50 цитат из книги «Александр Полярный. Сказка о самоубийстве» со смыслом

Ниже 50 цитат из книги «Александр Полярный. Сказка о самоубийстве»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Бывает, мы что-то ищем и не замечаем, что уже нашли.

   Бывает, мы что-то ищем и не замечаем, что уже нашли.

   — Джеймс Сойер · книга
2. «

   Прошло совсем немного времени, но меня уже вынудили понять — справедливости в мире нет. Из собственных вещей — только шкафчик у двухъярусной кровати, а шрамы на коленях на­поминают, как мне не хватает мамы. Я никак не мог понять, почему меня бросили и чем я так успел провиниться?

   Прошло совсем немного времени, но меня уже вынудили понять — справедливости в мире нет. Из собственных вещей — только шкафчик у двухъярусной кровати, а шрамы на коленях на­поминают, как мне не хватает мамы. Я никак не мог понять, почему меня бросили и чем я так успел провиниться?
3. «

   Скучать по человеку, которого больше никогда не увидишь, это ужасно несправедливо.

   Скучать по человеку, которого больше никогда не увидишь, это ужасно несправедливо.

   — Джеймс Сойер · книга
4. «

   На улице шел дождь, и мы не выползали из-под одеяла почти весь день.

   На улице шел дождь, и мы не выползали из-под одеяла почти весь день.
5. «

   Под ногами хрустит снег, в наушниках — любимые песни, а мягкий шарф обнимает мою шею. Сей­час я наедине с клубком своих мыслей.

   Под ногами хрустит снег, в наушниках — любимые песни, а мягкий шарф обнимает мою шею. Сей­час я наедине с клубком своих мыслей.

   — Зои · книга
6. «

   «Я буду любить тебя, пока ты мне нужна» — вот лозунг реальности.

   «Я буду любить тебя, пока ты мне нужна» — вот лозунг реальности.
7. «

   Я вышел на улицу без цели, просто выгуливая свое одиноче­ство.

   Я вышел на улицу без цели, просто выгуливая свое одиноче­ство.

   — Джеймс Сойер · книга
8. «

   Мама пишет в это время сообщение: «Сынок, я буду через два часа». А сын стоит на табуретке, на шее слегка затянута петля, он слышит звук входящего сообщения на мобильном. Рванув по привычки к телефону, он опрокидывает табу­ретку, петля затягивается насмерть, и он висит на турнике без всякой возможности спастись. Счастливая мама заходит домой, говорит: «Сы­нок, я тебе такое сейчас расскажу», проходит в комнату и кричит: труп мальчика висит уже два часа на турнике, табуретка валяется рядом и, са­мое печальное, что она никогда не поймет «шут­ку» своего сына.

   Мама пишет в это время сообщение: «Сынок, я буду через два часа». А сын стоит на табуретке, на шее слегка затянута петля, он слышит звук входящего сообщения на мобильном. Рванув по привычки к телефону, он опрокидывает табу­ретку, петля затягивается насмерть, и он висит на турнике без всякой возможности спастись. Счастливая мама заходит домой, говорит: «Сы­нок, я тебе такое сейчас расскажу», проходит в комнату и кричит: труп мальчика висит уже два часа на турнике, табуретка валяется рядом и, са­мое печальное, что она никогда не поймет «шут­ку» своего сына.
9. «

   Но когда тебя оставили на пороге детдома, трудно поверить, что твои родители были достойными людьми.

   Но когда тебя оставили на пороге детдома, трудно поверить, что твои родители были достойными людьми.

   — Джеймс Сойер · книга
10. «

    Плач, также как и смех, может быть заразительным.

    Плач, также как и смех, может быть заразительным.

    — Зои · книга
11. «

    Мы все же решили зайти в лавку сладостей Борли Минтла. Само заведение было похоже на пряничный домик из какой-то сказки. Все такое сладко-сахарное... У прилавка стояла семья. Как обычно, дети в таких местах плохо себя ведут. И ребенок в этой семье не был исключением. Я не люблю слезы — особенно, когда о них оповещает детская истерика, с громким ревом метров на пятнадцать вокруг.

    Мы все же решили зайти в лавку сладостей Борли Минтла. Само заведение было похоже на пряничный домик из какой-то сказки. Все такое сладко-сахарное... У прилавка стояла семья. Как обычно, дети в таких местах плохо себя ведут. И ребенок в этой семье не был исключением. Я не люблю слезы — особенно, когда о них оповещает детская истерика, с громким ревом метров на пятнадцать вокруг.
12. «

    Кто-то когда-то сказал: «Пытаться забыть — значит, постоянно помнить». А я не хочу забы­вать. Хочу помнить.

