29 лучших цитат из книги «Александра Черчень. Курсовая работа по обитателям болота»

Ниже 29 цитат из книги «Александра Черчень. Курсовая работа по обитателям болота»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Восхитительно! Шовинизм цветет махровым цветом! Возмутиться не успела, так как мы подошли к моим дверям, Феликс распахнул створки и толчком отправил меня в комнату. Хлопком включил свет, огляделся, поморщился и сказал: — Все нужное принесут, я сейчас распоряжусь. — Но… — До ужина — никуда. Как разумное существо прошу! — Теоретически разумное? — съехидничала я и независимо скрестила руки на груди. — Судя по вашему поведению, и правда теоретически, — кивнул зеленый и быстро вышел, не оставляя мне шанса ответить.

   Восхитительно! Шовинизм цветет махровым цветом! Возмутиться не успела, так как мы подошли к моим дверям, Феликс распахнул створки и толчком отправил меня в комнату. Хлопком включил свет, огляделся, поморщился и сказал: — Все нужное принесут, я сейчас распоряжусь. — Но… — До ужина — никуда. Как разумное существо прошу! — Теоретически разумное? — съехидничала я и независимо скрестила руки на груди. — Судя по вашему поведению, и правда теоретически, — кивнул зеленый и быстро вышел, не оставляя мне шанса ответить.

   — Юлия Аристова · книга
2. «

   Я со стоном приподнялась на жестком животе эльфа, который на ощупь оказался ничуть не более приятным, чем на вид. Заглянула в злющие черные глаза на перекошенной физиономии и поняла — надо как можно скорее делать ноги. Тут на нас романтично спланировала паутинка, укрывая невесомым покровом, а радостный голос Лара возвестил: — Эл, это было так эффектно! В первый раз вижу тебя в рыцарском амплуа! Раньше ты просто отступал в сторонку. — Что значит «отходил в сторону»? — То и значит, — сверкнул на меня антрацитовым взглядом эльф. — Я не собираюсь ловить и транспортировать до диванчиков всяких симулянток. — И по этой причине прослыл редкостным хамом и грубияном, — радостно сдал приятеля Лариш. — Наши прекрасные дамы взяли на вооружение этот отвратительный прием человеческих женщин, — поморщился Элливир. — А я пока жениться не собираюсь и уж тем более не хочу тратить свое время на столь вредное времяпровождение!

   Я со стоном приподнялась на жестком животе эльфа, который на ощупь оказался ничуть не более приятным, чем на вид. Заглянула в злющие черные глаза на перекошенной физиономии и поняла — надо как можно скорее делать ноги. Тут на нас романтично спланировала паутинка, укрывая невесомым покровом, а радостный голос Лара возвестил: — Эл, это было так эффектно! В первый раз вижу тебя в рыцарском амплуа! Раньше ты просто отступал в сторонку. — Что значит «отходил в сторону»? — То и значит, — сверкнул на меня антрацитовым взглядом эльф. — Я не собираюсь ловить и транспортировать до диванчиков всяких симулянток. — И по этой причине прослыл редкостным хамом и грубияном, — радостно сдал приятеля Лариш. — Наши прекрасные дамы взяли на вооружение этот отвратительный прием человеческих женщин, — поморщился Элливир. — А я пока жениться не собираюсь и уж тем более не хочу тратить свое время на столь вредное времяпровождение!

   — Юлия Аристова · книга
3. «

   — Ты такая маленькая, — неожиданно сказал кикимор. — Именно морально. И очень-очень доверчивая. Тянешься к любому теплу хорошего отношения и без малейшей опаски идешь «в руки». — Кошка, — развела руками, непонятно почему светло улыбаясь. — А если маленькая, то котенок. А они именно такие. Настороженность приходит с возрастом и опытом. Но знаешь… жить так, как я живу сейчас, — чудесно, ведь это позволяет погружаться в хорошие эмоции без остатка, растворяться в них и не думать о плохом, которое неизбежно держит якорем. — Без якоря можно потеряться, — задумчиво проговорил Феликс. — И разбиться.

   — Ты такая маленькая, — неожиданно сказал кикимор. — Именно морально. И очень-очень доверчивая. Тянешься к любому теплу хорошего отношения и без малейшей опаски идешь «в руки». — Кошка, — развела руками, непонятно почему светло улыбаясь. — А если маленькая, то котенок. А они именно такие. Настороженность приходит с возрастом и опытом. Но знаешь… жить так, как я живу сейчас, — чудесно, ведь это позволяет погружаться в хорошие эмоции без остатка, растворяться в них и не думать о плохом, которое неизбежно держит якорем. — Без якоря можно потеряться, — задумчиво проговорил Феликс. — И разбиться.

