24 лучших цитаты из книги «Борис Акунин. Пелагия и чёрный монах»

Собрали 24 цитаты из книги «Борис Акунин. Пелагия и чёрный монах» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Тут-то и стало ей всех жалко: и Новый Арарат, и мужчин, и женщин. Но мужчин все-таки больше, чем женщин, потому что последние без первых кое-как обходиться еще могут, а вот мужчины, если предоставить их самим себе, точно пропадут. Или озвереют и примутся безобразничать, или впадут в атакую вот безжизненную сухость. Еще не известно, что хуже.

   Тут-то и стало ей всех жалко: и Новый Арарат, и мужчин, и женщин. Но мужчин все-таки больше, чем женщин, потому что последние без первых кое-как обходиться еще могут, а вот мужчины, если предоставить их самим себе, точно пропадут. Или озвереют и примутся безобразничать, или впадут в атакую вот безжизненную сухость. Еще не известно, что хуже.
2. «

   Чтоб на земле жить, нужно силу иметь — такую силу, с которой можно всю тяжесть мира на себе принять и не согнуться.

   Чтоб на земле жить, нужно силу иметь — такую силу, с которой можно всю тяжесть мира на себе принять и не согнуться.

   — Лев Николаевич · книга
3. «

   У каждого из нас своя собственная норма. И долг индивида перед самим собой — подняться выше этой нормы. <...> Человек тем и ценен, тем и интересен, ... если угодно, тем и велик, что он может меняться к лучшему. Всегда. В любом возрасте, после любой ошибки, любого нравственного падения. В саму нашу психику заложен механизм самосовершенствования. Если этот механизм не использовать, он ржавеет, и тогда человек деградирует, опускается ниже собственной нормы.

   У каждого из нас своя собственная норма. И долг индивида перед самим собой — подняться выше этой нормы. <...> Человек тем и ценен, тем и интересен, ... если угодно, тем и велик, что он может меняться к лучшему. Всегда. В любом возрасте, после любой ошибки, любого нравственного падения. В саму нашу психику заложен механизм самосовершенствования. Если этот механизм не использовать, он ржавеет, и тогда человек деградирует, опускается ниже собственной нормы.

   — Донат Саввич Коровин · книга
4. «

   Начать с того, что Алёша был безбожник — да не из таких, знаете, агностиков, каких сейчас много развелось среди образованных людей, так что уж кого и не спросишь, чуть не каждый отвечает: «Допускаю существование Высшего Разума, но полностью за сие не поручусь», а самый что ни на есть отъявленный атеист.

   Начать с того, что Алёша был безбожник — да не из таких, знаете, агностиков, каких сейчас много развелось среди образованных людей, так что уж кого и не спросишь, чуть не каждый отвечает: «Допускаю существование Высшего Разума, но полностью за сие не поручусь», а самый что ни на есть отъявленный атеист.

   — Алексей Степанович Ленточкин · книга
5. «

   У каждого на поясе висела внушительная каучуковая палица — гуманнейшее, во всех отношениях отличное изобретение Нового Света: если какого буяна этакой штуковиной по башке стукнуть, мозгов не вышибет, а в задумчивость приведёт.

   У каждого на поясе висела внушительная каучуковая палица — гуманнейшее, во всех отношениях отличное изобретение Нового Света: если какого буяна этакой штуковиной по башке стукнуть, мозгов не вышибет, а в задумчивость приведёт.
6. «

   Одна святость только у скучных разумов бывает, а человеку мыслящему тяжкие искушения в испытание ниспылаются. Благ не тот, кто не искушается, а тот, кто преодалевает.

   Одна святость только у скучных разумов бывает, а человеку мыслящему тяжкие искушения в испытание ниспылаются. Благ не тот, кто не искушается, а тот, кто преодалевает.

   — Митрофаний · книга
7. «

   Сколько таких мимолетных встреч бывает в жизни. <...> То, что могло бы сбыться, да никогда не сбудется, заденет тебя шуршащим крылом по щеке, обдаст дурманом и пролетит себе дальше. И каждый день жизни мириад упущенных возможностей, несостоявшихся поворотов судьбы. Вздыхать из-за этого нечего, надобно ценить тот путь, которым идешь.

   Сколько таких мимолетных встреч бывает в жизни. <...> То, что могло бы сбыться, да никогда не сбудется, заденет тебя шуршащим крылом по щеке, обдаст дурманом и пролетит себе дальше. И каждый день жизни мириад упущенных возможностей, несостоявшихся поворотов судьбы. Вздыхать из-за этого нечего, надобно ценить тот путь, которым идешь.

