26 цитат из книги «Борис Акунин. Азазель» для размышлений

Ниже 26 цитат из книги «Борис Акунин. Азазель»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   ...людей оценивают не по их реальным достижениям, а по тому потенциалу, который был заложен в них природой. И тогда выяснится, что самый великий полководец всех времен — какой-нибудь безвестный портной, никогда не служивший в армии, а самый великий художник так и не взял в руки кисть, потому что всю жизнь проработал сапожником.

   ...людей оценивают не по их реальным достижениям, а по тому потенциалу, который был заложен в них природой. И тогда выяснится, что самый великий полководец всех времен — какой-нибудь безвестный портной, никогда не служивший в армии, а самый великий художник так и не взял в руки кисть, потому что всю жизнь проработал сапожником.
2. «

   Таланты, заложенные в женскую натуру, часто бывают такого свойства, что мораль современного общества не готова их должным образом воспринимать.

   Таланты, заложенные в женскую натуру, часто бывают такого свойства, что мораль современного общества не готова их должным образом воспринимать.
3. «

   ... Моя любовь... — материя хитрая. Я того, кто ниже меня, любить не могу, а тем, кто выше, завидую смертно.

   ... Моя любовь... — материя хитрая. Я того, кто ниже меня, любить не могу, а тем, кто выше, завидую смертно.
4. «

   — Это что такое? — как обычно, без перехода, спросил Иван Францевич, кладя на стол колоду игральных карт. — Карты, — удивился Фандорин. — Играете? — Совсем не играю. Папенька запрещал в руки брать, говорил, что он наигрался и за себя, и за меня, и за три поколения Фандориных вперед.

   — Это что такое? — как обычно, без перехода, спросил Иван Францевич, кладя на стол колоду игральных карт. — Карты, — удивился Фандорин. — Играете? — Совсем не играю. Папенька запрещал в руки брать, говорил, что он наигрался и за себя, и за меня, и за три поколения Фандориных вперед.

   — Эраст Петрович Фандорин · книга
5. «

   ... Жив обычно остаётся тот агент, кто стреляет первым и не один раз.

   ... Жив обычно остаётся тот агент, кто стреляет первым и не один раз.
6. «

   До какой же степени неверия и нигилизма дошла наша золотая молодежь, чтобы даже из собственной смерти устраивать буффонаду? Если таково отношение наших Брутов к собственной жизни, то стоит ли удивляться, что они ни в грош не ставят и жизнь других, куда более достойных людей?

   До какой же степени неверия и нигилизма дошла наша золотая молодежь, чтобы даже из собственной смерти устраивать буффонаду? Если таково отношение наших Брутов к собственной жизни, то стоит ли удивляться, что они ни в грош не ставят и жизнь других, куда более достойных людей?
7. «

   Надоели мне эти рожи. Народу много, а людей — нет.

   Надоели мне эти рожи. Народу много, а людей — нет.
8. «

   Не лезь на рожон — не будешь поражен.

   Не лезь на рожон — не будешь поражен.

   — Зуров Ипполит Александрович · книга
9. «

   Найти свой путь — самое главное в жизни любого человека. Я глубоко убеждена, что каждый человек неповторимо талантлив, в каждом заложен божественный дар. Трагедия человечества в том, что мы не умеем, да и не стремимся этот дар в ребенке обнаружить и выпестовать. Гений у нас — редкость и даже чудо, а ведь кто такой гений? Это просто человек, которому повезло. Его судьба сложилась так, что жизненные обстоятельства сами подтолкнули человека к правильному выбору пути. Классический пример — Моцарт. Он родился в семье музыканта и с раннего детства попал в среду, идеально питавшую заложенный в нем от природы талант. А теперь представьте себе, дорогой сэр, что Вольфганг Амадей родился бы в семье крестьянина. Из него получился бы скверный пастух, развлекающий коров волшебной игрой на дудочке. Родись он в семье солдафона — вырос бы бездарным офицериком, обожающим военные марши. О, поверьте мне, молодой человек, каждый, каждый без исключения ребенок таит в себе сокровище, только до этого сокровища надобно уметь докопаться!

