25 цитат из книги «Артур Хейли. Аэропорт» для статуса

25 цитат из книги «Артур Хейли. Аэропорт» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Можно от всего убежать, но нельзя убежать от воспоминаний.

   Можно от всего убежать, но нельзя убежать от воспоминаний.
2. «

   Люди не любят прямого, откровенного разговора и боятся правды.

   Люди не любят прямого, откровенного разговора и боятся правды.
3. «

   Задавая вопросы, невольно встреваешь в чужие дела, а именно этого и следует избегать, когда у человека своих проблем по горло.

   Задавая вопросы, невольно встреваешь в чужие дела, а именно этого и следует избегать, когда у человека своих проблем по горло.
4. «

   Дожидаясь своего рейса, пассажир мог, не покидая аэровокзала, купить все необходимое, снять комнату в гостинице или койку, сходить в турецкую баню с массажистом, постричься, отутюжить костюм, вычистить ботинки и даже умереть и быть похороненным фирмой «Бюро святого духа», которая имеет свое отделение на нижнем этаже.

   Дожидаясь своего рейса, пассажир мог, не покидая аэровокзала, купить все необходимое, снять комнату в гостинице или койку, сходить в турецкую баню с массажистом, постричься, отутюжить костюм, вычистить ботинки и даже умереть и быть похороненным фирмой «Бюро святого духа», которая имеет свое отделение на нижнем этаже.
5. «

   Оба понимали это и сегодня просто решили убрать фасад, за которым была пустота.

   Оба понимали это и сегодня просто решили убрать фасад, за которым была пустота.
6. «

   Любой дошлый аварийщик знает, что в его распоряжении есть ещё минута, когда эти паникеры у себя там, наверху, говорят, что время истекло.

   Любой дошлый аварийщик знает, что в его распоряжении есть ещё минута, когда эти паникеры у себя там, наверху, говорят, что время истекло.
7. «

   С нищетой надо бороться, не убивая новорожденных младенцев, а улучшая условия жизни.

   С нищетой надо бороться, не убивая новорожденных младенцев, а улучшая условия жизни.
8. «

   По этому вдруг обрушившемуся на него водопаду слов Мел чувствовал, что Синди вот-вот взорвется. Он отчетливо представлял себе, как она стоит сейчас, выпрямившись, на высоких каблуках, решительная, энергичная, голубые глаза сверкают, светлая, тщательно причесанная голова откинута назад, – она всегда была чертовски привлекательна, когда злилась. Должно быть, отчасти поэтому в первые годы брака Мела почти не огорчали сцены, которые устраивала ему жена. Чем больше она распалялась, тем больше его влекло к ней. В такие минуты Мел опускал глаза на ноги Синди – а у нее были удивительно красивые ноги и лодыжки, – потом взгляд его скользил вверх, отмечая все изящество ее ладной, хорошо сложенной фигуры, которая неизменно возбуждала его. Он чувствовал, как между ними начинал пробегать ток, взгляды их встречались, и они в едином порыве устремлялись в объятия друг друга. Тогда исчезало все – гнев Синди утихал; захлестнутая волною чувственности, она становилась ненасытной, как дикарка, и, отдаваясь ему, требовала: «Сделай мне больно, черт бы тебя побрал! Да сделай же мне больно!» А потом, вымотанные и обессиленные, они и не вспоминали о причине ссоры: возобновлять перебранку уже не было ни сил, ни охоты.

   По этому вдруг обрушившемуся на него водопаду слов Мел чувствовал, что Синди вот-вот взорвется. Он отчетливо представлял себе, как она стоит сейчас, выпрямившись, на высоких каблуках, решительная, энергичная, голубые глаза сверкают, светлая, тщательно причесанная голова откинута назад, – она всегда была чертовски привлекательна, когда злилась. Должно быть, отчасти поэтому в первые годы брака Мела почти не огорчали сцены, которые устраивала ему жена. Чем больше она распалялась, тем больше его влекло к ней. В такие минуты Мел опускал глаза на ноги Синди – а у нее были удивительно красивые ноги и лодыжки, – потом взгляд его скользил вверх, отмечая все изящество ее ладной, хорошо сложенной фигуры, которая неизменно возбуждала его. Он чувствовал, как между ними начинал пробегать ток, взгляды их встречались, и они в едином порыве устремлялись в объятия друг друга. Тогда исчезало все – гнев Синди утихал; захлестнутая волною чувственности, она становилась ненасытной, как дикарка, и, отдаваясь ему, требовала: «Сделай мне больно, черт бы тебя побрал! Да сделай же мне больно!» А потом, вымотанные и обессиленные, они и не вспоминали о причине ссоры: возобновлять перебранку уже не было ни сил, ни охоты.
9. «

   Слишком уж много этих «если только», будь они прокляты.

