19 лучших цитат из книги «Александра Макарова. Нас рано хоронить»

19 цитат из книги «Александра Макарова. Нас рано хоронить» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Зима в этом году была как прокисшее молоко. Противная, вызывающая тошноту, уничтожающая аппетит к жизни. Вектор движения вновь потерян. Маршрут перестроен. Куда повернуть? Налево? Направо? Развернуться? Одно ясно точно — главное, не стоять на месте, чтобы опять не сойти с ума.

   Зима в этом году была как прокисшее молоко. Противная, вызывающая тошноту, уничтожающая аппетит к жизни. Вектор движения вновь потерян. Маршрут перестроен. Куда повернуть? Налево? Направо? Развернуться? Одно ясно точно — главное, не стоять на месте, чтобы опять не сойти с ума.
2. «

   Мокрые скамейки в каждом городе сияют одиночеством. В наше время даже наушники к телефону проводами не привязаны, с людьми так же. Каждый сам по себе.

   Мокрые скамейки в каждом городе сияют одиночеством. В наше время даже наушники к телефону проводами не привязаны, с людьми так же. Каждый сам по себе.
3. «

   Когда железный занавес, который ты тщательно возводил долгие годы, крошится как мел, обнажается истина, и можно легко стать тем, кем хотел быть всегда, но боялся. Величайшая ценность — перестать играть в прятки с самим собой. Если не стыдно смотреть в глаза собственному отражению — ты победил.

   Когда железный занавес, который ты тщательно возводил долгие годы, крошится как мел, обнажается истина, и можно легко стать тем, кем хотел быть всегда, но боялся. Величайшая ценность — перестать играть в прятки с самим собой. Если не стыдно смотреть в глаза собственному отражению — ты победил.
4. «

   Январь был глух и слеп. Ленив и жесток. Грязный лед на тротуарах, посыпанный песком, злобно смотрел снизу вверх на прохожих. Обнаженные деревья вдоль дороги скалили зубы, тянули свои скрюченные морозом ветки, словно нищие на паперти, «дай, дай, дай», цеплялись периодически за волосы, за шубу, будто пытаясь разорвать на части.

   Январь был глух и слеп. Ленив и жесток. Грязный лед на тротуарах, посыпанный песком, злобно смотрел снизу вверх на прохожих. Обнаженные деревья вдоль дороги скалили зубы, тянули свои скрюченные морозом ветки, словно нищие на паперти, «дай, дай, дай», цеплялись периодически за волосы, за шубу, будто пытаясь разорвать на части.
5. «

   Наблюдая за прохожими, счастливо бредущими, держась за руки, она пообещала себе больше не сворачивать с чистой дороги в чужие подворотни, не запрыгивать в попутки, несущиеся в противоположном направлении, не подстраиваться под чьи-то представления о жизни. У нее будет свой хэппи-энд, собственный, но для начала нужно завершить начатую трансформацию и окончательно избавить от рюкзака с камнями, практически приросшего к спине, который она терпеливо отдирала, невзирая на боль.

   Наблюдая за прохожими, счастливо бредущими, держась за руки, она пообещала себе больше не сворачивать с чистой дороги в чужие подворотни, не запрыгивать в попутки, несущиеся в противоположном направлении, не подстраиваться под чьи-то представления о жизни. У нее будет свой хэппи-энд, собственный, но для начала нужно завершить начатую трансформацию и окончательно избавить от рюкзака с камнями, практически приросшего к спине, который она терпеливо отдирала, невзирая на боль.
6. «

   У Жени была четкая гражданская позиция, простая и легко объяснимая. Она всем сердцем любила свою страну, в общем и целом поддерживала действующую власть, уважала, даже восхищалась нынешним лидером, но считала неприемлемыми любые попытки местечковых политиков манипулирования населением. Не умели они играть по-честному, не доросли, заботились не о людях, а о прибыли. Бюджеты оперативно «пилились», мэров, региональных министров и глав департаментов одного за другим сажали, а жители многострадального города N все больше погружались в отчаяние.

   У Жени была четкая гражданская позиция, простая и легко объяснимая. Она всем сердцем любила свою страну, в общем и целом поддерживала действующую власть, уважала, даже восхищалась нынешним лидером, но считала неприемлемыми любые попытки местечковых политиков манипулирования населением. Не умели они играть по-честному, не доросли, заботились не о людях, а о прибыли. Бюджеты оперативно «пилились», мэров, региональных министров и глав департаментов одного за другим сажали, а жители многострадального города N все больше погружались в отчаяние.
7. «