   — Матвей Бенционович Бердичевский · книга
8. «

   Нипочём женщина в обморок не упадёт и истерики не устроит, если рядом мужчины нет, — сказала она. — Женские обмороки, истерики и плаксивость — это всё мужские выдумки.

   Нипочём женщина в обморок не упадёт и истерики не устроит, если рядом мужчины нет, — сказала она. — Женские обмороки, истерики и плаксивость — это всё мужские выдумки.

   — Пелагия · книга
9. «

   — Знаете, Феликс Станиславович, в жизни вдруг наступает миг, когда чувствуешь, что так более продолжаться не может, — откровенничала Наталья Генриховна. — Нужно остановиться, оглянуться вокруг, прислушиться к тишине и понять про себя что-то самое главное. Я потому и поехала одна — чтобы молчать и слушать. И ещё вымолить у господа прощение за все вольные и невольные погрешения. вы меня понимаете?

   — Знаете, Феликс Станиславович, в жизни вдруг наступает миг, когда чувствуешь, что так более продолжаться не может, — откровенничала Наталья Генриховна. — Нужно остановиться, оглянуться вокруг, прислушиться к тишине и понять про себя что-то самое главное. Я потому и поехала одна — чтобы молчать и слушать. И ещё вымолить у господа прощение за все вольные и невольные погрешения. вы меня понимаете?

   — Наталья Генриховна · книга
10. «

    Нет страшнее места, чем то, где раньше благость была, а потом прохудилась — будь то брошенная церковь, либо оскверненное кладбище, и уж тем более спасительный скит.

    Нет страшнее места, чем то, где раньше благость была, а потом прохудилась — будь то брошенная церковь, либо оскверненное кладбище, и уж тем более спасительный скит.

    — Алексей Степанович Ленточкин · книга
11. «

    Пусть видят, что есть люди — и многие, кому духовное дороже плотского.

    Пусть видят, что есть люди — и многие, кому духовное дороже плотского.
12. «

    Вера — это дар Божий, не всякому даётся, а очень умным он достаётся вдесятеро труднее.

    Вера — это дар Божий, не всякому даётся, а очень умным он достаётся вдесятеро труднее.

    — отец Митрофаний · книга
13. «

    Разбиватель сердец — это только звучит красиво, а хуже преступления на свете нет...

    Разбиватель сердец — это только звучит красиво, а хуже преступления на свете нет...

    — отец Израиль · книга
14. «

    В женщинах любовь жарче всего полыхает, когда они чувствуют в тебе начинающееся охлаждение это давно известно.

    В женщинах любовь жарче всего полыхает, когда они чувствуют в тебе начинающееся охлаждение это давно известно.

    — отец Израиль · книга
15. «

    Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

    Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

    — Пелагия · книга
16. «

    — Это в вас, владыко, мужская ограниченность говорит. Мужчины в своих суждениях чересчур полагаются на зрение в ущерб прочим пяти чувствам. — Четырём, — не преминул поправить Митрофаний. — Нет, владыко, пяти. Не всё, что есть на свете возможно уловить зрением, слухом, осязанием, обонянием и вкусом. Есть ещё одно чувство, не имеещее название, которое даровано нам для того, чтобы мы могли ощущать Божий мир, не только лишь телом, но и душой. И даже странно, что я, слабая умом черница, принужденнна вам это изъяснять. Не вы ли множество раз говорили об этом чувстве в проповедях, и в частных беседах?

    — Это в вас, владыко, мужская ограниченность говорит. Мужчины в своих суждениях чересчур полагаются на зрение в ущерб прочим пяти чувствам. — Четырём, — не преминул поправить Митрофаний. — Нет, владыко, пяти. Не всё, что есть на свете возможно уловить зрением, слухом, осязанием, обонянием и вкусом. Есть ещё одно чувство, не имеещее название, которое даровано нам для того, чтобы мы могли ощущать Божий мир, не только лишь телом, но и душой. И даже странно, что я, слабая умом черница, принужденнна вам это изъяснять. Не вы ли множество раз говорили об этом чувстве в проповедях, и в частных беседах?

    — Пелагия и Митрофаний · книга
17. «

    Есть такая редкая порода людей, которым вера совершенно ни к чему.

    Есть такая редкая порода людей, которым вера совершенно ни к чему.

    — Митрофаний · книга
18. «

    Как говорится, комментарии излишни.

    Как говорится, комментарии излишни.
19. «

    Лучшее средство от истерики — хорошая затрещина.

    Лучшее средство от истерики — хорошая затрещина.
20. «

    Никогда и ни в чём не сомневающийся мёртв душой.

    Никогда и ни в чём не сомневающийся мёртв душой.

    — Митрофаний · книга