15 цитат из книги «Андрей Курпатов. Красная таблетка» без воды

15 цитат из книги «Андрей Курпатов. Красная таблетка» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Мозг принимает решение раньше нашего сознания.

   Мозг принимает решение раньше нашего сознания.
2. «

   Надо знать и помнить: наш мозг всегда и при любом удобном случае будет создавать противоречия и прятать их от нас.

   Надо знать и помнить: наш мозг всегда и при любом удобном случае будет создавать противоречия и прятать их от нас.
3. «

   Создатель асептики, венгерский врач-акушер Игнац Филипп Земмельвайс, был поднят коллегами на смех, а потом и вовсе признан душевнобольным за убеждение, что врачи должны дезинфицировать руки и инструменты перед хирургической операцией. При жизни Винсента Ван Гога не было продано ни одной его картины, и больницы для умалишённых ему тоже не удалось избежать. Это тупиковый путь — искать признания. Даже если и не дойдёт до крайности, как в случае с Земмельвайсом, существует и другой, вполне реальный риск. Если мотивировать себя ожиданием общественного признания, попадаешь в зависимость от чужих оценок и в какой-то момент уже не можешь заниматься тем, что считаешь действительно важным. Подобное случалось со многими, и поверьте, это тяжёлая психологическая травма.

   Создатель асептики, венгерский врач-акушер Игнац Филипп Земмельвайс, был поднят коллегами на смех, а потом и вовсе признан душевнобольным за убеждение, что врачи должны дезинфицировать руки и инструменты перед хирургической операцией. При жизни Винсента Ван Гога не было продано ни одной его картины, и больницы для умалишённых ему тоже не удалось избежать. Это тупиковый путь — искать признания. Даже если и не дойдёт до крайности, как в случае с Земмельвайсом, существует и другой, вполне реальный риск. Если мотивировать себя ожиданием общественного признания, попадаешь в зависимость от чужих оценок и в какой-то момент уже не можешь заниматься тем, что считаешь действительно важным. Подобное случалось со многими, и поверьте, это тяжёлая психологическая травма.
4. «

   Сознание может сколько угодно пытаться убеждать вас в ценности брака, в ценности личностных качеств вашего партнёра, но если сам брак (сам этот союз, эта «концессия») никаких ощутимых выгод вашему мозгу не сулит, он пустится во все тяжкие.

   Сознание может сколько угодно пытаться убеждать вас в ценности брака, в ценности личностных качеств вашего партнёра, но если сам брак (сам этот союз, эта «концессия») никаких ощутимых выгод вашему мозгу не сулит, он пустится во все тяжкие.
5. «

   А всё разваливается именно потому, что и мы — как специалисты, как профессионалы, как друзья и любовники — для кого-то такие же «не лучшие выборы». И они — наши коллеги, клиенты, друзья и любовники — тоже надеются найти кого-нибудь получше. Не заблуждайтесь: иллюзией выбора отравлены все поголовно! «Наш “чёрный лебедь” уже близко. Имя ему — “богатство выбора”».

   А всё разваливается именно потому, что и мы — как специалисты, как профессионалы, как друзья и любовники — для кого-то такие же «не лучшие выборы». И они — наши коллеги, клиенты, друзья и любовники — тоже надеются найти кого-нибудь получше. Не заблуждайтесь: иллюзией выбора отравлены все поголовно! «Наш “чёрный лебедь” уже близко. Имя ему — “богатство выбора”».
6. «

   «Только две вещи случаются с нами в абсолютном одиночестве: смерть и понимание». Мы и умираем в одиночку, и что-либо понять можем только своим умом. Другой за нас не умрёт, другой за нас не осознает.

   «Только две вещи случаются с нами в абсолютном одиночестве: смерть и понимание». Мы и умираем в одиночку, и что-либо понять можем только своим умом. Другой за нас не умрёт, другой за нас не осознает.
7. «

   Когда у вас есть настоящий друг, вы на самом деле знаете не его самого, а о множестве его отношений с другими людьми. Вы знаете, каков он в отношениях со своими родителями, с супругом (супругой), с детьми, с начальником и подчинёнными, с другими вашими общими знакомыми. Именно эти отношения и задают его, так сказать, психологический объём в вашем восприятии.