   Есть личности, которые могут только говорить, иногда годами. Но никогда не решатся осуществить свои планы. Время всегда будет неподходящее. Лучший выход в данном случае — самоустраниться. Не мешать им тешить себя иллюзиями, что они на что-то способны. Так же есть люди-котики, которые скребутся, издавая громкие звуки, а когда открываешь дверь — делают тыг-дык, сверкая пятками, ладно, если не насрут по дороге. Есть песики, жалобно скулящие и выпрашивающие, такого впустишь — придавит тебя своими эмоциями, что встать не сможешь. Я — человек, который знает цену времени. Потому просто толкаю нужную дверь, или тяну на себя. Стратегии разные, степень ответственности за результат одна. Когда берешь на себя эту ответственность, за свою жизнь и свои решения, перед тобой вдруг сами начинают распахиваться все двери, которые долгое время были заперты на засовы. Некоторые медлят годами, не в силах решиться войти или выйти, не замечая, что постепенно их двери исчезают, превращаются в бетонные стены, об которые остается потом только убиться.

   Есть личности, которые могут только говорить, иногда годами. Но никогда не решатся осуществить свои планы. Время всегда будет неподходящее. Лучший выход в данном случае — самоустраниться. Не мешать им тешить себя иллюзиями, что они на что-то способны. Так же есть люди-котики, которые скребутся, издавая громкие звуки, а когда открываешь дверь — делают тыг-дык, сверкая пятками, ладно, если не насрут по дороге. Есть песики, жалобно скулящие и выпрашивающие, такого впустишь — придавит тебя своими эмоциями, что встать не сможешь. Я — человек, который знает цену времени. Потому просто толкаю нужную дверь, или тяну на себя. Стратегии разные, степень ответственности за результат одна. Когда берешь на себя эту ответственность, за свою жизнь и свои решения, перед тобой вдруг сами начинают распахиваться все двери, которые долгое время были заперты на засовы. Некоторые медлят годами, не в силах решиться войти или выйти, не замечая, что постепенно их двери исчезают, превращаются в бетонные стены, об которые остается потом только убиться.
8. «

   В определенный период жизни наступает момент, когда тебе уже все равно, есть друзья или нет, любит тебя кто-то или нет, нравишься ты соседям или не очень. Главное — быть в ладу с самим собой, но и это не всегда выходит. Постепенно появляется что-то такое во взгляде, чего люди начинают бояться, и держатся от тебя подальше, а ты уже входишь во вкус и специально проверяешь их на прочность. Пока ни один не выстоял.

   В определенный период жизни наступает момент, когда тебе уже все равно, есть друзья или нет, любит тебя кто-то или нет, нравишься ты соседям или не очень. Главное — быть в ладу с самим собой, но и это не всегда выходит. Постепенно появляется что-то такое во взгляде, чего люди начинают бояться, и держатся от тебя подальше, а ты уже входишь во вкус и специально проверяешь их на прочность. Пока ни один не выстоял.
9. «

   Она как будто пересаживалась с одного поезда на другой, не в силах добраться до точки назначения. Более того, в билете на месте конечного пункта была пустота.

   Она как будто пересаживалась с одного поезда на другой, не в силах добраться до точки назначения. Более того, в билете на месте конечного пункта была пустота.
10. «

    Да, я тоже недовольна действиями властей по некоторым пунктам, но четко понимаю, что кровопролитием ничего не решить, как и заменой главных шахматных фигур. Необъяснимая русская душа имеет ряд странных особенностей. Нездоровый и бессмысленный героизм, бесцельный риск и самопожертвование, драка ради драки. Толпа заводится с пол-оборота, включая женщин и стариков, которые с радостью размахивают клюшками и всем, что под руку подвернется. Проблем в государстве немало, но объективно, никогда еще Россия не жила лучше, чем сейчас. Как они не понимают, что идеальный мир создать невозможно, а изменения требуют времени и колоссального труда. Работяги, которые по вечерам на кухне хлещут водку и ругают правительство, молодежь, зависающая большую часть жизни в Тик-токе, менеджеры, лениво сидящие на окладе и живущие в кредит — все они способны только кричать „Дай, дай, дай!“, как чайки, а вот действовать не хотят, строить страну своими руками — лень, лучше пива попить в свободное время. Школу закончили, и, слава Богу, а если еще и институт, то все, план выполнен, на этом развитие остановлено, и начинается деградация.