   — Феликс Ла-Шавоир · книга
4. «

   Мы свернули на одну из узких улочек, немного поплутали по закоулкам и спустя несколько минут зашли в неприметный тупик. Кстати, меня порадовало отсутствие грязи, ухоженность и приятный, хоть и немного терпкий, запах каких-то незнакомых трав. Хороший город. — Как называется это место? — полюбопытствовала я. — Изумрудный город, — предсказуемо ответил Феликс, сосредоточенно ощупывая стенку. Ну да… А чего я ожидала? Но интересно, имеет ли он что-нибудь общее с фантазиями незабвенного Фрэнка Баума? Насколько я помню, жители там были вполне обыкновенные. Тут же этим и не пахнет. Но сам город… Гудвин опять же… Очень интересно!

   Мы свернули на одну из узких улочек, немного поплутали по закоулкам и спустя несколько минут зашли в неприметный тупик. Кстати, меня порадовало отсутствие грязи, ухоженность и приятный, хоть и немного терпкий, запах каких-то незнакомых трав. Хороший город. — Как называется это место? — полюбопытствовала я. — Изумрудный город, — предсказуемо ответил Феликс, сосредоточенно ощупывая стенку. Ну да… А чего я ожидала? Но интересно, имеет ли он что-нибудь общее с фантазиями незабвенного Фрэнка Баума? Насколько я помню, жители там были вполне обыкновенные. Тут же этим и не пахнет. Но сам город… Гудвин опять же… Очень интересно!

   — Юлия Аристова · книга
5. «

   Видимо, потрясения никогда не бывает много! Но привыкаешь, привыкаешь… Поэтому я просто уточнила: — Нечисть — это в прямом смысле? — Конечно, — кивнул Феликс. — Раньше некоторых из нас классифицировали как мавок, леших, водяных, кикимор, упырей, оборотней и прочего. Короче, мы все те, кто умеет быть почти людьми. Теперь понятно, почему они человейков сожрали!

   Видимо, потрясения никогда не бывает много! Но привыкаешь, привыкаешь… Поэтому я просто уточнила: — Нечисть — это в прямом смысле? — Конечно, — кивнул Феликс. — Раньше некоторых из нас классифицировали как мавок, леших, водяных, кикимор, упырей, оборотней и прочего. Короче, мы все те, кто умеет быть почти людьми. Теперь понятно, почему они человейков сожрали!

   — Юлия Аристова · книга
6. «

   Меня схватили за руку и потянули на выход. — Про людей я еще не рассказывал. — Их вы тоже… съели? — спросила с замиранием сердца. — Нет, — покачал головой странный субъект. — Они хоть и родственники человейков, но горькие, заразы. Потому живут, даже эволюционировали до предположительно разумных. — То есть жевать пробовали… — подвела я итог диалогу. — Конечно, — с легким удивлением посмотрел зеленый. — Голод был, говорю же. Ой, мама! — Но мы не определились. — Он внимательно посмотрел на меня. — Так вы кто? — Я — психейлог! — выдала единственное, что тут, похоже, не едят. — Чудненько, — вновь сразил меня своей улыбкой этот… Кикки. — Тогда следуйте за мной! — Куда? — пискнула я. — Радовать женщин! — торжественно выдал зеленый псих.

   Меня схватили за руку и потянули на выход. — Про людей я еще не рассказывал. — Их вы тоже… съели? — спросила с замиранием сердца. — Нет, — покачал головой странный субъект. — Они хоть и родственники человейков, но горькие, заразы. Потому живут, даже эволюционировали до предположительно разумных. — То есть жевать пробовали… — подвела я итог диалогу. — Конечно, — с легким удивлением посмотрел зеленый. — Голод был, говорю же. Ой, мама! — Но мы не определились. — Он внимательно посмотрел на меня. — Так вы кто? — Я — психейлог! — выдала единственное, что тут, похоже, не едят. — Чудненько, — вновь сразил меня своей улыбкой этот… Кикки. — Тогда следуйте за мной! — Куда? — пискнула я. — Радовать женщин! — торжественно выдал зеленый псих.

