60 цитат из книги «Анна Гавальда. Просто вместе» для вдохновения

60 цитат из книги «Анна Гавальда. Просто вместе» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Скажи мне... — Да! — Почему ты всегда одна? — Не знаю. — Не любишь мужчин? — Приехали... Если девушка не реагирует на твое неотразимое обаяние, она наверняка лесбиянка, так ты рассуждаешь?

   — Скажи мне... — Да! — Почему ты всегда одна? — Не знаю. — Не любишь мужчин? — Приехали... Если девушка не реагирует на твое неотразимое обаяние, она наверняка лесбиянка, так ты рассуждаешь?
2. «

   Единственная девушка во вселенной, способная носить шарф его бабули, оставаясь красавицей, никогда не будет принадлежать ему. Идиотская жизнь...

   Единственная девушка во вселенной, способная носить шарф его бабули, оставаясь красавицей, никогда не будет принадлежать ему. Идиотская жизнь...

   — Франк · книга
3. «

   Идеальные люди такие зануды...

   Идеальные люди такие зануды...
4. «

   И вот тут он — этот кретинский кретин, этот воображала, этот бахвал, этот маленький провинциальный матадор-горлопан, души не чающий в своем огромном мотоцикле, — да-да, он покраснел.

   И вот тут он — этот кретинский кретин, этот воображала, этот бахвал, этот маленький провинциальный матадор-горлопан, души не чающий в своем огромном мотоцикле, — да-да, он покраснел.
5. «

   Какой ты милый, когда бесишься... До чего же ты хорош в гневе... Почему я не могу довериться тебе? Почему заставляю тебя страдать? Зачем ношу кольчугу под латами и портупею через плечо? Какого черта зацикливаюсь на идиотских мелочах? Да возьми же ты открывашку, черт бы тебя побрал! Поищи в чемоданчике, там наверняка найдется инструмент, чтобы проделать дыру в броне и дать мне дышать...

   Какой ты милый, когда бесишься... До чего же ты хорош в гневе... Почему я не могу довериться тебе? Почему заставляю тебя страдать? Зачем ношу кольчугу под латами и портупею через плечо? Какого черта зацикливаюсь на идиотских мелочах? Да возьми же ты открывашку, черт бы тебя побрал! Поищи в чемоданчике, там наверняка найдется инструмент, чтобы проделать дыру в броне и дать мне дышать...

   — Камилла · книга
6. «

   Стыд — бесполезное чувство... Пользы он человеку не приносит — разве что окружающих может потешить.

   Стыд — бесполезное чувство... Пользы он человеку не приносит — разве что окружающих может потешить.
7. «

   — <...> И потом, что значит «была счастлива», «не была счастлива»? Идиотское слово... Счастлива! Счастлива! Ты весьма наивна, дочка, если полагаешь, будто мы приходим в этот мир, чтобы валять дурака и собирать цветочки... — Конечно, я так не думаю. Благодаря тебе я прошла хорошую школу и поняла: наше главное предназначение — мучиться. Ты вбила мне это в голову...

   — <...> И потом, что значит «была счастлива», «не была счастлива»? Идиотское слово... Счастлива! Счастлива! Ты весьма наивна, дочка, если полагаешь, будто мы приходим в этот мир, чтобы валять дурака и собирать цветочки... — Конечно, я так не думаю. Благодаря тебе я прошла хорошую школу и поняла: наше главное предназначение — мучиться. Ты вбила мне это в голову...

   — Камилла · книга
8. «

   Снова все та же рутина: сон, метро, работа, дом.

   Снова все та же рутина: сон, метро, работа, дом.
9. «

   Сегодня тебе хочется одного — сдохнуть, а завтра просыпаешься и понимаешь, что нужно было всего лишь спуститься на несколько ступенек, нащупать на стене выключатель и увидеть жизнь в совсем ином свете…

   Сегодня тебе хочется одного — сдохнуть, а завтра просыпаешься и понимаешь, что нужно было всего лишь спуститься на несколько ступенек, нащупать на стене выключатель и увидеть жизнь в совсем ином свете…
10. «

    — Скажу тебе просто и ясно: признай своё поражение. Чего хочет женщина, того хочет Бог... — Кто это сказал? — Народная мудрость...

    — Скажу тебе просто и ясно: признай своё поражение. Чего хочет женщина, того хочет Бог... — Кто это сказал? — Народная мудрость...

    — Франк Лестафье · книга
11. «

    Мир и без наших ссор опасное место, не так ли?

    Мир и без наших ссор опасное место, не так ли?
12. «

    <...> Мысли о прошлом мучают тебя, терзают днём и ночью... Всё время... Бывает, пытаешься их прогнать и не знаешь — то ли закрыть глаза, то ли не закрывать их совсем... Наступает такой момент, когда... Господь свидетель, я пыталась... Пыталась понять, почему всё у нас пошло наперекосяк... Всё... Но... — Но? <...> — Но у меня ничего не получается. Я не понимаю. Я... Она плакала.

    <...> Мысли о прошлом мучают тебя, терзают днём и ночью... Всё время... Бывает, пытаешься их прогнать и не знаешь — то ли закрыть глаза, то ли не закрывать их совсем... Наступает такой момент, когда... Господь свидетель, я пыталась... Пыталась понять, почему всё у нас пошло наперекосяк... Всё... Но... — Но? <...> — Но у меня ничего не получается. Я не понимаю. Я... Она плакала.
13. «

    Покажи, где именно у тебя болит. — У меня болит в голове. — Это нормально. Там у всех болит…

    Покажи, где именно у тебя болит. — У меня болит в голове. — Это нормально. Там у всех болит…

    — Полетта · книга
14. «

    Место было унылое. Пахло клеем, теплой «Фантой» и нереализованными мечтами о славе.

    Место было унылое. Пахло клеем, теплой «Фантой» и нереализованными мечтами о славе.
15. «

    Хорошее дело – рука друга. Ни к чему не обязывает того, кто её протягивает, и очень утешает того, кто её пожимает.

    Хорошее дело – рука друга. Ни к чему не обязывает того, кто её протягивает, и очень утешает того, кто её пожимает.
16. «

    Времени хватало, у них впереди была целая жизнь.

    Времени хватало, у них впереди была целая жизнь.
17. «

    Врать — это сколько угодно, но только не оборачиваться.

    Врать — это сколько угодно, но только не оборачиваться.
18. «

    Проблема в том, что никто не может жить, совсем никак не выражая свои мысли, чувства и желания. Никто... Это невозможно...

    Проблема в том, что никто не может жить, совсем никак не выражая свои мысли, чувства и желания. Никто... Это невозможно...

    — Доутон · книга
19. «

    — Кофе? — Нет, колу, пожалуйста.

    — Кофе? — Нет, колу, пожалуйста.
20. «

    Нет такой печали, которую не могла бы утолить книга, говорил Монтень, а Монтень никогда не ошибался.

    Нет такой печали, которую не могла бы утолить книга, говорил Монтень, а Монтень никогда не ошибался.