    Да, я тоже недовольна действиями властей по некоторым пунктам, но четко понимаю, что кровопролитием ничего не решить, как и заменой главных шахматных фигур. Необъяснимая русская душа имеет ряд странных особенностей. Нездоровый и бессмысленный героизм, бесцельный риск и самопожертвование, драка ради драки. Толпа заводится с пол-оборота, включая женщин и стариков, которые с радостью размахивают клюшками и всем, что под руку подвернется. Проблем в государстве немало, но объективно, никогда еще Россия не жила лучше, чем сейчас. Как они не понимают, что идеальный мир создать невозможно, а изменения требуют времени и колоссального труда. Работяги, которые по вечерам на кухне хлещут водку и ругают правительство, молодежь, зависающая большую часть жизни в Тик-токе, менеджеры, лениво сидящие на окладе и живущие в кредит — все они способны только кричать „Дай, дай, дай!“, как чайки, а вот действовать не хотят, строить страну своими руками — лень, лучше пива попить в свободное время. Школу закончили, и, слава Богу, а если еще и институт, то все, план выполнен, на этом развитие остановлено, и начинается деградация.
11. «

    На кладбище ограды у могил не просто так устанавливают. Это знак «Стоп», пересекать их нельзя. Топтать цветы и землю, под которой останки — нельзя. У каждого живого человека тоже должна быть невидимая ограда. Личные границы. Внутри этого периметра, огороженного забором, только я. За его пределами — семья, дети, мужчины, друзья, коллеги и все остальные. Так вот, мои цветы тоже нельзя топтать. Перелазить через забор — запрещено. Никто не имеет права советовать мне как жить, как себя вести, какую работу выбирать, кого любить, как краситься и одеваться, как кормить кота, если я сама этого мнения не спрашивала. Никто не имеет права прикасаться ко мне без моего желания. Даже брать за руку. Если женщина говорит «нет», мужчины почему-то часто ищут двойной смысл, думая, что она «ломается» и набивает себе цену. «Нет» означает только «нет». Вокруг моего внутреннего мира не просто забор, но еще и колючая проволока, и автоматчики на вышках. Одно лишнее слово — и человек под прицелом, рецидивист будет расстрелян на месте.

    На кладбище ограды у могил не просто так устанавливают. Это знак «Стоп», пересекать их нельзя. Топтать цветы и землю, под которой останки — нельзя. У каждого живого человека тоже должна быть невидимая ограда. Личные границы. Внутри этого периметра, огороженного забором, только я. За его пределами — семья, дети, мужчины, друзья, коллеги и все остальные. Так вот, мои цветы тоже нельзя топтать. Перелазить через забор — запрещено. Никто не имеет права советовать мне как жить, как себя вести, какую работу выбирать, кого любить, как краситься и одеваться, как кормить кота, если я сама этого мнения не спрашивала. Никто не имеет права прикасаться ко мне без моего желания. Даже брать за руку. Если женщина говорит «нет», мужчины почему-то часто ищут двойной смысл, думая, что она «ломается» и набивает себе цену. «Нет» означает только «нет». Вокруг моего внутреннего мира не просто забор, но еще и колючая проволока, и автоматчики на вышках. Одно лишнее слово — и человек под прицелом, рецидивист будет расстрелян на месте.
12. «

    Когда долго находишься в определенном образе, то буквально срастаешься с ним. Снова стать собой — как содрать заживо кожу. Страшно и больно. А вдруг зря? В привычном амплуа безопаснее. Проще уйти в отрицание, чем заново поверить, но иногда так хочется рискнуть, а вдруг?..

    Когда долго находишься в определенном образе, то буквально срастаешься с ним. Снова стать собой — как содрать заживо кожу. Страшно и больно. А вдруг зря? В привычном амплуа безопаснее. Проще уйти в отрицание, чем заново поверить, но иногда так хочется рискнуть, а вдруг?..
13. «

    Капельки на стекле после дождя — это различные жизненные ситуации, через которые мы прошли. Они вместе создают загадочную картинку, однако на самом деле мешают отчетливо видеть. Искажают. Вводят в заблуждение. Все смотрят на мир сквозь призму собственного опыта, потирая шишки на голове от многочисленных ударов, поэтому никогда нельзя точно сказать, что есть истина. Проще оставить так и многозначительно молчать, а можно открыть окно и протереть его как следует, но тут нужен грамотный психолог или верный друг.

    Капельки на стекле после дождя — это различные жизненные ситуации, через которые мы прошли. Они вместе создают загадочную картинку, однако на самом деле мешают отчетливо видеть. Искажают. Вводят в заблуждение. Все смотрят на мир сквозь призму собственного опыта, потирая шишки на голове от многочисленных ударов, поэтому никогда нельзя точно сказать, что есть истина. Проще оставить так и многозначительно молчать, а можно открыть окно и протереть его как следует, но тут нужен грамотный психолог или верный друг.
14. «

    Алкоголь не выбирает кого губить — богатого или бедного, глупого или умного, красивого или уродливого — перед ним все равны, как и перед любой болезнью. Только вот болезнь эта не благородная, она не вызывает жалости, поэтому тщательно скрывается, покуда хватает ресурсов.