   — Юлия Аристова · книга
7. «

   — Стоп! Кто такие человейки? — внезапно заподозрила я. — Обезьяны, — тихо рассмеялся Ла-Шавоир. — Но также это одно из самоназваний людского племени. В любом случае давно доказано, что они произошли именно от этого вида. — Зачем вы меня напугали до полусмерти?! — рассерженно зашипела я. Вот гад! — Вы так забавно реагировали, — честно взглянул на меня этот… людоед. — Я не мог удержаться! И мне были интересны ваши поведенческие реакции. И кто из нас теперь психолог?!

   — Стоп! Кто такие человейки? — внезапно заподозрила я. — Обезьяны, — тихо рассмеялся Ла-Шавоир. — Но также это одно из самоназваний людского племени. В любом случае давно доказано, что они произошли именно от этого вида. — Зачем вы меня напугали до полусмерти?! — рассерженно зашипела я. Вот гад! — Вы так забавно реагировали, — честно взглянул на меня этот… людоед. — Я не мог удержаться! И мне были интересны ваши поведенческие реакции. И кто из нас теперь психолог?!

   — Юлия Аристова · книга
8. «

   В чувство привёл рывок за шиворот и зло-о-ой баритон над ухом: — Маэжи, что ЭТО такое? — Заказ прибыл! — весело ответил девичий голос. — Я заказывал солидного, опытного как там... психейлога. А это кто?! Ты кого мне притащила?! — Но, Кикки, дорогой, неужели ты думаешь, сбить настройки миров и вытащить тебе кого-то, хоть отдалённо подходящего под заданные параметры, так просто? — оскорблённо поинтересовалась Маэжи.

   В чувство привёл рывок за шиворот и зло-о-ой баритон над ухом: — Маэжи, что ЭТО такое? — Заказ прибыл! — весело ответил девичий голос. — Я заказывал солидного, опытного как там... психейлога. А это кто?! Ты кого мне притащила?! — Но, Кикки, дорогой, неужели ты думаешь, сбить настройки миров и вытащить тебе кого-то, хоть отдалённо подходящего под заданные параметры, так просто? — оскорблённо поинтересовалась Маэжи.

   — Юлия Аристова · книга
9. «

   А водители маршруток, оказывается, богатые люди! Сами посудите: контроля нет, билетиков в большинстве «Газелей» тоже не выдают. Вопрос: куда деваются деньги? Ну не может быть, чтобы совсем всё отдавали начальникам. Или это я испорченная, а они — кристальной чистоты и честности люди? Или татаро-монгольское иго эволюционировало и теперь взимает с нас золото таким прогрессивным методом?

   А водители маршруток, оказывается, богатые люди! Сами посудите: контроля нет, билетиков в большинстве «Газелей» тоже не выдают. Вопрос: куда деваются деньги? Ну не может быть, чтобы совсем всё отдавали начальникам. Или это я испорченная, а они — кристальной чистоты и честности люди? Или татаро-монгольское иго эволюционировало и теперь взимает с нас золото таким прогрессивным методом?

   — Юлия Аристова · книга
10. «

    Господи, за что ты меня так не любишь? По всем законам жанра я должна была попасть как минимум к эльфам и желательно во дворец! Там встретить принца, долго с ним цапаться, потом еще дольше посылать, когда он непонятно почему в меня влюбится. После как можно дольше мучить мужика, а если повезет, то и двух! Затем выйти замуж за несчастного и долго и счастливо отравлять жизнь окружающим. Красота! А я? Вместо прекрасного эльфа — надменная морда с… хм… своеобразным, скажем так, именем. Вместо красивой страны — болото. Впрочем, я грешу на действительность. Так как Хозяин Медной горы меня не интересует, несмотря на его волшебный голос, а сам Изумрудный город очень красив, то попала я очень даже неплохо! Может, и не в десятку, конечно, но… тогда бы было скучно. А мне однозначно весело!

    Господи, за что ты меня так не любишь? По всем законам жанра я должна была попасть как минимум к эльфам и желательно во дворец! Там встретить принца, долго с ним цапаться, потом еще дольше посылать, когда он непонятно почему в меня влюбится. После как можно дольше мучить мужика, а если повезет, то и двух! Затем выйти замуж за несчастного и долго и счастливо отравлять жизнь окружающим. Красота! А я? Вместо прекрасного эльфа — надменная морда с… хм… своеобразным, скажем так, именем. Вместо красивой страны — болото. Впрочем, я грешу на действительность. Так как Хозяин Медной горы меня не интересует, несмотря на его волшебный голос, а сам Изумрудный город очень красив, то попала я очень даже неплохо! Может, и не в десятку, конечно, но… тогда бы было скучно. А мне однозначно весело!

