110 цитат из книги «Анна Элис. Вопль» — читать онлайн

Собрали 110 цитат из книги «Анна Элис. Вопль» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Если есть что сказать, говори. — Есть. Ты всё испортил.

   — Если есть что сказать, говори. — Есть. Ты всё испортил.
2. «

   Помнишь… Я спросил «Ты привёз меня сюда для того, чтобы я научился плавать»? Ты ответил, что для того, чтобы уйти. Ты мне соврал тогда. Ты привозил меня сюда для того, чтобы я утонул.

   Помнишь… Я спросил «Ты привёз меня сюда для того, чтобы я научился плавать»? Ты ответил, что для того, чтобы уйти. Ты мне соврал тогда. Ты привозил меня сюда для того, чтобы я утонул.
3. «

   «Чонгук, не сдавайся». «Пожалуйста, не сдавайся». «Я прошу тебя, не сдавайся».

   «Чонгук, не сдавайся». «Пожалуйста, не сдавайся». «Я прошу тебя, не сдавайся».
4. «

   Каждый миг он без устали умоляет Вселенную о том, чтобы это закончилось. Чтобы он тоже умер и перестал мучиться. Но Вселенной глубоко плевать на его мольбы. Ей всегда было плевать.

   Каждый миг он без устали умоляет Вселенную о том, чтобы это закончилось. Чтобы он тоже умер и перестал мучиться. Но Вселенной глубоко плевать на его мольбы. Ей всегда было плевать.
5. «

   Неуязвимых людей не существует. У каждого человека на этой планете, даже у самого жестокого и безжалостного, есть болевая точка. Правда, узнать, где и насколько глубоко она спрятана и отыскать её для того, чтобы выдавить до упора или хотя бы до неё дотронуться, не всегда представляется возможным. Но это не значит, что там, внутри, её нет.

   Неуязвимых людей не существует. У каждого человека на этой планете, даже у самого жестокого и безжалостного, есть болевая точка. Правда, узнать, где и насколько глубоко она спрятана и отыскать её для того, чтобы выдавить до упора или хотя бы до неё дотронуться, не всегда представляется возможным. Но это не значит, что там, внутри, её нет.
6. «

   — Моральная боль таблетками не лечится. — А чем она лечится? — Ничем.

   — Моральная боль таблетками не лечится. — А чем она лечится? — Ничем.
7. «

   — Убей того, кто пришёл. — Даже если это Хосок? — Особенно если это Хосок.

   — Убей того, кто пришёл. — Даже если это Хосок? — Особенно если это Хосок.
8. «

   И осознавать, что Чонгук не боится погибнуть, если последние минуты его жизни будут посвящены им.

   И осознавать, что Чонгук не боится погибнуть, если последние минуты его жизни будут посвящены им.
9. «

   Юнги снова больно. У этой боли вообще есть какой-то лимит, или она способна литься вечно?

   Юнги снова больно. У этой боли вообще есть какой-то лимит, или она способна литься вечно?
10. «

    Я лгал. Мне очень нравится слово зависимость. Потому что у него самый прекрасный на свете синоним.

    Я лгал. Мне очень нравится слово зависимость. Потому что у него самый прекрасный на свете синоним.
11. «

    Хочешь, я расскажу, каково это – жить без тебя? Впустую и незачем.

    Хочешь, я расскажу, каково это – жить без тебя? Впустую и незачем.
12. «

    Тэхён чувствует, как под сердцем расцветает невидимая татуировка: «Из меня вынули душу. И заставили жить». Прямо в том месте, где он обещал набить «Я люблю Чон Чонгука». Человеку, которого и правда любит.

    Тэхён чувствует, как под сердцем расцветает невидимая татуировка: «Из меня вынули душу. И заставили жить». Прямо в том месте, где он обещал набить «Я люблю Чон Чонгука». Человеку, которого и правда любит.
13. «

    Нет ничего странного в том, что Хосок хранит эту тайну, ведь она не его, а чужая. Чонгук общался с ним не так много, зато близко, и ему хватило времени на то, чтобы понять, что Хосок, скорее, своей жизнью пожертвует, чем выдаст чьи-то секреты.

    Нет ничего странного в том, что Хосок хранит эту тайну, ведь она не его, а чужая. Чонгук общался с ним не так много, зато близко, и ему хватило времени на то, чтобы понять, что Хосок, скорее, своей жизнью пожертвует, чем выдаст чьи-то секреты.
14. «

    Тэхён привозил его сюда не для того, чтобы научить плавать. Тэхён привозил его сюда для того, чтобы дать утонуть.

    Тэхён привозил его сюда не для того, чтобы научить плавать. Тэхён привозил его сюда для того, чтобы дать утонуть.
15. «

    — Мир теперь кажется чёрно-белым, верно? — Ничего нового. — Да. Ничего нового.

    — Мир теперь кажется чёрно-белым, верно? — Ничего нового. — Да. Ничего нового.
16. «

    И он не хочет, чтобы Юнги видел его таким и жалел, приговаривая, что всё будет хорошо, что они обязательно справятся. Чонгук уверен, что не справится. И дело вовсе не в Юнги и его колоссальной поддержке, а в том, что Чонгук попросту устал.

