13 цитат из книги «Борис Акунин. Алмазная колесница» с глубоким смыслом

13 цитат из книги «Борис Акунин. Алмазная колесница» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Одно из самых больших удовольствий — чувство тайного превосходства над тем, кто считает себя выше, чем ты.

   Одно из самых больших удовольствий — чувство тайного превосходства над тем, кто считает себя выше, чем ты.
2. «

   Я знаю о тебе много, ты обо мне знаешь мало. От этого возникает недоверие, от недоверия происходит непонимание, непонимание приводит к ошибкам.

   Я знаю о тебе много, ты обо мне знаешь мало. От этого возникает недоверие, от недоверия происходит непонимание, непонимание приводит к ошибкам.

   — Тамба · книга
3. «

   Беда России в том, что она повернута лицом к Западу, а спиной к Востоку. При этом Западу мы упираемся лицом в задницу, а свои беззащитные дерьеры подставляем острым зубам Востока...

   Беда России в том, что она повернута лицом к Западу, а спиной к Востоку. При этом Западу мы упираемся лицом в задницу, а свои беззащитные дерьеры подставляем острым зубам Востока...
4. «

   Правильно построенная любовь заканчивается не смертью, а утонченным финалом, так чтобы у обоих потом остались красивые воспоминания. Мы не даем чувству умереть, мы срезаем его, как цветок. Это немного больно, но зато потом не остается ни обиды, ни горечи.

   Правильно построенная любовь заканчивается не смертью, а утонченным финалом, так чтобы у обоих потом остались красивые воспоминания. Мы не даем чувству умереть, мы срезаем его, как цветок. Это немного больно, но зато потом не остается ни обиды, ни горечи.
5. «

   — Я пришел сказать, что тоже думал о тебе эти два дня, — сказал Фандорин. В дурацком английском языке нет интимного местоимения второго лица, все you да you, но он решил, что с этого мгновения они переходят на «ты».

   — Я пришел сказать, что тоже думал о тебе эти два дня, — сказал Фандорин. В дурацком английском языке нет интимного местоимения второго лица, все you да you, но он решил, что с этого мгновения они переходят на «ты».

   — Эраст Петрович Фандорин · книга
6. «

   Нужно уметь правильно формулировать вопрос. Это половина дела. А вторая половина — умение услышать ответ.

   Нужно уметь правильно формулировать вопрос. Это половина дела. А вторая половина — умение услышать ответ.
7. «

   Полная сумка Любви, радости, горя У почтальона.

   Полная сумка Любви, радости, горя У почтальона.
8. «

   Существует Справедливость, Правда, защищать которую — обязанность всякого благородного человека. Нельзя позволять, чтобы рядом безнаказанно совершалась подлость. Попустительствуя ей или умывая руки, сам становишься соучастником, наносишь оскорбление собственной душе и Богу.

   Существует Справедливость, Правда, защищать которую — обязанность всякого благородного человека. Нельзя позволять, чтобы рядом безнаказанно совершалась подлость. Попустительствуя ей или умывая руки, сам становишься соучастником, наносишь оскорбление собственной душе и Богу.

   — Эраст Петрович Фандорин · книга
9. «

   За все в жизни платить приходится, и обычно намного больше, чем предполагал.

   За все в жизни платить приходится, и обычно намного больше, чем предполагал.
10. «

    У настоящей Красавицы туфельки, И те летают.

    У настоящей Красавицы туфельки, И те летают.
11. «

    Сегодня праздник. Победа, враг истреблен. Как одиноко!

    Сегодня праздник. Победа, враг истреблен. Как одиноко!
12. «

    Маса соорудил изысканный завтрак: заварил чудесного ячменного чая; разложил на деревянном блюде кусочки морской сколопендры, жёлтую икру уни, прозрачные ломтики ика; красиво аранжировал маринованные сливы и солёную редьку; отварил самого дорогого рису и посыпал его толчёными морскими водорослями; особенно же можно было гордиться белоснежным свежайшим тофу и благоуханной нежно-коричневой пастой натто. Поднос был украшен по сезону маленькими жёлтыми хризантемами. <...> Завтрак, приготовленный туземным Санчо Пансой, был кошмарен. Как они только едят это склизкое, пахучее, холодное? А сырая рыба! А клейкий, прилипающий к нёбу рис! О том, что представляла собой липкая замазка поносного цвета, лучше было вообще не думать. Не желая обижать японца, Фандорин поскорей проглотил всю эту отраву и запил чаем, но тот, кажется, был сварен из рыбьей чешуи.

    Маса соорудил изысканный завтрак: заварил чудесного ячменного чая; разложил на деревянном блюде кусочки морской сколопендры, жёлтую икру уни, прозрачные ломтики ика; красиво аранжировал маринованные сливы и солёную редьку; отварил самого дорогого рису и посыпал его толчёными морскими водорослями; особенно же можно было гордиться белоснежным свежайшим тофу и благоуханной нежно-коричневой пастой натто. Поднос был украшен по сезону маленькими жёлтыми хризантемами. <...> Завтрак, приготовленный туземным Санчо Пансой, был кошмарен. Как они только едят это склизкое, пахучее, холодное? А сырая рыба! А клейкий, прилипающий к нёбу рис! О том, что представляла собой липкая замазка поносного цвета, лучше было вообще не думать. Не желая обижать японца, Фандорин поскорей проглотил всю эту отраву и запил чаем, но тот, кажется, был сварен из рыбьей чешуи.

    — Маса · книга
13. «

    — Скажи мне: убить — это хорошо или плохо? — Плохо. — А убить тигрицу, напавшую на ребенка, хорошо или плохо? — Хорошо. — Для кого хорошо: для ребенка или для тигрицы и ее тигрят?

    — Скажи мне: убить — это хорошо или плохо? — Плохо. — А убить тигрицу, напавшую на ребенка, хорошо или плохо? — Хорошо. — Для кого хорошо: для ребенка или для тигрицы и ее тигрят?