92 фразы из книги «Анна Элис. Вопль» для дневника

Собрали 92 цитаты из книги «Анна Элис. Вопль» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Хочешь залезть ко мне в голову – открывай свою.

   Хочешь залезть ко мне в голову – открывай свою.
2. «

   Я до невозможности сильно влюблён в твоё имя.

   Я до невозможности сильно влюблён в твоё имя.
3. «

   — Если меня сегодня не станет, передай ему, что я безумно сильно его любил. Я не успел сказать. — Неплохая мотивация для того, чтобы выжить, верно?

   — Если меня сегодня не станет, передай ему, что я безумно сильно его любил. Я не успел сказать. — Неплохая мотивация для того, чтобы выжить, верно?
4. «

   Я думал, что не боюсь умереть, ведь мне нечего терять. Но это было не так. Нам всем есть что терять. Всем есть за что бороться. Даже если не за кого-то и не за что-то, то хотя бы за себя. Хотя бы.

   Я думал, что не боюсь умереть, ведь мне нечего терять. Но это было не так. Нам всем есть что терять. Всем есть за что бороться. Даже если не за кого-то и не за что-то, то хотя бы за себя. Хотя бы.
5. «

   Неуязвимых людей не существует. У каждого человека на этой планете, даже у самого жестокого и безжалостного, есть болевая точка. Правда, узнать, где и насколько глубоко она спрятана и отыскать её для того, чтобы выдавить до упора или хотя бы до неё дотронуться, не всегда представляется возможным. Но это не значит, что там, внутри, её нет.

   Неуязвимых людей не существует. У каждого человека на этой планете, даже у самого жестокого и безжалостного, есть болевая точка. Правда, узнать, где и насколько глубоко она спрятана и отыскать её для того, чтобы выдавить до упора или хотя бы до неё дотронуться, не всегда представляется возможным. Но это не значит, что там, внутри, её нет.
6. «

   Теперь так всегда будет, верно? Это предельное натяжение нервов, нестерпимое жжение в груди, мучительная, сводящая с ума боль.

   Теперь так всегда будет, верно? Это предельное натяжение нервов, нестерпимое жжение в груди, мучительная, сводящая с ума боль.
7. «

   Чонгук готов всё простить, если услышит «я тебя тоже».

   Чонгук готов всё простить, если услышит «я тебя тоже».
8. «

   — Убей того, кто пришёл. — Даже если это Хосок? — Особенно если это Хосок.

   — Убей того, кто пришёл. — Даже если это Хосок? — Особенно если это Хосок.
9. «

   Тэхён привозил его сюда не для того, чтобы научить плавать. Тэхён привозил его сюда для того, чтобы дать утонуть.

   Тэхён привозил его сюда не для того, чтобы научить плавать. Тэхён привозил его сюда для того, чтобы дать утонуть.
10. «

    Человека мало слушать. Его нужно слышать.

    Человека мало слушать. Его нужно слышать.
11. «

    Как они дошли до этого? Почему позволили собственным чувствам изранить себя до неузнаваемости?

    Как они дошли до этого? Почему позволили собственным чувствам изранить себя до неузнаваемости?
12. «

    Тэхён сам загнал себя в комнату, стены которой сближаются. Его скоро ими раздавит. Осталось совсем чуть-чуть.

    Тэхён сам загнал себя в комнату, стены которой сближаются. Его скоро ими раздавит. Осталось совсем чуть-чуть.
13. «

    Подумаешь, порошок. Ерунда полная. Тэхён куда больше зависим от человека, стоящего напротив. Без него действительно ломает, и похлеще в разы.

    Подумаешь, порошок. Ерунда полная. Тэхён куда больше зависим от человека, стоящего напротив. Без него действительно ломает, и похлеще в разы.
14. «

    Помнишь... Ты спросил «Ты привёз меня сюда для того, чтобы я научился плавать»? Я ответил тебе, что для того, чтобы уйти. Я тебе соврал тогда. Я привозил тебя сюда для того, чтобы ты утонул.

    Помнишь... Ты спросил «Ты привёз меня сюда для того, чтобы я научился плавать»? Я ответил тебе, что для того, чтобы уйти. Я тебе соврал тогда. Я привозил тебя сюда для того, чтобы ты утонул.
15. «

    Пообещай мне сделать всё для того, чтобы не оставлять его одного. Вернись, пожалуйста, живым.

    Пообещай мне сделать всё для того, чтобы не оставлять его одного. Вернись, пожалуйста, живым.
16. «

    Тэхён слышит гул, но не понимает, откуда идёт звук. Только ощущает, как после услышанного внутри него что-то не просто ломается. Умирает. Каждая клеточка, все ткани и органы – всё, что позволяло Тэхёну жить.

    Тэхён слышит гул, но не понимает, откуда идёт звук. Только ощущает, как после услышанного внутри него что-то не просто ломается. Умирает. Каждая клеточка, все ткани и органы – всё, что позволяло Тэхёну жить.
17. «

    Но из того, что я от него услышал, я понял только одно: если бы у него была возможность выбирать, он бы не задумываясь пустил пулю себе в висок. Даже если бы у тебя при этом был девяноста девяти процентный шанс выжить, а у него – нулевой. Для него страшнее не получить от тебя прощения, чем умереть.

    Но из того, что я от него услышал, я понял только одно: если бы у него была возможность выбирать, он бы не задумываясь пустил пулю себе в висок. Даже если бы у тебя при этом был девяноста девяти процентный шанс выжить, а у него – нулевой. Для него страшнее не получить от тебя прощения, чем умереть.
18. «

    Тэхён поворачивается к нему, отступает назад примерно на метр, продолжая держать его на прицеле, и, наконец, поднимает на него взгляд, совершенно не обращая внимания на то, как Чонгук опускает вниз руки, которые до этого момента держал в воздухе, показывая, что сдаётся.

    Тэхён поворачивается к нему, отступает назад примерно на метр, продолжая держать его на прицеле, и, наконец, поднимает на него взгляд, совершенно не обращая внимания на то, как Чонгук опускает вниз руки, которые до этого момента держал в воздухе, показывая, что сдаётся.
19. «

    — Написать тебе потом время? — Время? — Время смерти.

    — Написать тебе потом время? — Время? — Время смерти.
20. «

    Мы ценим не то, что должны, и дорожим не тем. Совершенно не тем. Мы любим тех, кому на нас плевать, кто о нас даже не знает, кто давно погиб или оставил нас без всего. Мы делим мир на чёрное и белое и, забыв о втором, зарываемся с головой в первое, выдумывая проблемы, которых нет, задыхаясь от апатии, для которой не было причин, упиваясь своей грустью. Мы стремимся к богатству, надеясь на то, что хотя бы оно сделает нас счастливыми в этом бесконечно одиноком мире. Но ведь пока у нас есть жизнь, мы уже самые богатые и счастливые во Вселенной. Отними её у нас – что останется?

    Мы ценим не то, что должны, и дорожим не тем. Совершенно не тем. Мы любим тех, кому на нас плевать, кто о нас даже не знает, кто давно погиб или оставил нас без всего. Мы делим мир на чёрное и белое и, забыв о втором, зарываемся с головой в первое, выдумывая проблемы, которых нет, задыхаясь от апатии, для которой не было причин, упиваясь своей грустью. Мы стремимся к богатству, надеясь на то, что хотя бы оно сделает нас счастливыми в этом бесконечно одиноком мире. Но ведь пока у нас есть жизнь, мы уже самые богатые и счастливые во Вселенной. Отними её у нас – что останется?