   Когда у вас есть настоящий друг, вы на самом деле знаете не его самого, а о множестве его отношений с другими людьми. Вы знаете, каков он в отношениях со своими родителями, с супругом (супругой), с детьми, с начальником и подчинёнными, с другими вашими общими знакомыми. Именно эти отношения и задают его, так сказать, психологический объём в вашем восприятии.
8. «

   Относиться к себе слишком серьёзно – это смешно. Никто из нас, сколь бы мы прекрасными ни были, ничего особенного собой не представляет. Миллиарды людей жили до нас, миллиарды живут вместе с нами, миллиарды, надо полагать, будут жить после. А потом всё это вообще взорвётся к чёртовой матери и растает в небытии нового «Большого взрыва», ну или просто в аккуратной «чёрной дырочке», цедящей едва заметным излучением товарища Хокинга.

   Относиться к себе слишком серьёзно – это смешно. Никто из нас, сколь бы мы прекрасными ни были, ничего особенного собой не представляет. Миллиарды людей жили до нас, миллиарды живут вместе с нами, миллиарды, надо полагать, будут жить после. А потом всё это вообще взорвётся к чёртовой матери и растает в небытии нового «Большого взрыва», ну или просто в аккуратной «чёрной дырочке», цедящей едва заметным излучением товарища Хокинга.
9. «

   Но пока мы обманываем себя, мы слепы. Ложь — признак страха. И нет силы, которая ослепляла бы нас сильнее. Пока мы боимся, мы не видим ничего, кроме собственной лжи.

   Но пока мы обманываем себя, мы слепы. Ложь — признак страха. И нет силы, которая ослепляла бы нас сильнее. Пока мы боимся, мы не видим ничего, кроме собственной лжи.
10. «

    Всю свою жизнь мы создаём в своём сознании определённое представление о себе. Но эта фантазия не стоит ровным счётом ничего. Реальные вы определяетесь теми обстоятельствами, в которых оказываетесь. И не стройте иллюзий.

    Всю свою жизнь мы создаём в своём сознании определённое представление о себе. Но эта фантазия не стоит ровным счётом ничего. Реальные вы определяетесь теми обстоятельствами, в которых оказываетесь. И не стройте иллюзий.
11. «

    Итак, сознание – это то, что мы осознаём: то, как мы понимаем жизнь, то, что думаем о себе и других людях. А вот наш мозг – это мы сами. Каждое действие в нашем мозгу, каждый нервный процесс, каждая реакция нашего мозга – это мы.

    Итак, сознание – это то, что мы осознаём: то, как мы понимаем жизнь, то, что думаем о себе и других людях. А вот наш мозг – это мы сами. Каждое действие в нашем мозгу, каждый нервный процесс, каждая реакция нашего мозга – это мы.
12. «

    Теперь, сколь бы разумными мы себе ни казались, наш мозг ищет и отмечает только те факты, которые доказывают его правоту, и напротив – всё, что его установкам противоречит, он жёстко игнорирует.

    Теперь, сколь бы разумными мы себе ни казались, наш мозг ищет и отмечает только те факты, которые доказывают его правоту, и напротив – всё, что его установкам противоречит, он жёстко игнорирует.
13. «

    Пока мы цепляемся за старое, новое не придёт. Пока мы хотим усидеть между двух стульев, наше место – дыра, пустота и ничто.

    Пока мы цепляемся за старое, новое не придёт. Пока мы хотим усидеть между двух стульев, наше место – дыра, пустота и ничто.
14. «

    Лишь несчастному нужна его правота, счастливый хвататься за неё не будет. Причём именно эта жажда собственной «правоты», столь свойственная всем несчастным, и есть причина их несчастий.

    Лишь несчастному нужна его правота, счастливый хвататься за неё не будет. Причём именно эта жажда собственной «правоты», столь свойственная всем несчастным, и есть причина их несчастий.
15. «

    Наше отношение к жизни – это не то, что мы думаем, а то, какие связи создал наш мозг.

    Наше отношение к жизни – это не то, что мы думаем, а то, какие связи создал наш мозг.