   Слишком уж много этих «если только», будь они прокляты.

   — Вернон Димирест · книга
10. «

    И в деятельности аэропорта, как в больном, измученном сердце, то тут, то там стали появляться сбои.

    И в деятельности аэропорта, как в больном, измученном сердце, то тут, то там стали появляться сбои.
11. «

    Когда нарушается связь между людьми, она нарушается во всем.

    Когда нарушается связь между людьми, она нарушается во всем.
12. «

    Есть люди, которые живут прошлым, а есть такие, которые бегут от настоящего в будущее.

    Есть люди, которые живут прошлым, а есть такие, которые бегут от настоящего в будущее.
13. «

    ... как бы ни были заняты люди, у них всегда найдется время для сплетен и наблюдения за другими людьми.

    ... как бы ни были заняты люди, у них всегда найдется время для сплетен и наблюдения за другими людьми.
14. «

    Распадающийся брак выявляет все самое дурное в обоих супругах.

    Распадающийся брак выявляет все самое дурное в обоих супругах.
15. «

    Усталое, измотанное напряжением сознание, должно быть, отключалось. Где-то у него в мозгу был этакий крошечный предохранитель, защитный механизм, вроде того, который отключает мотор при перегреве. Правда, между мотором и человеческим мозгом есть существенная разница: мотор можно выключить и, если нет надобности, больше не включать. Мозг же – нельзя.

    Усталое, измотанное напряжением сознание, должно быть, отключалось. Где-то у него в мозгу был этакий крошечный предохранитель, защитный механизм, вроде того, который отключает мотор при перегреве. Правда, между мотором и человеческим мозгом есть существенная разница: мотор можно выключить и, если нет надобности, больше не включать. Мозг же – нельзя.
16. «

    В жизни удачи всегда сменяются неудачами и наоборот. Иной раз неудача бывает непредвиденной и абсурдной. Случай, причуда судьбы, мелкая оплошность могли превратить уже почти состоявшийся успех в чудовищное поражение. Утешением служило то, что бывало и наоборот.

    В жизни удачи всегда сменяются неудачами и наоборот. Иной раз неудача бывает непредвиденной и абсурдной. Случай, причуда судьбы, мелкая оплошность могли превратить уже почти состоявшийся успех в чудовищное поражение. Утешением служило то, что бывало и наоборот.

    — Эллиот Фримантл · книга
17. «

    Невозможно полностью вычеркнуть из сердца человека, которого ты когда-то пылко любила.

    Невозможно полностью вычеркнуть из сердца человека, которого ты когда-то пылко любила.
18. «

    Он хотел быть полезным людям — это давало ему радость.

    Он хотел быть полезным людям — это давало ему радость.
19. «

    — Дело в том, — произнесла Гвен медленно, словно думая вслух, — что я ещё никогда не была беременна, а пока это не случится, каждая женщина невольно сомневается, она не уверена в себе: а вдруг ей это не дано. И когда неожиданно открывается, как мне сейчас, что да, ты можешь стать матерью, — это как подарок, возникает такое чувство… Только женщина может его понять. Кажется, что произошло что-то непостижимое — огромное и замечательное.

    — Дело в том, — произнесла Гвен медленно, словно думая вслух, — что я ещё никогда не была беременна, а пока это не случится, каждая женщина невольно сомневается, она не уверена в себе: а вдруг ей это не дано. И когда неожиданно открывается, как мне сейчас, что да, ты можешь стать матерью, — это как подарок, возникает такое чувство… Только женщина может его понять. Кажется, что произошло что-то непостижимое — огромное и замечательное.

    — Гвен · книга
20. «

    Когда нарушается связь между людьми, она нарушается во всем – не только в том, что люди перестают друг друга понимать.

    Когда нарушается связь между людьми, она нарушается во всем – не только в том, что люди перестают друг друга понимать.