182 цитаты из книги «Александр Дюма. Граф Монте-Кристо» с глубоким смыслом

Ниже 182 цитаты из книги «Александр Дюма. Граф Монте-Кристо»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   ...люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

   ...люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

   — Бошан · книга
2. «

   На пути у богатого столько нищеты.

   На пути у богатого столько нищеты.
3. «

   Суть не в том, чтобы сказать: «Вы делаете плохо». Надо дать совет – что же именно делать.

   Суть не в том, чтобы сказать: «Вы делаете плохо». Надо дать совет – что же именно делать.
4. «

   – Разве можно дать себе отчет в инстинктивном чувстве? – сказал Монте-Кристо. – Разве не бывает мест, где на вас веет печалью? Почему? – не знаешь сам; благодаря сцеплению воспоминаний, прихоти мысли.

   – Разве можно дать себе отчет в инстинктивном чувстве? – сказал Монте-Кристо. – Разве не бывает мест, где на вас веет печалью? Почему? – не знаешь сам; благодаря сцеплению воспоминаний, прихоти мысли.
5. «

   Кто сам ненавидит, тот не ошибается в чужом чувстве.

   Кто сам ненавидит, тот не ошибается в чужом чувстве.

   — Фернан · книга
6. «

   Только несчастье раскрывает тайные богатства человеческого ума; для того чтобы порох дал взрыв, его надо сжать.

   Только несчастье раскрывает тайные богатства человеческого ума; для того чтобы порох дал взрыв, его надо сжать.

   — аббат Фариа · книга
7. «

   Если бы мы оставались друзьями, я бы сказал вам: терпение, друг; вы стали моим врагом, и я говорю вам: а мне что за дело, милостивый государь?

   Если бы мы оставались друзьями, я бы сказал вам: терпение, друг; вы стали моим врагом, и я говорю вам: а мне что за дело, милостивый государь?

   — Бошан · книга
8. «

   У врача есть священный долг, и во имя его он восходит к источникам жизни и спускается в таинственный мрак смерти. Когда преступление совершено и бог в ужасе отвращает свой взор от преступника, долг врача сказать: это он!

   У врача есть священный долг, и во имя его он восходит к источникам жизни и спускается в таинственный мрак смерти. Когда преступление совершено и бог в ужасе отвращает свой взор от преступника, долг врача сказать: это он!

   — д′Авриньи · книга
9. «

   В сердце моем обитают три чувства, с которыми никогда не соскучишься: печаль, любовь и благодарность.

   В сердце моем обитают три чувства, с которыми никогда не соскучишься: печаль, любовь и благодарность.
10. «

    Да и что требуется в Париже от молодого человека? Уметь кое-как говорить, прилично одеваться, смело играть и расплачиваться золотом.

    Да и что требуется в Париже от молодого человека? Уметь кое-как говорить, прилично одеваться, смело играть и расплачиваться золотом.
11. «

    Пусть они спят, если им спится, пусть чахнут от бессонницы, если совесть их мучает, а сами, бога ради, спите спокойно, благо у вас совесть чиста.

    Пусть они спят, если им спится, пусть чахнут от бессонницы, если совесть их мучает, а сами, бога ради, спите спокойно, благо у вас совесть чиста.
12. «

    Я жаждал обладать королевскими сокровищами, чтобы у миллионов людей купить их тайны и среди этих тайн разыскать свою!

    Я жаждал обладать королевскими сокровищами, чтобы у миллионов людей купить их тайны и среди этих тайн разыскать свою!

    — Вильфор · книга
13. «

    Бог властен преобразить будущее; в прошлом он ничего не может изменить.

    Бог властен преобразить будущее; в прошлом он ничего не может изменить.

    — Вильфор · книга
14. «

    Желать немедленной удачи — это значит требовать от провидения слишком многого.

    Желать немедленной удачи — это значит требовать от провидения слишком многого.

    — Дантес · книга
15. «

    — А вы сами, — сказал Фариа, — почему вы не убили тюремщика ножкой от стола, не надели его платья и не попытались бежать? — Потому, что мне это не пришло в голову, — отвечал Дантес. — Потому что в вас природой заложено отвращение к убийству: такое отвращение, что вы об этом даже не подумали, — продолжал старик, — в делах простых и дозволенных наши естественные побуждения ведут нас по прямому пути. Тигру, который рождён для пролития крови, — это его дело, его назначение, — нужно только одно: чтобы обоняние дало ему знать о близости добычи. Он тотчас же бросается на неё и разрывает на куски. Это его инстинкт, и он ему повинуется. Но человеку, напротив, кровь претит; не законы общества запрещают нам убийство, а законы природы.

    — А вы сами, — сказал Фариа, — почему вы не убили тюремщика ножкой от стола, не надели его платья и не попытались бежать? — Потому, что мне это не пришло в голову, — отвечал Дантес. — Потому что в вас природой заложено отвращение к убийству: такое отвращение, что вы об этом даже не подумали, — продолжал старик, — в делах простых и дозволенных наши естественные побуждения ведут нас по прямому пути. Тигру, который рождён для пролития крови, — это его дело, его назначение, — нужно только одно: чтобы обоняние дало ему знать о близости добычи. Он тотчас же бросается на неё и разрывает на куски. Это его инстинкт, и он ему повинуется. Но человеку, напротив, кровь претит; не законы общества запрещают нам убийство, а законы природы.

    — аббат Фариа · книга
16. «

    Доктор, всякий человек, рожденный женщиной, обречен на страдания и смерть; я буду страдать и, страдая, ждать смертного часа.

    Доктор, всякий человек, рожденный женщиной, обречен на страдания и смерть; я буду страдать и, страдая, ждать смертного часа.

    — Жерар де Вильфор · книга
17. «

    Точность — это вежливость королей.

    Точность — это вежливость королей.
18. «

    Ум, привыкший к несчастью, лишь с трудом давал веру радости.

    Ум, привыкший к несчастью, лишь с трудом давал веру радости.
19. «

    — Жалкое человеческое тщеславие, — сказал Монте-Кристо. — Каждый считает, что он несчастнее, чем другой несчастный, который плачет и стонет рядом с ним.

    — Жалкое человеческое тщеславие, — сказал Монте-Кристо. — Каждый считает, что он несчастнее, чем другой несчастный, который плачет и стонет рядом с ним.

    — Граф Монте-Кристо · книга
20. «

    Проступки наших отцов в наше беспокойное время не бросают тени на детей.

    Проступки наших отцов в наше беспокойное время не бросают тени на детей.

    — Бошан · книга