52 известных цитаты из книги «Артур Шопенгауэр. Афоризмы житейской мудрости»

Собрали 52 цитаты из книги «Артур Шопенгауэр. Афоризмы житейской мудрости» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Людей делает общительными их неспособность переносить одиночество, — то есть самих себя.

   Людей делает общительными их неспособность переносить одиночество, — то есть самих себя.
2. «

   Следует воздерживаться в беседе от всяких критических, хотя бы и доброжелательных замечаний: обидеть человека — легко, исправить же его — трудно, если не невозможно.

   Следует воздерживаться в беседе от всяких критических, хотя бы и доброжелательных замечаний: обидеть человека — легко, исправить же его — трудно, если не невозможно.
3. «

   Очень часто и, по-видимому, справедливо утверждают, что весьма ограниченный в умственном отношении человек, в сущности — самый счастливый, хотя никто и не позавидует такому счастью.

   Очень часто и, по-видимому, справедливо утверждают, что весьма ограниченный в умственном отношении человек, в сущности — самый счастливый, хотя никто и не позавидует такому счастью.
4. «

   Внутренняя бедность и приводит в конце концов к внешней.

   Внутренняя бедность и приводит в конце концов к внешней.
5. «

   Дикари друг друга едят, культурные люди — обманывают, и это называется течением жизни.

   Дикари друг друга едят, культурные люди — обманывают, и это называется течением жизни.
6. «

   Находясь в одинаковых обстоятельствах, люди все же живут в разных мирах.

   Находясь в одинаковых обстоятельствах, люди все же живут в разных мирах.
7. «

   Человек настолько бывает общительным, насколько он духовно беден и вообще посредствен.

   Человек настолько бывает общительным, насколько он духовно беден и вообще посредствен.
8. «

   Крупные достоинства пробуждают обычно глухую злобу в ничтожных людях.

   Крупные достоинства пробуждают обычно глухую злобу в ничтожных людях.
9. «

   Чем выше, совершеннее дух, тем меньше места остается для скуки. Нескончаемый поток мыслей, их вечно новая игра по поводу разнообразных явлений внутреннего и внешнего мира, способность и стремление к все новым и новым комбинациям их — все это делает одаренного умом человека, если не считать моментов утомлений, неподдающимся скуке.

   Чем выше, совершеннее дух, тем меньше места остается для скуки. Нескончаемый поток мыслей, их вечно новая игра по поводу разнообразных явлений внутреннего и внешнего мира, способность и стремление к все новым и новым комбинациям их — все это делает одаренного умом человека, если не считать моментов утомлений, неподдающимся скуке.
10. «

    Привыкнуть быть в обществе в известной мере одиноким, следовательно, не высказывать всего что он думает, и с другой стороны не очень доверять тому, что скажут люди; не ждать от них многого ни в моральном, ни в умственном отношении и выработать в себе то равнодушие к их мнениям, при котором только и может создаться истинная терпимость.

    Привыкнуть быть в обществе в известной мере одиноким, следовательно, не высказывать всего что он думает, и с другой стороны не очень доверять тому, что скажут люди; не ждать от них многого ни в моральном, ни в умственном отношении и выработать в себе то равнодушие к их мнениям, при котором только и может создаться истинная терпимость.
11. «

    Мы проживаем хорошие дни, не замечая их, лишь когда наступают тяжелые времена, мы жаждем вернуть их.

    Мы проживаем хорошие дни, не замечая их, лишь когда наступают тяжелые времена, мы жаждем вернуть их.
12. «

    Благоразумнее заботиться о сохранении своего здоровья и о развитии способностей, чем о приумножении богатств.

    Благоразумнее заботиться о сохранении своего здоровья и о развитии способностей, чем о приумножении богатств.
13. «

    Кто действительно уверен, что ни в чем не заслуживает упрека, тот может и будет спокойно пренебрегать ими.

    Кто действительно уверен, что ни в чем не заслуживает упрека, тот может и будет спокойно пренебрегать ими.
14. «

    Всякое ограничение, «сужение» хотя бы в духовном отношении, способствует нашему счастью. Ибо, чем меньше возбуждается воля, тем меньше страданий; а мы знаем, что страдания позитивны, а счастье — отрицательное понятие. Сужение сферы наших действий устраняет внешние причины возбуждения воли; ограничение духа — устраняет внутренние причины. Это последнее ограничение имеет, однако, тот недостаток, что открывает доступ скуке, которая косвенным образом становится источником бесчисленных страданий...

    Всякое ограничение, «сужение» хотя бы в духовном отношении, способствует нашему счастью. Ибо, чем меньше возбуждается воля, тем меньше страданий; а мы знаем, что страдания позитивны, а счастье — отрицательное понятие. Сужение сферы наших действий устраняет внешние причины возбуждения воли; ограничение духа — устраняет внутренние причины. Это последнее ограничение имеет, однако, тот недостаток, что открывает доступ скуке, которая косвенным образом становится источником бесчисленных страданий...
15. «

    Не оспаривайте ничьих мнений; сообразите только, что если бы вам захотелось опровергнуть все нелепости, в которые люди верят, то вы могли бы достигнуть Мафусаилова возраста и все-таки не покончили бы с ними.

    Не оспаривайте ничьих мнений; сообразите только, что если бы вам захотелось опровергнуть все нелепости, в которые люди верят, то вы могли бы достигнуть Мафусаилова возраста и все-таки не покончили бы с ними.
16. «

    В нас существует нечто более мудрое, нежели голова. Именно, в важные моменты, в главных шагах своей жизни мы руководствуемся не столько ясным пониманием того, что надо делать, сколько внутренним импульсом, который исходит из самой глубины нашего существа.

    В нас существует нечто более мудрое, нежели голова. Именно, в важные моменты, в главных шагах своей жизни мы руководствуемся не столько ясным пониманием того, что надо делать, сколько внутренним импульсом, который исходит из самой глубины нашего существа.
17. «

    В национальном характере мало хороших черт: ведь субъектом его является толпа.

    В национальном характере мало хороших черт: ведь субъектом его является толпа.
18. «

    Однако есть нечто, что даже при единомыслии людей способно отдалить их друг от друга и породить некоторую дисгармонию; это — несходность в данную минуту их настроения, почти всегда различного у разных людей, в зависимости от их настоящего положения, занятия, обстановки, состояния здоровья, от хода мысли в данный момент и т. д. Все это создает диссонанс между гармонирующими в общем личностями.

    Однако есть нечто, что даже при единомыслии людей способно отдалить их друг от друга и породить некоторую дисгармонию; это — несходность в данную минуту их настроения, почти всегда различного у разных людей, в зависимости от их настоящего положения, занятия, обстановки, состояния здоровья, от хода мысли в данный момент и т. д. Все это создает диссонанс между гармонирующими в общем личностями.
19. «

    Самых угрюмых, сердитых людей можно посредством вежливости и любезности сделать сговорчивыми и веселыми.

    Самых угрюмых, сердитых людей можно посредством вежливости и любезности сделать сговорчивыми и веселыми.
20. «

    Общество возлагает на нас обязанность бесконечного терпения к глупости, к извращенности и безумию.

    Общество возлагает на нас обязанность бесконечного терпения к глупости, к извращенности и безумию.