людей, даже тогда, когда любить не нужно.

   — Аль Квотион · книга
9. «

   Ты — это титры с перечнем любимых, ты вековая тихая терпимость, ты рушишься, смеркаешься, стареешь, но как прекрасна родинка на шее.

   Ты — это титры с перечнем любимых, ты вековая тихая терпимость, ты рушишься, смеркаешься, стареешь, но как прекрасна родинка на шее.

   — Аль Квотион · книга
10. «

    Поэзия, мне жаль тебя, поэзия, любовница, мятежница. Сестра.

    Поэзия, мне жаль тебя, поэзия, любовница, мятежница. Сестра.

    — Аль Квотион · книга
11. «

    Он хотел поменять себе кожу, чтобы в зеркале видеть другого.

    Он хотел поменять себе кожу, чтобы в зеркале видеть другого.

    — Аль Квотион · книга
12. «

    Ты знаешь, почему люблю я город? На фоне камня мы — лишь краткий миг.

    Ты знаешь, почему люблю я город? На фоне камня мы — лишь краткий миг.

    — Аль Квотион · книга
13. «

    Идем со мной — до боли, до чутья изведать мир от края и до края.

    Идем со мной — до боли, до чутья изведать мир от края и до края.

    — Аль Квотион · книга
14. «

    Целуй, целуй, то сила старше нас!

    Целуй, целуй, то сила старше нас!

    — Аль Квотион · книга
15. «

    Она не любила людей, она зажигала им звёзды.

    Она не любила людей, она зажигала им звёзды.

    — Аль Квотион · книга
16. «

    В каждой безделушке ума есть что-то от любви.

    В каждой безделушке ума есть что-то от любви.

    — Аль Квотион · книга
17. «

    Кислород закончился, осталась одна любовь, и на ней мы с тобой протянем любую вечность.

    Кислород закончился, осталась одна любовь, и на ней мы с тобой протянем любую вечность.

    — Аль Квотион · книга
18. «

    Но ты вернешься, время обманув, любить свой одинокий людный город, любить свою незрячую страну.

    Но ты вернешься, время обманув, любить свой одинокий людный город, любить свою незрячую страну.

    — Аль Квотион · книга
19. «

    Тебе одной была по росту моя высокая душа.

    Тебе одной была по росту моя высокая душа.

    — Аль Квотион · книга
20. «

    А кошка у ног неизвестной породы учила ее чувству гордой свободы, учила гулять по обшарпанной крыше, учила, что люди почти что как мыши. И если любить, то не жалких, не слабых, и если уж падать, то только на лапы.

    А кошка у ног неизвестной породы учила ее чувству гордой свободы, учила гулять по обшарпанной крыше, учила, что люди почти что как мыши. И если любить, то не жалких, не слабых, и если уж падать, то только на лапы.

    — Аль Квотион · книга