31 июля 2026, пятница
Подборка · 14 цитат из книги

14 цитат из книги «Армен Гаспарян. ДеНАЦИфикация Украины», которые захочется сохранить

14 цитат из книги «Армен Гаспарян. ДеНАЦИфикация Украины» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

Другие размеры:1012131516все варианты
  1. Украинским оппозиционным политикам следует понять, что денацификация — это инструмент возвращения обществу сознания. Это попытка вылечить страну — изначально Германию — от тяжелейшего недуга. И немцы говорили, ничего не скрывая и не смягчая. В Германии исследовали все концлагеря и тюрьмы. Пересчитали всех возможных жертв политических гонений, доказали лживость многих постулатов эпохи Третьего рейха. И все это делалось методично, из года в год. Это был тяжелейший процесс, в котором участвовали десятки и сотни тысяч людей и на который были потрачены колоссальные интеллектуальные силы. Но он был идеологически подготовлен. В результате немецкое общество сегодня осознает преступную ошибочность курса правительства Гитлера той эпохи. Однако в случае с Украиной никакой идеологической подготовленности украинского общества нет и быть не может. При этом оппозиционеры в принципе не желают думать о том, как они будут исправлять эту проблему. Для них денацификация сродни очередному траншу МВФ: получили деньги и отчитались о том, что они использованы.
  2. Кто вам сказал, что наибольшие потери понесла Западная Украина? Она вообще в тот момент не была в составе Украины. Неужели эти исторические факты кому-то неизвестны? На самом деле наибольшие потери понесли Киевская, Харьковская и Днепропетровская области. По данным на март 1933 года, на них пришлось до 70 % всех зарегистрированных в республике смертей. А вы оплакиваете жертв голода на Западной Украине, которая в то время входила в состав Польши.
  3. Национальной идеей любого государства должно быть процветание его граждан. Иначе вам придется постоянно сталкиваться с деструктивными силами и, условно говоря, проводить денацификацию раз в пять лет. Ведь при отсутствии заботы о собственном населении число недовольных будет только расти, и люди вновь и вновь будут обращать взор на таких, как Бандера и Шухевич. Если украинские оппозиционные политики не начнут решать экономические проблемы, потенциальная программа денацификации обречена на крах. В этом и состоит принципиальное отличие Украины от Германии.
  4. Наконец, среди нынешних украинских националистов существует культ не только Бандеры. В этом плане многие у нас упрощают ситуацию. Однако среди почитаемых на Украине личностей есть и некто Дмитро Донцов, создатель так называемого интегрального национализма. Он, если кто-то не знает, требовал от украинцев всего двух вещей: фанатизма и аморальности. Национальная идея должна быть аморальной, а реализовать ее может только фанатик. Собственно говоря, это мы и наблюдаем на Донбассе. Абсолютно аморальную теорию о недочеловеках претворяют в жизнь фанатики, которые готовы убивать людей только потому, что те являются носителями другой, чуждой ментальности. И надо понимать, что Донцов очень многое сделал для того, чтобы полумещанская (по его собственной оценке) Украина возвысилась над моралью, научилась ненавидеть врага, даже если он в принципе не сделал ничего плохого. Потому что добрым быть нельзя, ненависть позволяет человеку стать злым, а значит, сильным. Украинские националисты начали действовать именно на этих принципах. <...> Напомню, о чем писал этот самый Донцов: лучший способ навязать свою волю — это сеять ненависть к своим, ширить раскол и взаимное недоверие, то есть вносить раздор в свою хату. Он же говорил о необходимости братоубийственной войны для оздоровления больной души нации, поскольку надо молотом вбить веру и правду во взбаламученные мозги общества, без сожаления уничтожая недоверков. Это и является ответом на вопрос о том, что же произошло в Донецке и Луганске в 2014 году. Националисты начали по сценарию Донцова без сожаления истреблять всех, кто не разделяет их точку зрения. Соответственно, так они вбивали молотом собственную правду и идеологию во взбаламученные мозги общества, которое действительно оказалось готово в какой-то момент это воспринять.
  5. Объяснить, почему так происходит, я не в силах. Наверное, это связано с украинской политической традицией. Возможно — с общей политической инертностью в стране. Может быть — с желанием отделаться малой кровью, то есть, условно говоря, осудить только деятельность украинских националистов на Майдане и преступления добровольческих батальонов на Донбассе, а все остальное оставить как прежде. Вновь заявляю: это будет не денацификация, а профанация. Через несколько лет вы опять столкнетесь с той же бедой. Вы никогда не добьетесь прогресса, если не начнете давать четкие ответы на вопросы о том, что происходило на Украине в 1932–1933 годах.
