41 цитата из книги «Александр Дюма (сын). Дама с камелиями» — от иронии до философии

41 цитата из книги «Александр Дюма (сын). Дама с камелиями» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мы вынуждены любить мертвых, так как мы слишком заняты и у нас не остается времени любить что-нибудь другое.

   Мы вынуждены любить мертвых, так как мы слишком заняты и у нас не остается времени любить что-нибудь другое.
2. «

   Женщины позволяют иногда обманывать их любовь, но никогда не позволяют оскорблять их самолюбие.

   Женщины позволяют иногда обманывать их любовь, но никогда не позволяют оскорблять их самолюбие.

   — Прюданс · книга
3. «

   Не то это кокотка, не то герцогиня.

   Не то это кокотка, не то герцогиня.
4. «

   Сколько бы я ни жила, я проживу дольше, чем вы меня будете любить.

   Сколько бы я ни жила, я проживу дольше, чем вы меня будете любить.

   — Маргарита Готье · книга
5. «

   Там, где не было ревности, нет и ненависти.

   Там, где не было ревности, нет и ненависти.

   — Маргарита Готье · книга
6. «

   — Разве с такими девушками, как я, церемонятся? — С женщинами всегда церемонятся, — по крайней мере, таково мое убеждение.

   — Разве с такими девушками, как я, церемонятся? — С женщинами всегда церемонятся, — по крайней мере, таково мое убеждение.

   — Арман · книга
7. «

   Я устала, в конце концов, видеть постоянно людей, которые хотят от меня того же самого, платят мне и считают, что они со мной квиты. Если бы те, кто впервые приступает к нашему постыдному ремеслу, знали, в чем оно заключается, они скорее пошли бы в горничные. Но нет; нам хочется иметь платья, экипажи, бриллианты; мы верим тому, что нам говорят, потому что проститутки тоже умеют верить; и мало-помалу изнашивается наша душа, наше тело, наша красота, нас боятся, как диких зверей, нас презирают, как каких-то париев, нас всегда окружают люди, которые берут от нас всегда больше, чем они нам дают, и в конце концов мы подыхаем, как собаки, погубив и себя и других.

   Я устала, в конце концов, видеть постоянно людей, которые хотят от меня того же самого, платят мне и считают, что они со мной квиты. Если бы те, кто впервые приступает к нашему постыдному ремеслу, знали, в чем оно заключается, они скорее пошли бы в горничные. Но нет; нам хочется иметь платья, экипажи, бриллианты; мы верим тому, что нам говорят, потому что проститутки тоже умеют верить; и мало-помалу изнашивается наша душа, наше тело, наша красота, нас боятся, как диких зверей, нас презирают, как каких-то париев, нас всегда окружают люди, которые берут от нас всегда больше, чем они нам дают, и в конце концов мы подыхаем, как собаки, погубив и себя и других.

   — Маргарита Готье · книга
8. «

   Если бы те, кто начинает заниматься нашим постыдным ремеслом, знали, что это такое, они, скорее, пошли бы в горничные. Но нет же, нас обуревает тщеславие иметь платья, экипажи, бриллианты. Мы верим тому, что нам говорят, проститутки доверчивы и постепенно изнашивают сердце, тело, красоту. Нас боятся, как диких зверей, презирают, как прокаженных, нас окружают люди, которые берут у нас больше, чем дают, и однажды мы подыхаем, как собаки, погубив и себя, и других.

   Если бы те, кто начинает заниматься нашим постыдным ремеслом, знали, что это такое, они, скорее, пошли бы в горничные. Но нет же, нас обуревает тщеславие иметь платья, экипажи, бриллианты. Мы верим тому, что нам говорят, проститутки доверчивы и постепенно изнашивают сердце, тело, красоту. Нас боятся, как диких зверей, презирают, как прокаженных, нас окружают люди, которые берут у нас больше, чем дают, и однажды мы подыхаем, как собаки, погубив и себя, и других.

   — Маргарита Готье · книга
9. «

   Старики не отличаются терпением, вероятно, потому, что не сознают свою недолговечность.

