25 лучших цитат из книги «Банана Ёсимото. Амрита»

25 цитат из книги «Банана Ёсимото. Амрита» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Иногда все так надоедает, что хочется умереть. Иногда все так удивительно, что хочется жить вечно.

   Иногда все так надоедает, что хочется умереть. Иногда все так удивительно, что хочется жить вечно.
2. «

   Ну и конечно, нужна любовь. – Ты не подумай, я не о чем то таком особенном говорю. Обычная любовь. Именно она держит семью вместе, не дает ей распасться. Любовь – это ведь не внешние признаки, а внутреннее содержание. Умение отдавать, понимаешь? Не требовать, а наоборот – дарить. И если члены семьи не обладают этим умением – тогда все. Дом превращается в стойбище голодных волков. Вот, например, моя семья. Вроде бы выходит, что я сама ее разрушила. Своими собственными руками. Но разве виновата только я одна? Ведь это было всего лишь следствием того, что началось у нас в семье гораздо раньше. Мы непрерывно требовали друг от друга чего – то, ничего не давая взамен… Есть люди, которые считают, что в особо сложные моменты, когда кажется, что нет никакой возможности продолжать жить вместе, нужно идти на компромисс, а я вот думаю, что прежде всего нужна любовь. Нужны общие воспоминания, которые дарят нам красоту и придают сил… которые заставляют тебя думать: «А ведь мне хорошо с этим человеком». И если в тебе еще осталось желание дышать этим общим семейным воздухом, желание быть вместе несмотря ни на что – значит, еще есть надежда.

   Ну и конечно, нужна любовь. – Ты не подумай, я не о чем то таком особенном говорю. Обычная любовь. Именно она держит семью вместе, не дает ей распасться. Любовь – это ведь не внешние признаки, а внутреннее содержание. Умение отдавать, понимаешь? Не требовать, а наоборот – дарить. И если члены семьи не обладают этим умением – тогда все. Дом превращается в стойбище голодных волков. Вот, например, моя семья. Вроде бы выходит, что я сама ее разрушила. Своими собственными руками. Но разве виновата только я одна? Ведь это было всего лишь следствием того, что началось у нас в семье гораздо раньше. Мы непрерывно требовали друг от друга чего – то, ничего не давая взамен… Есть люди, которые считают, что в особо сложные моменты, когда кажется, что нет никакой возможности продолжать жить вместе, нужно идти на компромисс, а я вот думаю, что прежде всего нужна любовь. Нужны общие воспоминания, которые дарят нам красоту и придают сил… которые заставляют тебя думать: «А ведь мне хорошо с этим человеком». И если в тебе еще осталось желание дышать этим общим семейным воздухом, желание быть вместе несмотря ни на что – значит, еще есть надежда.
3. «

   Запах смерти и всепоглощающее чувство одиночества — вот неизменные спутники того, кто провожает — пусть даже ненадолго — любимого человека... Интересно, а тот, кого провожают, тоже испытывает нечто подобное?

   Запах смерти и всепоглощающее чувство одиночества — вот неизменные спутники того, кто провожает — пусть даже ненадолго — любимого человека... Интересно, а тот, кого провожают, тоже испытывает нечто подобное?

   — Сакуми · книга
4. «

   Настоящие друзья — утешение моей жизни. Тот источник, в котором я черпаю силы.

   Настоящие друзья — утешение моей жизни. Тот источник, в котором я черпаю силы.

   — Месмер · книга
5. «

   ... Человек на берегу моря — всегда поэт.

   ... Человек на берегу моря — всегда поэт.

   — Сакуми · книга
6. «

   Одиночество — это вовсе не синоним свободы.

   Одиночество — это вовсе не синоним свободы.
7. «

   Мое одиночество — это неотъемлемая часть моей вселенной, а вовсе не патология, от которой надо во что бы то ни стало избавляться. По крайней мере, я чувствую это именно так.

   Мое одиночество — это неотъемлемая часть моей вселенной, а вовсе не патология, от которой надо во что бы то ни стало избавляться. По крайней мере, я чувствую это именно так.
8. «

   Человек, зависящий от другого человека, бессилен. Но на самом-то деле это кажущееся бессилие. Он может всё.

   Человек, зависящий от другого человека, бессилен. Но на самом-то деле это кажущееся бессилие. Он может всё.

   — Сакуми · книга
9. «

   Интересно, почему люди так озабочены жизнью других? Ведь ясно же, что сделать ничего нельзя!

   Интересно, почему люди так озабочены жизнью других? Ведь ясно же, что сделать ничего нельзя!

   — Сакуми · книга
10. «

    Боль — отзвук невозможности поверить в то, что произошло.

    Боль — отзвук невозможности поверить в то, что произошло.

    — Сакуми · книга
11. «

    — Так что это была за вспышка, Ёшио? — повторила я, сгорая от любопытства. — Только ты не смейся, ладно? — Не буду смеяться. Обещаю. — Когда Сасэко начала петь, отовсюду на ее пение слетелись духи. Бесчисленное количество. Миллионы, а может быть, миллиарды, — брат посмотрел на меня расширившимися глазами. — Они собрались вместе, и тогда вдруг все вспыхнуло! И я увидел!! — Что? — Вечность, — торжественно сказал брат. — Ясно, — ответила я.