    И он не хочет, чтобы Юнги видел его таким и жалел, приговаривая, что всё будет хорошо, что они обязательно справятся. Чонгук уверен, что не справится. И дело вовсе не в Юнги и его колоссальной поддержке, а в том, что Чонгук попросту устал.
17. «

    Я думаю, если ты когда-нибудь захочешь оставить меня, я с этим не справлюсь. Раньше, ещё до того, как я тебя встретил, я не понимал, что значит «вдвоём против целого мира». А сейчас мне кажется, что мы так сильны, пока вместе, что можем отвоевать весь этот огромный мир, лишь один раз щёлкнув пальцами.

    Я думаю, если ты когда-нибудь захочешь оставить меня, я с этим не справлюсь. Раньше, ещё до того, как я тебя встретил, я не понимал, что значит «вдвоём против целого мира». А сейчас мне кажется, что мы так сильны, пока вместе, что можем отвоевать весь этот огромный мир, лишь один раз щёлкнув пальцами.
18. «

    Все эти громкие и пафосные речи о чувствах и моральных ценностях на самом деле пусты. Единственное, что важно и ценно, что имеет смысл и значение, чем по-настоящему нужно дорожить – это жизнь. Она – всё, что у нас есть. Любовь, счастье, отчаяние, радость, ненависть, печаль – это лишь наполнители. Есть люди, которые не любят, которые не знают, что такое отчаяние. Есть те, кто никого не ненавидят, и те, кто никогда не были счастливы. А раз они есть, значит, мы способны жить без этого. Мы физически способны выносить пустоту. У нас можно забрать что угодно. Можно вырвать из нас душу, разодрать наше сердце, лишить нас эмоций и чувств, но большинство из нас выживет. Справится через «не могу» и «не хочу». Зашьёт свои раны, которые не зарастают самостоятельно, проглотит боль в горле, которое расцарапало бесконечными криками, встанет на ноги с коленей, на которые упало без сил, и попытается начать жить заново. Мы ценим не то, что должны, и дорожим не тем. Совершенно не тем. Мы любим тех, кому на нас плевать, кто о нас даже не знает, кто давно погиб или оставил нас без всего. Мы делим мир на чёрное и белое и, забыв о втором, зарываемся с головой в первое, выдумывая проблемы, которых нет, задыхаясь от апатии, для которой не было причин, упиваясь своей грустью. Мы стремимся к богатству, надеясь на то, что хотя бы оно сделает нас счастливыми в этом бесконечно одиноком мире. Но ведь пока у нас есть жизнь, мы уже самые богатые и счастливые во Вселенной. Отними её у нас – что останется?

    Все эти громкие и пафосные речи о чувствах и моральных ценностях на самом деле пусты. Единственное, что важно и ценно, что имеет смысл и значение, чем по-настоящему нужно дорожить – это жизнь. Она – всё, что у нас есть. Любовь, счастье, отчаяние, радость, ненависть, печаль – это лишь наполнители. Есть люди, которые не любят, которые не знают, что такое отчаяние. Есть те, кто никого не ненавидят, и те, кто никогда не были счастливы. А раз они есть, значит, мы способны жить без этого. Мы физически способны выносить пустоту. У нас можно забрать что угодно. Можно вырвать из нас душу, разодрать наше сердце, лишить нас эмоций и чувств, но большинство из нас выживет. Справится через «не могу» и «не хочу». Зашьёт свои раны, которые не зарастают самостоятельно, проглотит боль в горле, которое расцарапало бесконечными криками, встанет на ноги с коленей, на которые упало без сил, и попытается начать жить заново. Мы ценим не то, что должны, и дорожим не тем. Совершенно не тем. Мы любим тех, кому на нас плевать, кто о нас даже не знает, кто давно погиб или оставил нас без всего. Мы делим мир на чёрное и белое и, забыв о втором, зарываемся с головой в первое, выдумывая проблемы, которых нет, задыхаясь от апатии, для которой не было причин, упиваясь своей грустью. Мы стремимся к богатству, надеясь на то, что хотя бы оно сделает нас счастливыми в этом бесконечно одиноком мире. Но ведь пока у нас есть жизнь, мы уже самые богатые и счастливые во Вселенной. Отними её у нас – что останется?
19. «

    Тэхён поворачивается к нему, отступает назад примерно на метр, продолжая держать его на прицеле, и, наконец, поднимает на него взгляд, совершенно не обращая внимания на то, как Чонгук опускает вниз руки, которые до этого момента держал в воздухе, показывая, что сдаётся.

    Тэхён поворачивается к нему, отступает назад примерно на метр, продолжая держать его на прицеле, и, наконец, поднимает на него взгляд, совершенно не обращая внимания на то, как Чонгук опускает вниз руки, которые до этого момента держал в воздухе, показывая, что сдаётся.
20. «

    «Я с тобой. Я крепко держу тебя, чувствуешь?», — нашёптывает ему на ухо боль. Тэхён чувствует. Остро и явственно. Всем телом, каждой своей клеткой.

    «Я с тобой. Я крепко держу тебя, чувствуешь?», — нашёптывает ему на ухо боль. Тэхён чувствует. Остро и явственно. Всем телом, каждой своей клеткой.