   Старики не отличаются терпением, вероятно, потому, что не сознают свою недолговечность.

   — Маргарита Готье · книга
10. «

    Всё большое может быть заключено в малом. Ребёнок заключает в себе будущего взрослого: мозг тесен, но в нем сокрыта мысль; глаз — точка, но он обнимает пространства.

    Всё большое может быть заключено в малом. Ребёнок заключает в себе будущего взрослого: мозг тесен, но в нем сокрыта мысль; глаз — точка, но он обнимает пространства.
11. «

    Человек становится очень жалким и гадким, когда затронута какая-нибудь его страсть.

    Человек становится очень жалким и гадким, когда затронута какая-нибудь его страсть.

    — Арман Дюваль · книга
12. «

    Она умерла молча, еще более сдержанная в смерти, чем была в жизни.

    Она умерла молча, еще более сдержанная в смерти, чем была в жизни.
13. «

    Знаете, когда собак обливают духами, они начинают кататься по лужам, чтобы заглушить этот запах.

    Знаете, когда собак обливают духами, они начинают кататься по лужам, чтобы заглушить этот запах.

    — Арман · книга
14. «

    Я говорил себе, что потеряю все свое состояние, но буду обладать этой женщиной и по праву займу место, которое я так быстро оставил.

    Я говорил себе, что потеряю все свое состояние, но буду обладать этой женщиной и по праву займу место, которое я так быстро оставил.

    — Арман Дюваль · книга
15. «

    Я оплакивал смерть этой девушки, как оплакивают гибель прекрасного произведения искусства.

    Я оплакивал смерть этой девушки, как оплакивают гибель прекрасного произведения искусства.
16. «

    Бывают случаи, когда минута делает больше, нежели целый год ухаживаний.

    Бывают случаи, когда минута делает больше, нежели целый год ухаживаний.
17. «

    Манон умерла в пустыне, это верно, но на руках человека, который любил ее всеми силами души, который вырыл для мертвой могилу, оросил ее своими слезами и схоронил в ней свое сердце; а Маргарита, такая же грешница, как Манон, может быть, так же раскаявшаяся, как и та, умерла среди пышной роскоши, если верить тому, что я видел, на ложе своего прошлого, но и среди пустыни сердца, более бесплодной, более необъятной, более безжалостной, чем та, в которой была погребена Манон.

    Манон умерла в пустыне, это верно, но на руках человека, который любил ее всеми силами души, который вырыл для мертвой могилу, оросил ее своими слезами и схоронил в ней свое сердце; а Маргарита, такая же грешница, как Манон, может быть, так же раскаявшаяся, как и та, умерла среди пышной роскоши, если верить тому, что я видел, на ложе своего прошлого, но и среди пустыни сердца, более бесплодной, более необъятной, более безжалостной, чем та, в которой была погребена Манон.
18. «

    Мы дети случая, у нас и желания фантастические, и любовь непостижимая. То мы отдаемся одной вещи, то другой. Есть люди, которые разоряются ради нас и ничего не получают, другие нас получают за букет цветов. У нашего сердца бывают капризы; это его единственное развлечение и единственное оправдание.

    Мы дети случая, у нас и желания фантастические, и любовь непостижимая. То мы отдаемся одной вещи, то другой. Есть люди, которые разоряются ради нас и ничего не получают, другие нас получают за букет цветов. У нашего сердца бывают капризы; это его единственное развлечение и единственное оправдание.

    — Маргарита Готье · книга
19. «

    Я люблю засахаренный виноград, так как он без вкуса, камелии, потому что они без запаха, и богатых людей, оттого что они без сердца.

    Я люблю засахаренный виноград, так как он без вкуса, камелии, потому что они без запаха, и богатых людей, оттого что они без сердца.

    — Маргарита Готье · книга
20. «

    Любовь Маргариты стала товаром, более или менее дорогим, смотря по сезону.

    Любовь Маргариты стала товаром, более или менее дорогим, смотря по сезону.