Подборка · 15 цитат из книги

15 фраз из книги «Андрей Курпатов. Красная таблетка-2. Вся правда об успехе» для дневника

15 цитат из книги «Андрей Курпатов. Красная таблетка-2. Вся правда об успехе» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

Другие размеры:10 13 14 16 17 все варианты

Мы – люди с мозгом кроманьонца – принуждены жить в культуре, в социальных мифах, в мегаполисах, в бизнесе, в семье. Весь мир, который мы видим перед собой, нам неорганичен, несмотря на то что именно мы совместными усилиями его и создали. Теперь все наши хилые силы брошены на то, чтобы хоть как-то согласовать свою биологическую природу с жизнью, на которую мы обречены. Мы должны научиться жить в мире, где нет больше необходимости постоянно думать о выживании, но нужно научиться бороться с искушениями, на которые мы так падки.
Мы – люди с мозгом кроманьонца – принуждены жить в культуре, в социальных мифах, в мегаполисах, в бизнесе, в семье. Весь мир, который мы видим перед собой, нам неорганичен, несмотря на то что именно мы совместными усилиями его и создали. Теперь все наши хилые силы брошены на то, чтобы хоть как-то согласовать свою биологическую природу с жизнью, на которую мы обречены. Мы должны научиться жить в мире, где нет больше необходимости постоянно думать о выживании, но нужно научиться бороться с искушениями, на которые мы так падки.
Про секс же, в эпоху Tinder и Badoo, и вовсе говорить нечего. «Запретный плод» стал настолько доступен, насколько тривиален, настолько малоценен, что говорить о нём как о мотивирующей человека силе просто смешно. Прежде сексуальность напрямую ассоциировалась с браком, а вступить в брак – это ведь была целая история. Роднились семьи, все должны были убедить всех, что и жених, и невеста соответствуют статусу, имеют достаточный уровень благосостояния, образования и т. д. и т. п.
Про секс же, в эпоху Tinder и Badoo, и вовсе говорить нечего. «Запретный плод» стал настолько доступен, насколько тривиален, настолько малоценен, что говорить о нём как о мотивирующей человека силе просто смешно. Прежде сексуальность напрямую ассоциировалась с браком, а вступить в брак – это ведь была целая история. Роднились семьи, все должны были убедить всех, что и жених, и невеста соответствуют статусу, имеют достаточный уровень благосостояния, образования и т. д. и т. п.
Поэтому не бежать надо от ситуаций, где вам больно и тяжело, а искать их. А найдя, пресечь всякую жалость к себе и ценить сложность задачи, которую вы решаете. Чем сложнее задача, тем сильнее напряжётся ваш мозг, а чем сильнее он напряжётся, тем больше будет от него – ленивого – проку.
Поэтому не бежать надо от ситуаций, где вам больно и тяжело, а искать их. А найдя, пресечь всякую жалость к себе и ценить сложность задачи, которую вы решаете. Чем сложнее задача, тем сильнее напряжётся ваш мозг, а чем сильнее он напряжётся, тем больше будет от него – ленивого – проку.
В мире, где каждый прав, где любое «личное мнение», сколь бы идиотским оно ни было, не может быть оспорено, потому что это бы являлось посягательством на «права и свободы», власти больше не может быть – ни фактической, ни символической.
В мире, где каждый прав, где любое «личное мнение», сколь бы идиотским оно ни было, не может быть оспорено, потому что это бы являлось посягательством на «права и свободы», власти больше не может быть – ни фактической, ни символической.
Короче говоря, дайте тем, кому это и в самом деле нужно, возможность вдохнуть и сказать: «Я не хочу». Не заставляйте их повторять: «Я не знаю, чего я хочу». Они знают, их мозг знает. Они там, где они есть, именно потому, что они этого и хотят – не славы, не успеха, не миллионов, а просто спокойной, нормальной, полной нехитрых удовольствий жизни. Почему нет? Что в этом плохого? Если же мы и вправду считаем, что каждый человек имеет право на свою жизнь, дайте им (или себе) возможность спокойно прожить их (или вашу) жизнь без чувства стыда, что вы не оправдали каких-то и непонятно чьих ожиданий.
Короче говоря, дайте тем, кому это и в самом деле нужно, возможность вдохнуть и сказать: «Я не хочу». Не заставляйте их повторять: «Я не знаю, чего я хочу». Они знают, их мозг знает. Они там, где они есть, именно потому, что они этого и хотят – не славы, не успеха, не миллионов, а просто спокойной, нормальной, полной нехитрых удовольствий жизни. Почему нет? Что в этом плохого? Если же мы и вправду считаем, что каждый человек имеет право на свою жизнь, дайте им (или себе) возможность спокойно прожить их (или вашу) жизнь без чувства стыда, что вы не оправдали каких-то и непонятно чьих ожиданий.