    — Так что это была за вспышка, Ёшио? — повторила я, сгорая от любопытства. — Только ты не смейся, ладно? — Не буду смеяться. Обещаю. — Когда Сасэко начала петь, отовсюду на ее пение слетелись духи. Бесчисленное количество. Миллионы, а может быть, миллиарды, — брат посмотрел на меня расширившимися глазами. — Они собрались вместе, и тогда вдруг все вспыхнуло! И я увидел!! — Что? — Вечность, — торжественно сказал брат. — Ясно, — ответила я.

    — Сакуми · книга
12. «

    Внутри каждого из нас, в самой глубине души, гнездится слабое, дрожащее нечто, которое нуждается в заботе и любви. И время от времени нужно плакать, потому что слезы — это признак того, что сердце все еще не зачерствело, что мы все еще способны любить.

    Внутри каждого из нас, в самой глубине души, гнездится слабое, дрожащее нечто, которое нуждается в заботе и любви. И время от времени нужно плакать, потому что слезы — это признак того, что сердце все еще не зачерствело, что мы все еще способны любить.

    — Сакуми · книга
13. «

    Море — это море, накатило — откатило. Иногда море штормит. Оно просто есть, и этого достаточно, чтобы вызывать в людях множество самых разных чувств, и я хочу жить просто как «человек у моря».

    Море — это море, накатило — откатило. Иногда море штормит. Оно просто есть, и этого достаточно, чтобы вызывать в людях множество самых разных чувств, и я хочу жить просто как «человек у моря».
14. «

    Когда у нас много свободного времени, мы становимся сентиментальными. Душевная вялость приводит к тому, что воспоминания превращаются в призраки. Они наплывают со всех сторон, замыкают тебя в хоровод. Поначалу это даже приятно, но быстро надоедает. Хочется, чтобы эти призрачные видения исчезли, чтобы сознание хоть на мгновение озарилось вспышкой света, которая бы позволила увидеть все так, как есть на самом деле. Но с другой стороны, после вспышки полумрак становится еще гуще...

    Когда у нас много свободного времени, мы становимся сентиментальными. Душевная вялость приводит к тому, что воспоминания превращаются в призраки. Они наплывают со всех сторон, замыкают тебя в хоровод. Поначалу это даже приятно, но быстро надоедает. Хочется, чтобы эти призрачные видения исчезли, чтобы сознание хоть на мгновение озарилось вспышкой света, которая бы позволила увидеть все так, как есть на самом деле. Но с другой стороны, после вспышки полумрак становится еще гуще...

    — Сакуми · книга
15. «

    Ночная кухня — это территория окончательного и бесповоротного паралича мыслей. Ни в коем случае нельзя оставаться в таком месте надолго. Ни в коем случае нельзя заставлять своих жен и матерей проживать жизнь на кухне. Здесь зарождается не только вкусный суп, но и бытовое пьянство и даже позывы к убийству. Кухня — это глобально: это таинственное место, управляющее жизнью всего дома.

    Ночная кухня — это территория окончательного и бесповоротного паралича мыслей. Ни в коем случае нельзя оставаться в таком месте надолго. Ни в коем случае нельзя заставлять своих жен и матерей проживать жизнь на кухне. Здесь зарождается не только вкусный суп, но и бытовое пьянство и даже позывы к убийству. Кухня — это глобально: это таинственное место, управляющее жизнью всего дома.

    — Сакуми · книга
16. «

    Никому не под силу заставить человека не мечтать.

    Никому не под силу заставить человека не мечтать.

    — Сакуми · книга
17. «

    Мама была слишком ярким маяком, отчего мы — корабли, плывущие мимо, — ослепленные ее сиянием, все как один сбивались с курса и были обречены на необычную судьбу.

    Мама была слишком ярким маяком, отчего мы — корабли, плывущие мимо, — ослепленные ее сиянием, все как один сбивались с курса и были обречены на необычную судьбу.

    — Сакуми · книга
18. «

    Лицо вообще штука удивительная. По лицу сразу видно, потерял человек душу или нет. Если не потерял, если душа на месте, то лицо излучает мягкий свет. Свет любви.

    Лицо вообще штука удивительная. По лицу сразу видно, потерял человек душу или нет. Если не потерял, если душа на месте, то лицо излучает мягкий свет. Свет любви.
19. «

    Если человек слишком много времени проводит в безопасной, как ему кажется, комнате — он постепенно становится частью дома, ещё одним предметом интерьера.

    Если человек слишком много времени проводит в безопасной, как ему кажется, комнате — он постепенно становится частью дома, ещё одним предметом интерьера.

    — Сакуми · книга
20. «

    Вселенское утешение — «какое счастье, что она живёт вместе со мной в этом мире и в это время».

    Вселенское утешение — «какое счастье, что она живёт вместе со мной в этом мире и в это время».

    — Сакуми · книга