    — Юлия Аристова · книга
11. «

    — Мери, так лето же! — пожал плечами парень с таким видом, как будто это все объясняло. Потом он заметил меня, посмотрел заинтересованным взглядом и, картинно откидывая со лба смоляную прядь, вкрадчиво поинтересовался: — А кто эта прекрасная барышня? Меня одарили улыбкой записного сердцееда и прогулялись по фигуре еще раз более откровенным взглядом. Ой, мама… Он же призрак! Что это за мир такой?! — Это Юлия, — представила меня хранительница дома. — Риале господина Феликса. Минута молчания. Притом отнюдь не скорбная. Я бы сказала, радостная неимоверно, так как на лицах прислуги расцветало такое счастливое выражение, что мне стало жутко.

    — Мери, так лето же! — пожал плечами парень с таким видом, как будто это все объясняло. Потом он заметил меня, посмотрел заинтересованным взглядом и, картинно откидывая со лба смоляную прядь, вкрадчиво поинтересовался: — А кто эта прекрасная барышня? Меня одарили улыбкой записного сердцееда и прогулялись по фигуре еще раз более откровенным взглядом. Ой, мама… Он же призрак! Что это за мир такой?! — Это Юлия, — представила меня хранительница дома. — Риале господина Феликса. Минута молчания. Притом отнюдь не скорбная. Я бы сказала, радостная неимоверно, так как на лицах прислуги расцветало такое счастливое выражение, что мне стало жутко.

    — Юлия Аристова · книга
12. «

    — Как я уже говорил, месяц назад прибыло эльфийское посольство, — со вздохом начал болотник. — Конечно, их внешний вид весьма задевает наши эстетические чувства, но мы — раса цивилизованная и никогда не допустим демонстрацию антипатий. — Это, в смысле? — не поняла я. — Они вам кажутся… — Некрасивыми, — кивнул Феликс. — Я бы сказал, страшны неимоверно. Даже вы по сравнению с ними — красавица. Я ошарашенно замолчала. Эльфы — некрасивые? Хотя… оглядела контингент вокруг и поняла почему. Если им нравятся такие же, как они, то ушастые в их глазах и правда редкостные уроды.

    — Как я уже говорил, месяц назад прибыло эльфийское посольство, — со вздохом начал болотник. — Конечно, их внешний вид весьма задевает наши эстетические чувства, но мы — раса цивилизованная и никогда не допустим демонстрацию антипатий. — Это, в смысле? — не поняла я. — Они вам кажутся… — Некрасивыми, — кивнул Феликс. — Я бы сказал, страшны неимоверно. Даже вы по сравнению с ними — красавица. Я ошарашенно замолчала. Эльфы — некрасивые? Хотя… оглядела контингент вокруг и поняла почему. Если им нравятся такие же, как они, то ушастые в их глазах и правда редкостные уроды.

    — Юлия Аристова · книга
13. «

    — Почва из-под ног выбита окончательно, ценности осыпались карточным домиком, а стало быть, самое время постепенно насаждать свои взгляды на жизнь, так? — грустно поинтересовалась я. — Феликс, ты и правда великолепный психолог.

    — Почва из-под ног выбита окончательно, ценности осыпались карточным домиком, а стало быть, самое время постепенно насаждать свои взгляды на жизнь, так? — грустно поинтересовалась я. — Феликс, ты и правда великолепный психолог.

    — Юлия Аристова · книга
14. «

    Как только мы вырулили на полупустынную дорогу, я постепенно начала набирать скорость, чувствуя, как ветер, врывающийся в окно, треплет волосы, расплетает косу и… раздувает костер моей ярости все ярче. И еще мне почему-то захотелось полноценного скандала. Взаимного, ***! Поэтому я стащила экранирующий перстень и, так же не глядя, швырнула в сидящего рядом болотника, с удовольствием ощущая его резкий выдох. А что такое, драгоценный?! Ты хотел моих эмоций?! Вчера был в таком восторге! Ты желал второго. Так вот она я! И будем мы с тобой делить все… пока я этого хочу, сволочь зеленая с исключительными правами использования объекта!

