Подборка из книги: 10 цитат — «Артуро Перес-Реверте. Карта небесной сферы, или Тайный меридиан»

Собрали 10 цитат из книги «Артуро Перес-Реверте. Карта небесной сферы, или Тайный меридиан» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Вот часы... И их надо остановить. И ты, и я поступим, как любой мужчина: возьмем молоток и разобьем их. Но женщина никогда этого не сделает. Как только она до них доберется, она разберет их по винтику, распотрошит так, что никто и никогда их уже не соберет. И время они показывать не будут... <...> Им ничего не стоит выпотрошить сильного взрослого мужчину одним жестом, улыбкой, словом.

   — Вот часы... И их надо остановить. И ты, и я поступим, как любой мужчина: возьмем молоток и разобьем их. Но женщина никогда этого не сделает. Как только она до них доберется, она разберет их по винтику, распотрошит так, что никто и никогда их уже не соберет. И время они показывать не будут... <...> Им ничего не стоит выпотрошить сильного взрослого мужчину одним жестом, улыбкой, словом.

   — Нино Палермо · книга
2. «

   Они тебя убивают, а ты вроде бы продолжаешь жить, не зная, что уже давно мертв.

   Они тебя убивают, а ты вроде бы продолжаешь жить, не зная, что уже давно мертв.

   — Нино Палермо · книга
3. «

   ... весь мир — это корабль, который из гавани вышел, но обратного пути у него нет.

   ... весь мир — это корабль, который из гавани вышел, но обратного пути у него нет.
4. «

   Кой вовсе не был пессимистом; для того, чтобы стать пессимистом, абсолютно необходимо утратить веру в человечество, а Кой так и родился без этой веры.

   Кой вовсе не был пессимистом; для того, чтобы стать пессимистом, абсолютно необходимо утратить веру в человечество, а Кой так и родился без этой веры.
5. «

   В открытом море воздух свеж, раны зарубцовываются быстрее, а тишина — такая плотная, что в ней уже можно выносить вопросы, не имеющие ответа, и не мучиться собственным молчанием.

   В открытом море воздух свеж, раны зарубцовываются быстрее, а тишина — такая плотная, что в ней уже можно выносить вопросы, не имеющие ответа, и не мучиться собственным молчанием.
6. «

   ... в море, как в фехтовании, самое главное – держать противника на расстоянии и предвидеть его действия.

   ... в море, как в фехтовании, самое главное – держать противника на расстоянии и предвидеть его действия.
7. «

   ... этапы, книжные или жизненные <...> никогда не заканчиваются раз и навсегда, и, хотя герои утрачивают наивность и свежесть, необходимую для того, чтобы верить в корабли-призраки и затонувшие парусники, море-то остается неизменным, оно полно собственной памятью, и оно себе верит. Морю совершенно безразлично, что люди утрачивают веру в приключения, в затонувшие корабли, в поиски сокровищ.

   ... этапы, книжные или жизненные <...> никогда не заканчиваются раз и навсегда, и, хотя герои утрачивают наивность и свежесть, необходимую для того, чтобы верить в корабли-призраки и затонувшие парусники, море-то остается неизменным, оно полно собственной памятью, и оно себе верит. Морю совершенно безразлично, что люди утрачивают веру в приключения, в затонувшие корабли, в поиски сокровищ.
8. «

   ... Истинная свобода – единственная возможная свобода, истинный мир Божий – начинаются в пяти милях от берега.

   ... Истинная свобода – единственная возможная свобода, истинный мир Божий – начинаются в пяти милях от берега.
9. «

   Иной раз корабли теряются в море, но гораздо чаще и корабли, и люди, теряются на суше. Ставишь на карте точку, говоришь себе: я нахожусь вот здесь, а на самом деле находишься совсем в другом месте, рядом с мелью, рифами, берегом с подветренной стороны – и вдруг слышишь скрежет ломающегося корпуса. И всему конец.

   Иной раз корабли теряются в море, но гораздо чаще и корабли, и люди, теряются на суше. Ставишь на карте точку, говоришь себе: я нахожусь вот здесь, а на самом деле находишься совсем в другом месте, рядом с мелью, рифами, берегом с подветренной стороны – и вдруг слышишь скрежет ломающегося корпуса. И всему конец.
10. «

    Нет у меня одной-единственной любимой книги. Не бывает таких книг, которые существовали бы сами по себе, отдельно от других книг.

    Нет у меня одной-единственной любимой книги. Не бывает таких книг, которые существовали бы сами по себе, отдельно от других книг.

    — Кой · книга