«Представим себе индейку, – говорит Талеб, – которую усердно кормят каждый день и которая убеждена в дружественном отношении к ней людей». Представьте, правда: у индейки всё просто замечательно – красивая, откормленная, упитанная... У вас уже есть ощущение, что пахнет жареным? «В канун Дня благодарения, – продолжает Талеб, – с индейкой произойдёт нечто непредвиденное, она поймёт, что ошибалась». И правда, самая «успешная» из них – первой пойдёт на убой. Жаренная в яблоках, она торжественно подаётся к столу, а Талеб резюмирует: «Уверенность индейки в безопасности достигает максимума, когда риск – самый высокий». Понимаете, и это тоже правда. Правда, которую объективно нельзя доказать. Но это правда, которую поздно потом будет доказывать.
«Представим себе индейку, – говорит Талеб, – которую усердно кормят каждый день и которая убеждена в дружественном отношении к ней людей». Представьте, правда: у индейки всё просто замечательно – красивая, откормленная, упитанная... У вас уже есть ощущение, что пахнет жареным? «В канун Дня благодарения, – продолжает Талеб, – с индейкой произойдёт нечто непредвиденное, она поймёт, что ошибалась». И правда, самая «успешная» из них – первой пойдёт на убой. Жаренная в яблоках, она торжественно подаётся к столу, а Талеб резюмирует: «Уверенность индейки в безопасности достигает максимума, когда риск – самый высокий». Понимаете, и это тоже правда. Правда, которую объективно нельзя доказать. Но это правда, которую поздно потом будет доказывать.
Мир никому мёдом не намазан, поэтому давайте не будем друг другу врать: пусть человек и не должен страдать, но страдать он будет. Всякие утверждения обратного вводят людей, да и нас самих в заблуждение. Впрочем, если бы только это, то полбеды. Но есть и вторая часть, сугубо нейрофизиологическая: наш мозг ленив, поэтому он будет страдать в любом случае, если ему надо хоть чуть-чуть напрячься – учитесь ли вы чему-то, работаете, просто строите отношения с другим человеком. Всё это труд, требующий от мозга интеллектуального напряжения, формирования новых нейронных связей, построения сложных моделей реальности, учитывающих интересы других людей, и т. д. и т. п. То есть он сидит там у вас в черепной коробочке – тихо ему, тепло и спокойно. А тут бац, надо что-то делать – вникать, разбираться, поднимать попу с дивана и волочить её куда-то. Понятное дело, он не хочет.
Мир никому мёдом не намазан, поэтому давайте не будем друг другу врать: пусть человек и не должен страдать, но страдать он будет. Всякие утверждения обратного вводят людей, да и нас самих в заблуждение. Впрочем, если бы только это, то полбеды. Но есть и вторая часть, сугубо нейрофизиологическая: наш мозг ленив, поэтому он будет страдать в любом случае, если ему надо хоть чуть-чуть напрячься – учитесь ли вы чему-то, работаете, просто строите отношения с другим человеком. Всё это труд, требующий от мозга интеллектуального напряжения, формирования новых нейронных связей, построения сложных моделей реальности, учитывающих интересы других людей, и т. д. и т. п. То есть он сидит там у вас в черепной коробочке – тихо ему, тепло и спокойно. А тут бац, надо что-то делать – вникать, разбираться, поднимать попу с дивана и волочить её куда-то. Понятное дело, он не хочет.
Короче говоря, это я к тому, что страдать всё равно придётся: вы будете страдать или из-за того, что не знаете, куда себя деть («Я не знаю, чего хочу»), или из-за того, что будете что-то делать. В любом случае, «гедонистическая беговая дорожка» под вами и выбор невелик: бежать или бежать.
Короче говоря, это я к тому, что страдать всё равно придётся: вы будете страдать или из-за того, что не знаете, куда себя деть («Я не знаю, чего хочу»), или из-за того, что будете что-то делать. В любом случае, «гедонистическая беговая дорожка» под вами и выбор невелик: бежать или бежать.