    Алкоголь не выбирает кого губить — богатого или бедного, глупого или умного, красивого или уродливого — перед ним все равны, как и перед любой болезнью. Только вот болезнь эта не благородная, она не вызывает жалости, поэтому тщательно скрывается, покуда хватает ресурсов.
15. «

    Я выбрала тебя по запаху. Знаешь, бывает, что картинка визуально прекрасна, а в жизни человек абсолютно безвкусный, пахнущий пустотой, прозрачностью. С тобой по-другому. Первый раз глаза в глаза, помнишь, ты опоздал в тот день? И бутоны меж ребер расцвели, а вокруг нас аромат, терпкий, насыщенный, густой, его даже можно было потрогать, с наслаждением окуная пальцы. И что бы дальше не произошло, эти оттенки останутся в памяти навсегда. Закрою глаза где-нибудь на другом конце планеты, а ты во мне. Даже после сквозного проветривания.

    Я выбрала тебя по запаху. Знаешь, бывает, что картинка визуально прекрасна, а в жизни человек абсолютно безвкусный, пахнущий пустотой, прозрачностью. С тобой по-другому. Первый раз глаза в глаза, помнишь, ты опоздал в тот день? И бутоны меж ребер расцвели, а вокруг нас аромат, терпкий, насыщенный, густой, его даже можно было потрогать, с наслаждением окуная пальцы. И что бы дальше не произошло, эти оттенки останутся в памяти навсегда. Закрою глаза где-нибудь на другом конце планеты, а ты во мне. Даже после сквозного проветривания.
16. «

    Нужно чаще встречаться. Узнавать, что внутри у тех, кто ходит по улице, подняв воротник пальто, прячась от посторонних глаз, порой слишком настойчивых. Размышлять. Учиться слушать и слышать, спрашивать и рассказывать истории. Быть собой и позволять это другим. Мечтать и находить единомышленников.

    Нужно чаще встречаться. Узнавать, что внутри у тех, кто ходит по улице, подняв воротник пальто, прячась от посторонних глаз, порой слишком настойчивых. Размышлять. Учиться слушать и слышать, спрашивать и рассказывать истории. Быть собой и позволять это другим. Мечтать и находить единомышленников.
17. «

    Когда черный лед внутри трескается и тает, обнажается давно заброшенная нефтяная скважина и начинает вдруг бить фонтаном. Из самых недр, заполняя все пустоты. Подарок или проклятье? Принесет она то, о чем мечтаешь? Или утонешь, захлебнешься, сгинешь в лихорадке? Ныряй. И молись, чтобы протянули руку, вытащили, если почувствуешь, что засасывает. В любом случае, жить в криокамере больше нельзя. Не выйдет. Процесс запущен. Сердце начало биться. Настало время разобраться с истинным, глубинным, внезапно пробудившимся, бурлящим. Бояться можно. Сдавать назад — нет. Повторная заморозка приведет к гибели всего живого.

    Когда черный лед внутри трескается и тает, обнажается давно заброшенная нефтяная скважина и начинает вдруг бить фонтаном. Из самых недр, заполняя все пустоты. Подарок или проклятье? Принесет она то, о чем мечтаешь? Или утонешь, захлебнешься, сгинешь в лихорадке? Ныряй. И молись, чтобы протянули руку, вытащили, если почувствуешь, что засасывает. В любом случае, жить в криокамере больше нельзя. Не выйдет. Процесс запущен. Сердце начало биться. Настало время разобраться с истинным, глубинным, внезапно пробудившимся, бурлящим. Бояться можно. Сдавать назад — нет. Повторная заморозка приведет к гибели всего живого.
18. «

    Самые сладкие плоды достаются через яростное внутреннее сопротивление. Можно всю жизнь подбирать то, что само падает под ноги, не найдя в себе сил дотянуться к вершине, но тогда придется давиться гнилью. Только по-настоящему отчаянные способны достигнуть пика, ободрав по пути кожу, будучи готовыми рискнуть всем. И лишь наступив на горло своим страхам, получишь шанс найти личный райский сад, став победителем по жизни.

    Самые сладкие плоды достаются через яростное внутреннее сопротивление. Можно всю жизнь подбирать то, что само падает под ноги, не найдя в себе сил дотянуться к вершине, но тогда придется давиться гнилью. Только по-настоящему отчаянные способны достигнуть пика, ободрав по пути кожу, будучи готовыми рискнуть всем. И лишь наступив на горло своим страхам, получишь шанс найти личный райский сад, став победителем по жизни.
19. «

    Не существует хороших и плохих жен/мужей/друзей/любовников. Есть подходящие лично вам люди и неподходящие. Если пазл не складывается — не мучайте друг друга, найдите в себе смелость это признать. Уметь отпускать, так же, как и уметь уходить — это про достоинство.

    Не существует хороших и плохих жен/мужей/друзей/любовников. Есть подходящие лично вам люди и неподходящие. Если пазл не складывается — не мучайте друг друга, найдите в себе смелость это признать. Уметь отпускать, так же, как и уметь уходить — это про достоинство.