53 цитаты из книги «Альбер Камю. Чума» — от иронии до философии

53 цитаты из книги «Альбер Камю. Чума» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В обычное время мы все, сознавая это или нет, понимаем, что существует любовь, для которой нет пределов, и тем не менее соглашаемся, и даже довольно спокойно, что наша-то любовь, в сущности, так себе, второго сорта.

   В обычное время мы все, сознавая это или нет, понимаем, что существует любовь, для которой нет пределов, и тем не менее соглашаемся, и даже довольно спокойно, что наша-то любовь, в сущности, так себе, второго сорта.
2. «

   Христианин должен уметь отдать себя в распоряжение воли божьей, пусть даже она неисповедима.

   Христианин должен уметь отдать себя в распоряжение воли божьей, пусть даже она неисповедима.

   — Отец Панлю · книга
3. «

   Любовь к богу — трудная любовь. Любовь к нему предполагает полное забвение самого себя, пренебрежение к своей личности.

   Любовь к богу — трудная любовь. Любовь к нему предполагает полное забвение самого себя, пренебрежение к своей личности.

   — Отец Панлю · книга
4. «

   Нет ни одного даже самого прискорбного события, в котором не было бы своих хороших сторон.

   Нет ни одного даже самого прискорбного события, в котором не было бы своих хороших сторон.
5. «

   И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслй не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.

   И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслй не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.
6. «

   Раз порядок вещей определяется смертью, может быть, для Господа Бога вообще лучше, чтобы в него не верили и всеми силами боролись против смерти, не обращая взоры к небесам, где царит молчание.

   Раз порядок вещей определяется смертью, может быть, для Господа Бога вообще лучше, чтобы в него не верили и всеми силами боролись против смерти, не обращая взоры к небесам, где царит молчание.

   — Риэ · книга
7. «

   Женился он совсем молодым на юной небогатой девушке, их соседке. Ради этого пришлось бросить учение и поступить на работу.

   Женился он совсем молодым на юной небогатой девушке, их соседке. Ради этого пришлось бросить учение и поступить на работу.
8. «

   Люди всегда одни и те же. Но в этом-то их сила, в этом их невиновность.

   Люди всегда одни и те же. Но в этом-то их сила, в этом их невиновность.

   — Старик астматик · книга
9. «

   И впрямь, кто возьмется утверждать, что века райского блаженства могут оплатить хотя бы миг человеческих страданий?

   И впрямь, кто возьмется утверждать, что века райского блаженства могут оплатить хотя бы миг человеческих страданий?
10. «

    Стоит только обзавестись привычками, и дни потекут гладко.

    Стоит только обзавестись привычками, и дни потекут гладко.
11. «

    Многие оранские новоявленные моралисты утверждали, что, мол, ничего сделать нельзя и что самое разумное — это стать на колени. И Тарру, и Риэ, и их друзья могли возразить на это кто так, кто эдак, но вывод их всегда диктовался тем, что они знали: необходимо бороться теми или иными способами и никоим образом не становиться на колени.

    Многие оранские новоявленные моралисты утверждали, что, мол, ничего сделать нельзя и что самое разумное — это стать на колени. И Тарру, и Риэ, и их друзья могли возразить на это кто так, кто эдак, но вывод их всегда диктовался тем, что они знали: необходимо бороться теми или иными способами и никоим образом не становиться на колени.
12. «

    Единственный способ объединить людей – это наслать на них чуму.

    Единственный способ объединить людей – это наслать на них чуму.
13. «

    Лишь одни художники умеют видеть!

    Лишь одни художники умеют видеть!
14. «

    Самый удобный способ познакомиться с городом — это попытаться узнать, как здесь работают, как здесь любят и как здесь умирают.

    Самый удобный способ познакомиться с городом — это попытаться узнать, как здесь работают, как здесь любят и как здесь умирают.
15. «

    Быть может мы обязаны любить то, чего не можем объять умом.

    Быть может мы обязаны любить то, чего не можем объять умом.

    — Отец Панлю · книга
16. «

    Мы переписывали письмо уже машинально, стараясь с помощью этих мёртвых фраз подать хоть какой-то знак о нашей трудной жизни.

    Мы переписывали письмо уже машинально, стараясь с помощью этих мёртвых фраз подать хоть какой-то знак о нашей трудной жизни.
17. «

    Когда разражается война, люди обычно говорят: «Ну, это не может продлиться долго, слишком это глупо». И действительно, война — это и впрямь слишком глупо, что, впрочем, не мешает ей длиться долго.

    Когда разражается война, люди обычно говорят: «Ну, это не может продлиться долго, слишком это глупо». И действительно, война — это и впрямь слишком глупо, что, впрочем, не мешает ей длиться долго.
18. «

    Не может человек по-настоящему разделить чужое горе, которое не видит собственными глазами.

    Не может человек по-настоящему разделить чужое горе, которое не видит собственными глазами.
19. «

    За неимением времени и способности мыслить, люди ходят и любят, но не знают об этом.

    За неимением времени и способности мыслить, люди ходят и любят, но не знают об этом.
20. «

    Некоторым эти факты покажутся вполне правдоподобными, зато другие могут счесть их фантазией автора. Но в конце концов летописец не обязан считаться с подобными противоречиями. Его задача — просто сказать «так было», если он знает, что так оно и было в действительности, если случившееся непосредственно коснулось жизни целого народа и имеются, следовательно, тысячи свидетелей, которые оценят в душе правдивость его рассказа.

    Некоторым эти факты покажутся вполне правдоподобными, зато другие могут счесть их фантазией автора. Но в конце концов летописец не обязан считаться с подобными противоречиями. Его задача — просто сказать «так было», если он знает, что так оно и было в действительности, если случившееся непосредственно коснулось жизни целого народа и имеются, следовательно, тысячи свидетелей, которые оценят в душе правдивость его рассказа.