59 коротких цитат из книги «Бернард Корнуэлл. Саксонские хроники»

Собрали 59 цитат из книги «Бернард Корнуэлл. Саксонские хроники» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Рагнар объявит себя королем? — Он этого не говорит. — А тебе бы этого хотелось? — Я хочу, чтобы Рагнар нашёл свою судьбу.

   — Рагнар объявит себя королем? — Он этого не говорит. — А тебе бы этого хотелось? — Я хочу, чтобы Рагнар нашёл свою судьбу.

   — Утред Беббанбургский · книга
2. «

   Я чуял запах крови и дерьма — то были запахи битвы.

   Я чуял запах крови и дерьма — то были запахи битвы.

   — Утред Беббанбургский · книга
3. «

   Дети легко меняют религию. Хорошо, что большинство из них, вырастая, в конце концов обретают здравый смысл.

   Дети легко меняют религию. Хорошо, что большинство из них, вырастая, в конце концов обретают здравый смысл.

   — Утред Беббанбургский · книга
4. «

   Мы ищем будущее. Смотрим в туман и надеемся увидеть вехи, которые придадут смысл нашей судьбе. Всю свою жизнь я пытался понять прошлое, потому что оно было таким славным. Мы видим остатки этой славы по всей Британии. Видим огромные мраморные дома, сделанные римлянами, мы путешествуем по дорогам, которые они проложили, по мостам, которые они построили, и все это медленно исчезает. Мрамор трескается на морозе, стены рушатся.

   Мы ищем будущее. Смотрим в туман и надеемся увидеть вехи, которые придадут смысл нашей судьбе. Всю свою жизнь я пытался понять прошлое, потому что оно было таким славным. Мы видим остатки этой славы по всей Британии. Видим огромные мраморные дома, сделанные римлянами, мы путешествуем по дорогам, которые они проложили, по мостам, которые они построили, и все это медленно исчезает. Мрамор трескается на морозе, стены рушатся.

   — Утред Беббанбургский · книга
5. «

   — Ты выглядишь старше. Старше и куда уродливей. — Значит, я стал больше походить на тебя.

   — Ты выглядишь старше. Старше и куда уродливей. — Значит, я стал больше походить на тебя.

   — Рагнар Рагнарсон · книга
6. «

   Этот юноша так радостно встречал каждый новый день, как будто не ждал от него ничего, кроме счастья, и в его компании жизнь каким-то чудесным образом казалась ярче и привлекательнее.

   Этот юноша так радостно встречал каждый новый день, как будто не ждал от него ничего, кроме счастья, и в его компании жизнь каким-то чудесным образом казалась ярче и привлекательнее.

   — Утред Беббанбургский · книга
7. «

   Я чувствую приближение смерти, господин Утред. Это похоже на засаду. Я знаю — она там, и ничего не могу поделать, чтобы ее избежать. Она заберет меня и уничтожит, но я не хочу, чтобы вместе со мной она уничтожила Уэссекс.

   Я чувствую приближение смерти, господин Утред. Это похоже на засаду. Я знаю — она там, и ничего не могу поделать, чтобы ее избежать. Она заберет меня и уничтожит, но я не хочу, чтобы вместе со мной она уничтожила Уэссекс.

   — Король Уэссекса Альфред Великий · книга
8. «

   — Он сошел с ума. Безумен и счастлив. — Это лучше, чем быть безумным и несчастным. — За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон. — Значит, он все еще христианин? — Гутред поклоняется всем богам. На всякий случай.

   — Он сошел с ума. Безумен и счастлив. — Это лучше, чем быть безумным и несчастным. — За ним присматривают священники, но он не ест. Гутред швыряется едой в стены и заявляет, что он Соломон. — Значит, он все еще христианин? — Гутред поклоняется всем богам. На всякий случай.

   — Брида · книга
9. «

   — Финан, вон то — дым? — Кто его знает, господин. Будем надеяться, что да. — Надеяться, что это дым? — Если мир затянется, я сойду с ума.

   — Финан, вон то — дым? — Кто его знает, господин. Будем надеяться, что да. — Надеяться, что это дым? — Если мир затянется, я сойду с ума.

   — Утред Беббанбургский · книга
10. «

    Мы рождены для страданий. Нет, трудна судьба. Неужели все предрешено? Предвидение — это не судьба, мы свободны выбирать свои пути, и в то же время судьба утверждает, что мы не вольны в этом. И если судьба существует, есть ли у нас выбор?

    Мы рождены для страданий. Нет, трудна судьба. Неужели все предрешено? Предвидение — это не судьба, мы свободны выбирать свои пути, и в то же время судьба утверждает, что мы не вольны в этом. И если судьба существует, есть ли у нас выбор?

    — Король Уэссекса Альфред Великий · книга
11. «

    Мне он тоже нравился, но сейчас нам придется его хоронить.