    Как только мы вырулили на полупустынную дорогу, я постепенно начала набирать скорость, чувствуя, как ветер, врывающийся в окно, треплет волосы, расплетает косу и… раздувает костер моей ярости все ярче. И еще мне почему-то захотелось полноценного скандала. Взаимного, ***! Поэтому я стащила экранирующий перстень и, так же не глядя, швырнула в сидящего рядом болотника, с удовольствием ощущая его резкий выдох. А что такое, драгоценный?! Ты хотел моих эмоций?! Вчера был в таком восторге! Ты желал второго. Так вот она я! И будем мы с тобой делить все… пока я этого хочу, сволочь зеленая с исключительными правами использования объекта!

    — Юлия Аристова · книга
15. «

    — И что дальше? — Мне стало реально интересно! — А дальше они смутили умы наших женщин, — тоскливо протянул Ла-Шавоир. — Почти весь женский персонал дворца проникся к ним нежными чувствами. Но эти черствые эгоисты отвергли наших прекрасных дев и даже высказались на тему их несоответствия вкусам эльфийского народа! Я немного подумала и решила, что понимаю «черствых эгоистов». Вот только вопрос: почему местные дамы прониклись прелестью эльфов? Они ведь не извращенки… Ну, теоретически.

    — И что дальше? — Мне стало реально интересно! — А дальше они смутили умы наших женщин, — тоскливо протянул Ла-Шавоир. — Почти весь женский персонал дворца проникся к ним нежными чувствами. Но эти черствые эгоисты отвергли наших прекрасных дев и даже высказались на тему их несоответствия вкусам эльфийского народа! Я немного подумала и решила, что понимаю «черствых эгоистов». Вот только вопрос: почему местные дамы прониклись прелестью эльфов? Они ведь не извращенки… Ну, теоретически.

    — Юлия Аристова · книга
16. «

    — Пойдем с другой стороны, — легко согласилась я. — Ла-Шавоир, а вы когда-нибудь вынуждены были общаться с очень враждебно настроенной к вам женщиной? — Случалось, — настороженно ответил он. — И насколько она или они были вам близки? — все так же мягко спрашивала я, ощущая просто лютую злость на надменного аристократа, который решил, что ему все позволено. — Так же, как и риале? Подумайте, ведь у нас с вами вся жизнь впереди… И какой неописуемо «прекрасной» я могу ее сделать!

    — Пойдем с другой стороны, — легко согласилась я. — Ла-Шавоир, а вы когда-нибудь вынуждены были общаться с очень враждебно настроенной к вам женщиной? — Случалось, — настороженно ответил он. — И насколько она или они были вам близки? — все так же мягко спрашивала я, ощущая просто лютую злость на надменного аристократа, который решил, что ему все позволено. — Так же, как и риале? Подумайте, ведь у нас с вами вся жизнь впереди… И какой неописуемо «прекрасной» я могу ее сделать!

    — Юлия Аристова · книга
17. «

    — А у вас такие некрасивые женщины? — Нам нравятся, — пожал плечами. — Это они после приезда эльфийского посольства взбесились. — А зачем вам я? Я еще не доучилась! — Так вы умеете делать женщин красивыми? — грозно спросил этот… — Я не стилист, — замахала руками. Ну, мало ли… Кто знает, как у них тут стилисты выглядели… Может, как я?! — Я человек! — Человейк? — по-птичьи склонил голову набок зеленый. — Тоже водились у нас такие. Бегали медленно, потому во время большой засухи мы их всех съели. При этом он так мечтательно улыбнулся, как будто лично ловил и ел, а теперь с ностальгией вспоминает те счастливые времена. Кстати, очень зубасто улыбнулся… Сомнений в том, что оно плотоядное, у меня не осталось!

    — А у вас такие некрасивые женщины? — Нам нравятся, — пожал плечами. — Это они после приезда эльфийского посольства взбесились. — А зачем вам я? Я еще не доучилась! — Так вы умеете делать женщин красивыми? — грозно спросил этот… — Я не стилист, — замахала руками. Ну, мало ли… Кто знает, как у них тут стилисты выглядели… Может, как я?! — Я человек! — Человейк? — по-птичьи склонил голову набок зеленый. — Тоже водились у нас такие. Бегали медленно, потому во время большой засухи мы их всех съели. При этом он так мечтательно улыбнулся, как будто лично ловил и ел, а теперь с ностальгией вспоминает те счастливые времена. Кстати, очень зубасто улыбнулся… Сомнений в том, что оно плотоядное, у меня не осталось!