  6. В ходе денацификации в Германии все немцы на основании добровольно-принудительного опроса были поделены на «незамешанных», «оправданных», «попутчиков», «виновных» и «виновных в высшей степени». Отказавшихся от участия в опросе лишали продуктовых карточек. Далее для каждой группы были предусмотрены специальные судебные палаты. Например, виновного могли отправить в рабочий лагерь на пять лет или приговорить к общественным работам, конфисковать у него имущество, лишить избирательного права сроком на пять лет. Попутчики могли ограничиться выплатами компенсаций в германский бюджет. Денежная сумма при этом могла варьироваться.
  7. Денацификация — это чрезвычайно трудоемкий и весьма жестокий процесс. Он предполагает не только гражданскую ломку, в ходе которой из людей придется даже силой выбивать те вздорные постулаты, которые им прививали на протяжении последних лет. Это наказание всех виновных. Ведь если послушать некоторых, то с определением того, кто должен нести ответственность, есть большие проблемы. Кто совершал все эти преступления на Украине? Разве это Джо Байден, Барак Обама и Виктория Нуланд? Конечно, нет. Они никому оружие лично не раздавали. Никого не призывали отправляться на Юго-Восток, чтобы убивать русских. Это делала в том числе украинская политическая элита. То есть денацификация предполагает наряду с прочим смену политической элиты. И вот здесь мы упираемся в то прискорбное обстоятельство, что этим как раз никто заниматься в принципе не хочет. Потому что всех все устраивает.
  8. Что происходит на Украине? Украинские националисты не способны ни на что, кроме убийств людей. Кто-нибудь сможет назвать хоть одно предприятие, открытое за последний год или два? <...> Итак, единственное, что может делать современный украинский националист, — это грабить и убивать. И это означает, что в свои ряды надо включить самых озлобленных, обремененных комплексами, недальновидных и глупых людей, которые ради какой-то эфемерной идеи готовы пойти на все. Обвиняя в собственной неполноценности кого угодно, они нацелены на уничтожение врага.
  9. Может, вы думаете, что проблемами денацификации у вас будут заниматься специалисты из России, как тогда, в 1930-х годах? Нет, друзья. Теперь Украина является независимым государством. И если она готовится к проведению процедуры денацификации после падения нынешней абсолютно шовинистической власти, то этим должны заниматься украинские политики. Не посредством размещения публикаций в «Фейсбуке», а решая конкретные насущные задачи.
  10. На примере Украины мы можем проследить за технологией создания страшной модели человека, которая отбрасывает всякий разум, любую мораль, религию и превращается в какое-то чистое, рафинированное безумие. <...> Причем надо понимать, что подобная психология характерна для любого общества. Просто у одних социумов существуют достаточные силы для противодействия бушующей стихии, а кто-то готов в любой момент расстаться с ответственностью за свои деяния, за близких, друзей и знакомых и отдаться во власть низменным порывам. Что, собственно говоря, и произошло на Украине.
  11. Ну и наконец, для нашего национального сознания оскорбительно называть нынешний украинский режим фашистским. С этим я не спорю, действительно, стыдно именовать Порошенко, Авакова, Турчинова и Яценюка фашистами. Они, конечно, с этой точки зрения не имеют ничего общего ни с Гитлером, ни с Розенбергом, ни с Геббельсом, ни с кем-либо другим из лидеров Третьего рейха. Они в чистом виде являются правопреемниками украинских националистов. Поэтому не надо подменять понятия — речь не идет о фашизме как таковом, речь идет об украинском национализме, который является подлинным историческим врагом всей русской государственности. И не случайны слова Бандеры о том, что власть должна быть страшной — именно такой, по мнению нынешнего украинского руководства, ей следует быть по отношению к русским.
  12. Отсюда вопрос: если советская власть, используя весь свой могучий ресурс, потратила на вооруженное противостояние с ОУН-УПА без малого 10 лет, то кто вам сказал, что за какие-то несколько месяцев вы сможете устранить эту проблему? Нет, это абсолютная ерунда. Вам нужно организовать гораздо более сложный процесс, чем тот, который происходил в Германии. Потому что после окончания войны немцы сдали оружие и спокойно пошли на все эти фильтрационные комиссии. С Украиной этот номер не пройдет. Поэтому наивно рассчитывать на то, что, убрав из общественно-политического пространства Билецкого, Трояна, Тягнибока, Фарион и прочих малоприятных людей, вы разом решите все задачи.
  13. Конечно, на первых порах советская власть недооценивала фактор ОУН-УПА. <...> Отрезвление пришло довольно быстро. Для этого нужно было понести действительно серьезную потерю, о которой будет скорбеть вся страна. Боевка украинских националистов напала на колонну, которую сопровождали бойцы Красной армии во главе с командующим Первым украинским фронтом генералом Ватутиным. Начался бой, в ходе которого командующий получил тяжелое ранение, стоившее ему жизни. <...> После встряски, которую Москва устроила местным властям за смерть Ватутина, с ОУН-УПА решили бороться серьезно. Крупные банды были разгромлены к весне 1945 года. Что имеется в виду под «крупной бандой»? Это формирование численностью примерно 300 человек. За 1944 год в результате специальных операций, в том числе с участием армейских подразделений, было уничтожено 57 000 бойцов ОУН-УПА.
Смотрите также