    Мне он тоже нравился, но сейчас нам придется его хоронить.

    — Утред Беббанбургский · книга
12. «

    — Ты потеряешь семью. — Я обрету семью. Мы с Эриком станем семьей.

    — Ты потеряешь семью. — Я обрету семью. Мы с Эриком станем семьей.

    — Утред Беббанбургский · книга
13. «

    Тот, кто когда-то был священником, остается им навсегда.

    Тот, кто когда-то был священником, остается им навсегда.

    — Оффа · книга
14. «

    Она совершала путешествие, путешествие любви, но ее ждал шторм столь суровый и темный, что сердце мое почти разбилось от жалости к ней.

    Она совершала путешествие, путешествие любви, но ее ждал шторм столь суровый и темный, что сердце мое почти разбилось от жалости к ней.

    — Утред Беббанбургский · книга
15. «

    — Я потерял сапоги, — сказал он. Казалось, это беспокоит его больше, чем то, что он был на волосок от смерти.

    — Я потерял сапоги, — сказал он. Казалось, это беспокоит его больше, чем то, что он был на волосок от смерти.

    — Гутред · книга
16. «

    — Разве ваши боги не вознаграждают вас за хорошее поведение? — Мои боги своенравны, господин. — Как ты можешь служить своенравному богу? — Я и не служу. — Но ты сказал... — Что они своенравны, но так уж боги развлекаются. Моя задача — не служить им, а развлекать их, и, если мне это удастся, они вознаградят меня в следующей жизни.

    — Разве ваши боги не вознаграждают вас за хорошее поведение? — Мои боги своенравны, господин. — Как ты можешь служить своенравному богу? — Я и не служу. — Но ты сказал... — Что они своенравны, но так уж боги развлекаются. Моя задача — не служить им, а развлекать их, и, если мне это удастся, они вознаградят меня в следующей жизни.

    — король Уэссекса · книга
17. «

    Законы — лишь выражение надежды, потому что реальностью были бурги, стены, копья на укреплениях и блеск шлемов на рассвете, страх перед облаченными в кольчуги грабителями, стук копыт и вопли жертв.

    Законы — лишь выражение надежды, потому что реальностью были бурги, стены, копья на укреплениях и блеск шлемов на рассвете, страх перед облаченными в кольчуги грабителями, стук копыт и вопли жертв.

    — Утред Беббанбургский · книга
18. «

    — Я никогда не пойму тебя, Утред. — Я очень простая душа. Я просто хочу домой. — Не в чертоги Одина? — Рано или поздно — да, но сперва домой.

    — Я никогда не пойму тебя, Утред. — Я очень простая душа. Я просто хочу домой. — Не в чертоги Одина? — Рано или поздно — да, но сперва домой.

    — Утред Беббанбургский · книга
19. «

    Однажды в Валгалле пировали двенадцать богов, но Локи, бога-проказника, в тот раз пригласить забыли. И он сыграл злую шутку, уговорив слепого Хёда бросить побег омелы в своего брата Бальдра. Бальдр, любимец богов, и сам был хорошим богом, но его можно было убить омелой. И вот он погиб от руки родного брата, а Локи злорадно смеялся. С тех пор всем известно, что тринадцать — очень дурное число. Тринадцать птиц в небе предвещают несчастье, тринадцать камешков, положенные в горшок, отравят любую еду, а если за обеденным столом соберутся тринадцать человек — один из них вскоре непременно умрет. И сейчас тринадцать воинов в моем отряде могло означать лишь одно — наше поражение.

    Однажды в Валгалле пировали двенадцать богов, но Локи, бога-проказника, в тот раз пригласить забыли. И он сыграл злую шутку, уговорив слепого Хёда бросить побег омелы в своего брата Бальдра. Бальдр, любимец богов, и сам был хорошим богом, но его можно было убить омелой. И вот он погиб от руки родного брата, а Локи злорадно смеялся. С тех пор всем известно, что тринадцать — очень дурное число. Тринадцать птиц в небе предвещают несчастье, тринадцать камешков, положенные в горшок, отравят любую еду, а если за обеденным столом соберутся тринадцать человек — один из них вскоре непременно умрет. И сейчас тринадцать воинов в моем отряде могло означать лишь одно — наше поражение.

    — Утред Беббанбургский · книга
20. «

    Он получил слишком много зеленой травы религии и теперь болеет из-за этого. Но он хороший человек, очень достойный. Слишком худой, это да, но хороший. Святой во плоти, ни больше ни меньше.

    Он получил слишком много зеленой травы религии и теперь болеет из-за этого. Но он хороший человек, очень достойный. Слишком худой, это да, но хороший. Святой во плоти, ни больше ни меньше.

    — отец Пирлиг · книга