    — Юлия Аристова · книга
18. «

    Мы с Феликсом некоторое время задумчиво смотрели вслед этому невероятному типу, а затем я спросила: — А у эльфов тоже засуха была? — Да, — рассеянно ответил зеленый. — Даже сильнее, чем у нас. У них человейков даже в зоопарках не осталось. А еще «прогрессивная страна, гуманизм — наше все»… — Вот тебе и вегетарианцы, — ошарашенно пробормотала я, с содроганием вспоминая набор белых красивых зубов остроухого.

    Мы с Феликсом некоторое время задумчиво смотрели вслед этому невероятному типу, а затем я спросила: — А у эльфов тоже засуха была? — Да, — рассеянно ответил зеленый. — Даже сильнее, чем у нас. У них человейков даже в зоопарках не осталось. А еще «прогрессивная страна, гуманизм — наше все»… — Вот тебе и вегетарианцы, — ошарашенно пробормотала я, с содроганием вспоминая набор белых красивых зубов остроухого.

    — Юлия Аристова · книга
19. «

    — Лель, уйди, а? — устало попросила Риша. — Ты никогда не рада меня видеть! — возмутился шут. — Уже третий раз за последнее время! — Так ты всегда приходишь непонятно как! — возмутилась брюнетка. — Вчера разбудил меня в три часа ночи, только чтобы поплакаться, что тебя при дворе не любят. Как будто это новость! — Не все, — скорбно отозвалось светловолосое недоразумение. — А одна конкретная леди Даррена, которая уже в третий раз выставляет меня из своей спальни. Ну подумаешь, там муж! Он же спит! — Лель, ты с ума сошел? — вкрадчиво осведомился Лариш.

    — Лель, уйди, а? — устало попросила Риша. — Ты никогда не рада меня видеть! — возмутился шут. — Уже третий раз за последнее время! — Так ты всегда приходишь непонятно как! — возмутилась брюнетка. — Вчера разбудил меня в три часа ночи, только чтобы поплакаться, что тебя при дворе не любят. Как будто это новость! — Не все, — скорбно отозвалось светловолосое недоразумение. — А одна конкретная леди Даррена, которая уже в третий раз выставляет меня из своей спальни. Ну подумаешь, там муж! Он же спит! — Лель, ты с ума сошел? — вкрадчиво осведомился Лариш.

    — Ришаль дир Ниралисса · книга
20. «

    В отличие от подавляющего большинства людей в подобной ситуации, домой меня тянул разве что все никак не сдыхающий кактус на подоконнике родной квартиры. Раньше у нас было много цветов… Когда мама была. Но два года назад она пропала. Вот так просто и совершенно бесследно. С работы ушла — домой не пришла. Как испарилась. А в то время по городу ходили неприятные слухи об убийце. Но тела не нашли. Как и вещей. Сначала была безумная надежда и судорожные поиски, а потом глухое отчаяние и безразличие ко всему. И я ушла в себя. Больше полугода как в черной дыре потерялись. За это время от меня сбежали кот, парень, и погибли все цветы, кроме стойкого кактуса. Я даже одно время целенаправленно пыталась его уморить. Не получилось. И вот в какой-то момент при разглядывании зеленого, вопреки всем испытаниям, растения, стоящего на пыльном окне, мне в голову пришла мысль: «А чем я хуже?» Почему вяну?

    В отличие от подавляющего большинства людей в подобной ситуации, домой меня тянул разве что все никак не сдыхающий кактус на подоконнике родной квартиры. Раньше у нас было много цветов… Когда мама была. Но два года назад она пропала. Вот так просто и совершенно бесследно. С работы ушла — домой не пришла. Как испарилась. А в то время по городу ходили неприятные слухи об убийце. Но тела не нашли. Как и вещей. Сначала была безумная надежда и судорожные поиски, а потом глухое отчаяние и безразличие ко всему. И я ушла в себя. Больше полугода как в черной дыре потерялись. За это время от меня сбежали кот, парень, и погибли все цветы, кроме стойкого кактуса. Я даже одно время целенаправленно пыталась его уморить. Не получилось. И вот в какой-то момент при разглядывании зеленого, вопреки всем испытаниям, растения, стоящего на пыльном окне, мне в голову пришла мысль: «А чем я хуже?» Почему вяну?

    — Юлия Аристова · книга