    Кто-то когда-то сказал: «Пытаться забыть — значит, постоянно помнить». А я не хочу забы­вать. Хочу помнить.

    — Неизвестный · книга
13. «

    Там, где бывает закат, — вскоре наступает рассвет.

    Там, где бывает закат, — вскоре наступает рассвет.
14. «

    В компании этих двоих мне было очень уютно: они излучали какое-то тепло и доброту.

    В компании этих двоих мне было очень уютно: они излучали какое-то тепло и доброту.

    — Сойеи · книга
15. «

    — Ты, видно, не понял, почему в твоем книжном шкафу всего одна книга? — Нет, почему? — Видишь эту стену с книгами? Джек заполнил её именно теми книгами, которые прочел. А я поставила свою любимую книгу на твою полку: начни с нее, если у тебя будет желание... Я посмотрел на стену с книгами, которые прочитал мистер Джек: тут были сотни книг.

    — Ты, видно, не понял, почему в твоем книжном шкафу всего одна книга? — Нет, почему? — Видишь эту стену с книгами? Джек заполнил её именно теми книгами, которые прочел. А я поставила свою любимую книгу на твою полку: начни с нее, если у тебя будет желание... Я посмотрел на стену с книгами, которые прочитал мистер Джек: тут были сотни книг.
16. «

    — Простите, пожалуйста, спасибо, извините, просто тот человек хотел меня напоить, сделать своей женой, и я бы умерла от несчастья с ним... — Богачи, да, они такие... Я тут же ответила: — А цветы — нет. Недавно один парень подарил мне букет цветов, в котором было больше ста роз. А я не знаю, как бы ему намекнуть, что меня надо брать едой... — Едой, сериалами и теплым пледом по вечерам? — добавил он. — Ромашковым чаем еще можно! — улыбалась я. — Ого, как откровенно! — Почему? — я все время улыбалась. В каждом слове у меня была улыбка. — А я никогда не пил ромашковый чай, но выпил бы его с вами. Прямо сейчас.

    — Простите, пожалуйста, спасибо, извините, просто тот человек хотел меня напоить, сделать своей женой, и я бы умерла от несчастья с ним... — Богачи, да, они такие... Я тут же ответила: — А цветы — нет. Недавно один парень подарил мне букет цветов, в котором было больше ста роз. А я не знаю, как бы ему намекнуть, что меня надо брать едой... — Едой, сериалами и теплым пледом по вечерам? — добавил он. — Ромашковым чаем еще можно! — улыбалась я. — Ого, как откровенно! — Почему? — я все время улыбалась. В каждом слове у меня была улыбка. — А я никогда не пил ромашковый чай, но выпил бы его с вами. Прямо сейчас.

    — Зои · книга
17. «

    Теперь и родной дом кажется мне чужим. По­тому что Дом — это там, где есть ты.

    Теперь и родной дом кажется мне чужим. По­тому что Дом — это там, где есть ты.

    — Дежймс Сойер · книга
18. «

    За несколько лет работы с актерами я понял одно: все театралы — странные ребята, а многие из них так вживаются в роль, что выйти из сво­его образа уже не могут.

    За несколько лет работы с актерами я понял одно: все театралы — странные ребята, а многие из них так вживаются в роль, что выйти из сво­его образа уже не могут.

    — Джеймс Сойер · книга
19. «

    На долю секунды почувствовала себя особенной.

    На долю секунды почувствовала себя особенной.

    — Зои · книга
20. «

    Она жаловалась игрушечному зайчику, что у нее очень твердая подушка. Я пообещала маме, что достану для нее самую мягкую подушку, которая только существует. Уже и не помню, каким образом я ее тогда думала достать, ведь мне было всего восемь лет. Обещание свое я не успела выполнить: мама умерла через две недели — не знаю, отчего, мне не сказали. Наверное, виной всему была слишком твердая подушка, а ведь у нее так сильно болела голова...

    Она жаловалась игрушечному зайчику, что у нее очень твердая подушка. Я пообещала маме, что достану для нее самую мягкую подушку, которая только существует. Уже и не помню, каким образом я ее тогда думала достать, ведь мне было всего восемь лет. Обещание свое я не успела выполнить: мама умерла через две недели — не знаю, отчего, мне не сказали. Наверное, виной всему была слишком твердая подушка, а ведь у нее так сильно болела голова...