Конечно, интересно учиться новому. Но ровно первые пять минут, а потом мозг начнёт страдать. Мозгу же предстоит перестраивать самого себя под новый опыт, формировать новые навыки. То есть фактически ему сейчас придётся перекладывать внутри самого себя нервные пути – анатомически меняться, шипики канделовские растить
Конечно, интересно учиться новому. Но ровно первые пять минут, а потом мозг начнёт страдать. Мозгу же предстоит перестраивать самого себя под новый опыт, формировать новые навыки. То есть фактически ему сейчас придётся перекладывать внутри самого себя нервные пути – анатомически меняться, шипики канделовские растить
Рай не наступит, когда ваша финальная, как вам сейчас кажется, цель будет достигнута, Вы останетесь с тем же внутренним напряжением ретикулярной формации и с теми же желаниями, которые, удовлетворившись, воскресают снова, но с ещё большей силой. Продолжая работать, реализовывая свои амбиции последовательно – от десятилетия к десятилетию, – вы сможете проживать жизнь как долгий, последовательный подъем вверх. В противном случае быстрый взлёт, скорее всего, обернётся эмоциональным падением, тотальным разочарованием и чувством опустошённости.
Рай не наступит, когда ваша финальная, как вам сейчас кажется, цель будет достигнута, Вы останетесь с тем же внутренним напряжением ретикулярной формации и с теми же желаниями, которые, удовлетворившись, воскресают снова, но с ещё большей силой. Продолжая работать, реализовывая свои амбиции последовательно – от десятилетия к десятилетию, – вы сможете проживать жизнь как долгий, последовательный подъем вверх. В противном случае быстрый взлёт, скорее всего, обернётся эмоциональным падением, тотальным разочарованием и чувством опустошённости.
Так что не спешите с выводами. Дайте время, и «гедонистическая беговая дорожка» всё расставит по своим местам: если вы не начали страдать на входе, потому что он был хорошо декорирован надеждами, вы начнёте страдать в процессе. Это так работает. Ваш мозг работает так.
Так что не спешите с выводами. Дайте время, и «гедонистическая беговая дорожка» всё расставит по своим местам: если вы не начали страдать на входе, потому что он был хорошо декорирован надеждами, вы начнёте страдать в процессе. Это так работает. Ваш мозг работает так.
Только страх остаётся всё ещё потенциально ресурсным мотивирующим чувством. Но мы и бояться-то толком перестали – вот ведь в чём дело. «Лишения и невзгоды», «через тернии к звёздам», «чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы» – всё это уже анахронизмы. Когда запросы падают, а они падают у подавляющего большинства людей, залипших в интернете: и терять им нечего, и будущее их уже не пугает, потому что: как-то же справлялись до этого? Плюс к этому и индустрия развлечений не даёт скучать, чего беспокоиться? Всё нужное – хлеба и зрелищ – есть.
Только страх остаётся всё ещё потенциально ресурсным мотивирующим чувством. Но мы и бояться-то толком перестали – вот ведь в чём дело. «Лишения и невзгоды», «через тернии к звёздам», «чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы» – всё это уже анахронизмы. Когда запросы падают, а они падают у подавляющего большинства людей, залипших в интернете: и терять им нечего, и будущее их уже не пугает, потому что: как-то же справлялись до этого? Плюс к этому и индустрия развлечений не даёт скучать, чего беспокоиться? Всё нужное – хлеба и зрелищ – есть.
Зная неприятную правду о том, что мы вынуждены играть по правилам своего мозга – ленивого, прожорливого, созданного эволюцией для решения примитивных задач выживания, а вовсе не для какой-то большой и красивой истории, на которую мы рассчитываем, – мы получаем люфт для самостоятельного действия.
Зная неприятную правду о том, что мы вынуждены играть по правилам своего мозга – ленивого, прожорливого, созданного эволюцией для решения примитивных задач выживания, а вовсе не для какой-то большой и красивой истории, на которую мы рассчитываем, – мы получаем люфт для самостоятельного действия.
Если человек думает, что его жизнь кого-то интересует, кроме него самого, он заблуждается (даже близким мы нужны какими-то, в каком-то своём качестве, а вовсе не сами по себе – не надо питать иллюзий). Но дважды заблуждается тот, кто не осознаёт, что его жизнь нужна ему самому.
Если человек думает, что его жизнь кого-то интересует, кроме него самого, он заблуждается (даже близким мы нужны какими-то, в каком-то своём качестве, а вовсе не сами по себе – не надо питать иллюзий). Но дважды заблуждается тот, кто не осознаёт, что его жизнь нужна ему самому.
Как бы там ни было, это, как теперь говорят, важный лайфхак: если вы хотите получать большее удовольствие от работы и чувствовать себя лучше, счастливее, найдите способ увидеть в результатах своего труда пользу для других людей. Научитесь думать о них как о тех, кому вы нужны, для кого вы делаете что-то ценное и важное.
Как бы там ни было, это, как теперь говорят, важный лайфхак: если вы хотите получать большее удовольствие от работы и чувствовать себя лучше, счастливее, найдите способ увидеть в результатах своего труда пользу для других людей. Научитесь думать о них как о тех, кому вы нужны, для кого вы делаете что-то ценное и важное.