   Найти свой путь — самое главное в жизни любого человека. Я глубоко убеждена, что каждый человек неповторимо талантлив, в каждом заложен божественный дар. Трагедия человечества в том, что мы не умеем, да и не стремимся этот дар в ребенке обнаружить и выпестовать. Гений у нас — редкость и даже чудо, а ведь кто такой гений? Это просто человек, которому повезло. Его судьба сложилась так, что жизненные обстоятельства сами подтолкнули человека к правильному выбору пути. Классический пример — Моцарт. Он родился в семье музыканта и с раннего детства попал в среду, идеально питавшую заложенный в нем от природы талант. А теперь представьте себе, дорогой сэр, что Вольфганг Амадей родился бы в семье крестьянина. Из него получился бы скверный пастух, развлекающий коров волшебной игрой на дудочке. Родись он в семье солдафона — вырос бы бездарным офицериком, обожающим военные марши. О, поверьте мне, молодой человек, каждый, каждый без исключения ребенок таит в себе сокровище, только до этого сокровища надобно уметь докопаться!

   — Мисс Эстер · книга
10. «

    Амалия, она ведь королева, ей шлейф нужен, из мужчин. Чем длиннее, тем лучше.

    Амалия, она ведь королева, ей шлейф нужен, из мужчин. Чем длиннее, тем лучше.

    — Зуров · книга
11. «

    Я свободен, а вам ещё жить и мучиться страхами.

    Я свободен, а вам ещё жить и мучиться страхами.
12. «

    — Ну, и сколько вам за меня Николай Степаныч предлагал? Я же знаю, что он вам нашептывал. — Тысячу рублей, — честно ответил Фандорин. — Предлагал и больше. Агатовые глаза Клеопатры недобро блеснули: — Ого, как ему не терпится. Вы что же, миллионщик? — Нет, я небогат, — скромно произнес Эраст Петрович. — Но торговать удачей почитаю низким.

    — Ну, и сколько вам за меня Николай Степаныч предлагал? Я же знаю, что он вам нашептывал. — Тысячу рублей, — честно ответил Фандорин. — Предлагал и больше. Агатовые глаза Клеопатры недобро блеснули: — Ого, как ему не терпится. Вы что же, миллионщик? — Нет, я небогат, — скромно произнес Эраст Петрович. — Но торговать удачей почитаю низким.

    — Эраст Петрович Фандорин · книга
13. «

    Сдавайте, Фандорин, сдавайте. Карта не лошадь, к утру повезёт.

    Сдавайте, Фандорин, сдавайте. Карта не лошадь, к утру повезёт.

    — Зуров · книга
14. «

    Записки, записки, сегодня я в риске.

    Записки, записки, сегодня я в риске.

    — Зуров Ипполит Александрович · книга
15. «

    Между тем Фандорин считал, что скользит по залу невидимой тенью, не обращая на себя ничьего внимания. Наскользил он пока, правда, немного.

    Между тем Фандорин считал, что скользит по залу невидимой тенью, не обращая на себя ничьего внимания. Наскользил он пока, правда, немного.
16. «

    Я в людях одну только смелость ценю, прочее все подделать можно.

    Я в людях одну только смелость ценю, прочее все подделать можно.

    — Амалия Казимировна Бежецкая · книга
17. «

    Полюбив, не отрекайтесь!

    Полюбив, не отрекайтесь!

    — А. Б. · книга
18. «

    И вот надо же было случиться, чтобы в самый день свадьбы Эрасту Петровичу попались на глаза жертвы проявленного им «самоотвержения, доблести и похвального усердия».

    И вот надо же было случиться, чтобы в самый день свадьбы Эрасту Петровичу попались на глаза жертвы проявленного им «самоотвержения, доблести и похвального усердия».

    — Эраст Фандорин · книга
19. «

    Видел, как ты с извозчиком договаривался, принял меры: взял в конюшне лошадку, копыта гостиничными полотенцами обмотал, чтоб не стучали. Это чеченцы так делают, когда в набег собираются. Ну, не в смысле, что гостиничными полотенцами, а в смысле, что каким-нибудь тряпьем, ты понял, да?

    Видел, как ты с извозчиком договаривался, принял меры: взял в конюшне лошадку, копыта гостиничными полотенцами обмотал, чтоб не стучали. Это чеченцы так делают, когда в набег собираются. Ну, не в смысле, что гостиничными полотенцами, а в смысле, что каким-нибудь тряпьем, ты понял, да?

    — Зуров · книга
20. «

    Лизанька погладила суженого по щеке, поцеловала сначала в лоб, потом в губы, потом в глаза, и суженый размяк, оттаял, снова сделался совершенно управляемым.

    Лизанька погладила суженого по щеке, поцеловала сначала в лоб, потом в губы, потом в глаза, и суженый размяк, оттаял, снова сделался совершенно управляемым.