39 цитат из книги «Борис Акунин. Алмазная колесница» — читать онлайн

39 цитат из книги «Борис Акунин. Алмазная колесница» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Есть две красоты: красота радости и красота печали. Красота радости недолговечна, как полет бабочки. А красота печального прочнее камня. Кто помнит о миллионах счастливых влюбленных, что мирно прожили свою жизнь, состарились и умерли? А о трагической любви сочиняют пьесы, которые живут столетия.

   Есть две красоты: красота радости и красота печали. Красота радости недолговечна, как полет бабочки. А красота печального прочнее камня. Кто помнит о миллионах счастливых влюбленных, что мирно прожили свою жизнь, состарились и умерли? А о трагической любви сочиняют пьесы, которые живут столетия.
2. «

   Арифметика — наука мертвая, потому что она берет в учет лишь вещи материальные.

   Арифметика — наука мертвая, потому что она берет в учет лишь вещи материальные.

   — Дон Цурумаки · книга
3. «

   Человек весь состоит из вопросов, а жизнь и окружающий мир — из ответов на эти вопросы. Определи последовательность занимающих тебя вопросов, начиная с самых важных. Потом настройся на то, чтобы воспринять ответы. Они повсюду — во всяком событии, во всякой вещи.

   Человек весь состоит из вопросов, а жизнь и окружающий мир — из ответов на эти вопросы. Определи последовательность занимающих тебя вопросов, начиная с самых важных. Потом настройся на то, чтобы воспринять ответы. Они повсюду — во всяком событии, во всякой вещи.

   — Тамба · книга
4. «

   Нужно уметь правильно формулировать вопрос. Это половина дела. А вторая половина — умение услышать ответ.

   Нужно уметь правильно формулировать вопрос. Это половина дела. А вторая половина — умение услышать ответ.
5. «

   Отчего любит Лишь тех, кто к ней холоден, Игральная кость?

   Отчего любит Лишь тех, кто к ней холоден, Игральная кость?
6. «

   Сила — самый слабый и недолговечный из инструментов. Побежденный ей, конечно, покорится но будет лишь ждать момента, чтобы освободиться.

   Сила — самый слабый и недолговечный из инструментов. Побежденный ей, конечно, покорится но будет лишь ждать момента, чтобы освободиться.

   — Доронин · книга
7. «

   За все в жизни платить приходится, и обычно намного больше, чем предполагал.

   За все в жизни платить приходится, и обычно намного больше, чем предполагал.
8. «

   Полная сумка Любви, радости, горя У почтальона.

   Полная сумка Любви, радости, горя У почтальона.
9. «

   Известно ведь, что человек больше всего любит тех, кто, с его точки зрения, должен им восхищаться.

   Известно ведь, что человек больше всего любит тех, кто, с его точки зрения, должен им восхищаться.
10. «

    — Увидишь, как тебя манит перст судьбы, — откуси его к чертовой матери, а если удастся, то хорошо бы вместе с рукой.

    — Увидишь, как тебя манит перст судьбы, — откуси его к чертовой матери, а если удастся, то хорошо бы вместе с рукой.
11. «

    — Говорит: буду вас благодарить. Решительность тона, которым были произнесены эти слова, заставила титулярного советника насторожиться.

    — Говорит: буду вас благодарить. Решительность тона, которым были произнесены эти слова, заставила титулярного советника насторожиться.

    — Маса · книга
12. «

    Маса соорудил изысканный завтрак: заварил чудесного ячменного чая; разложил на деревянном блюде кусочки морской сколопендры, жёлтую икру уни, прозрачные ломтики ика; красиво аранжировал маринованные сливы и солёную редьку; отварил самого дорогого рису и посыпал его толчёными морскими водорослями; особенно же можно было гордиться белоснежным свежайшим тофу и благоуханной нежно-коричневой пастой натто. Поднос был украшен по сезону маленькими жёлтыми хризантемами. <...> Завтрак, приготовленный туземным Санчо Пансой, был кошмарен. Как они только едят это склизкое, пахучее, холодное? А сырая рыба! А клейкий, прилипающий к нёбу рис! О том, что представляла собой липкая замазка поносного цвета, лучше было вообще не думать. Не желая обижать японца, Фандорин поскорей проглотил всю эту отраву и запил чаем, но тот, кажется, был сварен из рыбьей чешуи.

    Маса соорудил изысканный завтрак: заварил чудесного ячменного чая; разложил на деревянном блюде кусочки морской сколопендры, жёлтую икру уни, прозрачные ломтики ика; красиво аранжировал маринованные сливы и солёную редьку; отварил самого дорогого рису и посыпал его толчёными морскими водорослями; особенно же можно было гордиться белоснежным свежайшим тофу и благоуханной нежно-коричневой пастой натто. Поднос был украшен по сезону маленькими жёлтыми хризантемами. <...> Завтрак, приготовленный туземным Санчо Пансой, был кошмарен. Как они только едят это склизкое, пахучее, холодное? А сырая рыба! А клейкий, прилипающий к нёбу рис! О том, что представляла собой липкая замазка поносного цвета, лучше было вообще не думать. Не желая обижать японца, Фандорин поскорей проглотил всю эту отраву и запил чаем, но тот, кажется, был сварен из рыбьей чешуи.

    — Маса · книга
13. «

    Благородный муж знает, что мир несовершенен, но не опускает рук.

    Благородный муж знает, что мир несовершенен, но не опускает рук.
14. «

    Личной честью нельзя поступаться никогда и ни по каким резонам.

    Личной честью нельзя поступаться никогда и ни по каким резонам.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
15. «

    Ты правда хочешь, Чтоб однажды пелена Упала с глаз?

    Ты правда хочешь, Чтоб однажды пелена Упала с глаз?
16. «

    Обычные люди мечутся между иллюзорным миром человеческих отношений и истинным миром своей души, постоянно предавая второй во имя первого.

    Обычные люди мечутся между иллюзорным миром человеческих отношений и истинным миром своей души, постоянно предавая второй во имя первого.

    — Тамба · книга
17. «

    По опыту знаю: чем больше вокруг бардака, тем спокойнее.

    По опыту знаю: чем больше вокруг бардака, тем спокойнее.
18. «

    Ах, если б всегда Ты внушал почтенье, Флаг родной страны!

    Ах, если б всегда Ты внушал почтенье, Флаг родной страны!
19. «

    О, да в этом омуте, кажется, черти водятся! Она ощутила внутри сладкое замирание и рассердилась на себя: не быбься, это тебе не романтическое приключение, нужно Васю спасать.

    О, да в этом омуте, кажется, черти водятся! Она ощутила внутри сладкое замирание и рассердилась на себя: не быбься, это тебе не романтическое приключение, нужно Васю спасать.
20. «

    «Крадущиеся» убивают, крадут, шпионят, но они не занимаются шантажом и вымогательством! Это противоречит их традициям и кодексу чести. Эраст Петрович и в самом деле забыл, что в Японии у всех и у каждого, даже у злодеев, непременно имеется какой-нибудь кодекс. В этом, пожалуй, было нечто умиротворяющее.

    «Крадущиеся» убивают, крадут, шпионят, но они не занимаются шантажом и вымогательством! Это противоречит их традициям и кодексу чести. Эраст Петрович и в самом деле забыл, что в Японии у всех и у каждого, даже у злодеев, непременно имеется какой-нибудь кодекс. В этом, пожалуй, было нечто умиротворяющее.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга