Топ-92 цитаты из книги «Альбер Камю. Чума»

92 цитаты из книги «Альбер Камю. Чума» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Верно, – согласился Риэ, – похороны такие же, только нам-то еще приходится заполнять карточки. Так что прогресс налицо.

   Верно, – согласился Риэ, – похороны такие же, только нам-то еще приходится заполнять карточки. Так что прогресс налицо.

   — Бернар Риэ · книга
2. «

   Так бывает нередко – человек мучается, мучается и сам того не знает.

   Так бывает нередко – человек мучается, мучается и сам того не знает.
3. «

   — Ну и как, идет дело? — Я работаю уже много лет, значит, как-то идет… Хотя, с другой стороны, особых успехов не заметно.

   — Ну и как, идет дело? — Я работаю уже много лет, значит, как-то идет… Хотя, с другой стороны, особых успехов не заметно.

   — Жозеф Гран · книга
4. «

   Привычка к отчаянию куда хуже, чем само отчаяние.

   Привычка к отчаянию куда хуже, чем само отчаяние.
5. «

   В истории всегда и неизбежно наступает такой час, когда того, кто смеет сказать, что дважды два – четыре, карают смертью.

   В истории всегда и неизбежно наступает такой час, когда того, кто смеет сказать, что дважды два – четыре, карают смертью.
6. «

   Тревога — это легкое отвращение перед будущим.

   Тревога — это легкое отвращение перед будущим.
7. «

   Смельчак спешил отказаться от своих попыток, в той мере, конечно, в какой это удавалось, до того мучительно ранило его воображение, неизбежно ранящее всех, кто доверяется ему.

   Смельчак спешил отказаться от своих попыток, в той мере, конечно, в какой это удавалось, до того мучительно ранило его воображение, неизбежно ранящее всех, кто доверяется ему.
8. «

   ...тяжело жить только тем, что знаешь, и тем, что помнишь, и не иметь впереди надежды.

   ...тяжело жить только тем, что знаешь, и тем, что помнишь, и не иметь впереди надежды.
9. «

   И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслй не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.

   И в конце концов понимаешь, что никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по-настоящему о ком-то — значит, думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслй не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетавшей мимо мухой, ни приёмом пиши, ни зудом.
10. «

    Они по-прежнему делали дела, готовились к путешествиям и имели свои собственные мнения. Как же они могли поверить в чуму, которая разом отменяет будущее, все поездки и споры? Они считали себя свободными, но никто никогда не будет свободен, пока существуют стихийные бедствия.

    Они по-прежнему делали дела, готовились к путешествиям и имели свои собственные мнения. Как же они могли поверить в чуму, которая разом отменяет будущее, все поездки и споры? Они считали себя свободными, но никто никогда не будет свободен, пока существуют стихийные бедствия.
11. «

    Любовь к богу — трудная любовь. Любовь к нему предполагает полное забвение самого себя, пренебрежение к своей личности.

    Любовь к богу — трудная любовь. Любовь к нему предполагает полное забвение самого себя, пренебрежение к своей личности.

    — Отец Панлю · книга
12. «

    Единственный способ не отделяться от людей — это прежде всего иметь чистую совесть.

    Единственный способ не отделяться от людей — это прежде всего иметь чистую совесть.

    — Бернар Риэ · книга
13. «

    Человек способен на великие деяния. Но если при этом он не способен на великие чувства, он для меня не существует.

    Человек способен на великие деяния. Но если при этом он не способен на великие чувства, он для меня не существует.

    — Рамбер · книга
14. «

    Раз порядок вещей определяется смертью, может быть, для Господа Бога вообще лучше, чтобы в него не верили и всеми силами боролись против смерти, не обращая взоры к небесам, где царит молчание.

    Раз порядок вещей определяется смертью, может быть, для Господа Бога вообще лучше, чтобы в него не верили и всеми силами боролись против смерти, не обращая взоры к небесам, где царит молчание.

    — Риэ · книга
15. «

    Он принадлежал к числу людей, достаточно редких как в нашем городе, так и за его пределами, которые имеют мужество отдаваться своим добрым чувствам.

    Он принадлежал к числу людей, достаточно редких как в нашем городе, так и за его пределами, которые имеют мужество отдаваться своим добрым чувствам.
16. «

    Не следует чересчур полагаться на соседа, который, того гляди, наградит вас чумой.

    Не следует чересчур полагаться на соседа, который, того гляди, наградит вас чумой.
17. «

    Христианин должен уметь отдать себя в распоряжение воли божьей, пусть даже она неисповедима.

    Христианин должен уметь отдать себя в распоряжение воли божьей, пусть даже она неисповедима.

    — Отец Панлю · книга
18. «

    Быть может мы обязаны любить то, чего не можем объять умом.

    Быть может мы обязаны любить то, чего не можем объять умом.

    — Отец Панлю · книга
19. «

    Да, человек спит в этот час, и очень хорошо, что спит, ибо единственное желание измученного тревогой сердца — безраздельно владеть тем, кого любишь, или, когда настал час разлуки, погрузить это существо в сон без сновидений, дабы продлился он до дня встречи.

    Да, человек спит в этот час, и очень хорошо, что спит, ибо единственное желание измученного тревогой сердца — безраздельно владеть тем, кого любишь, или, когда настал час разлуки, погрузить это существо в сон без сновидений, дабы продлился он до дня встречи.
20. «

    Я родился на свет не для того, чтобы писать репортажи… А может, я родился на свет, чтобы любить женщину. Разве это не в порядке вещей?

    Я родился на свет не для того, чтобы писать репортажи… А может, я родился на свет, чтобы любить женщину. Разве это не в порядке вещей?

    — Рамбер · книга