29 коротких цитат из книги «Борис Акунин. Пелагия и чёрный монах»

Собрали 29 цитат из книги «Борис Акунин. Пелагия и чёрный монах» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Девичье любопытство — материал горючий.

   Девичье любопытство — материал горючий.

   — отец Израиль · книга
2. «

   Сытому в Бонапарты труднее вскарабкаться, чем голодному, ибо наполненный желудок располагает не к юркости, но к философствованию и мирной дреме.

   Сытому в Бонапарты труднее вскарабкаться, чем голодному, ибо наполненный желудок располагает не к юркости, но к философствованию и мирной дреме.

   — Алексей Степанович Ленточкин · книга
3. «

   Экклесиаст сказал: «Кривое не может сделаться прямым и чего нет, того нельзя сосчитать». А между тем, основоположник научного прогресса Галилей полагал иначе. Он сформулировал главный догмат учёного так: «Измерить всё, что поддаётся измерению, а что не поддаётся — сделать измеряемым».

   Экклесиаст сказал: «Кривое не может сделаться прямым и чего нет, того нельзя сосчитать». А между тем, основоположник научного прогресса Галилей полагал иначе. Он сформулировал главный догмат учёного так: «Измерить всё, что поддаётся измерению, а что не поддаётся — сделать измеряемым».
4. «

   Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

   Чем сложнее и запущеннее положение, тем проще из него выход.

   — Пелагия · книга
5. «

   Никогда и ни в чём не сомневающийся мёртв душой.

   Никогда и ни в чём не сомневающийся мёртв душой.

   — Митрофаний · книга
6. «

   У каждого на поясе висела внушительная каучуковая палица — гуманнейшее, во всех отношениях отличное изобретение Нового Света: если какого буяна этакой штуковиной по башке стукнуть, мозгов не вышибет, а в задумчивость приведёт.

   У каждого на поясе висела внушительная каучуковая палица — гуманнейшее, во всех отношениях отличное изобретение Нового Света: если какого буяна этакой штуковиной по башке стукнуть, мозгов не вышибет, а в задумчивость приведёт.
7. «

   У каждого из нас своя собственная норма. И долг индивида перед самим собой — подняться выше этой нормы. <...> Человек тем и ценен, тем и интересен, ... если угодно, тем и велик, что он может меняться к лучшему. Всегда. В любом возрасте, после любой ошибки, любого нравственного падения. В саму нашу психику заложен механизм самосовершенствования. Если этот механизм не использовать, он ржавеет, и тогда человек деградирует, опускается ниже собственной нормы.

   У каждого из нас своя собственная норма. И долг индивида перед самим собой — подняться выше этой нормы. <...> Человек тем и ценен, тем и интересен, ... если угодно, тем и велик, что он может меняться к лучшему. Всегда. В любом возрасте, после любой ошибки, любого нравственного падения. В саму нашу психику заложен механизм самосовершенствования. Если этот механизм не использовать, он ржавеет, и тогда человек деградирует, опускается ниже собственной нормы.

   — Донат Саввич Коровин · книга
8. «

   — Это в вас, владыко, мужская ограниченность говорит. Мужчины в своих суждениях чересчур полагаются на зрение в ущерб прочим пяти чувствам. — Четырём, — не преминул поправить Митрофаний. — Нет, владыко, пяти. Не всё, что есть на свете возможно уловить зрением, слухом, осязанием, обонянием и вкусом. Есть ещё одно чувство, не имеещее название, которое даровано нам для того, чтобы мы могли ощущать Божий мир, не только лишь телом, но и душой. И даже странно, что я, слабая умом черница, принужденнна вам это изъяснять. Не вы ли множество раз говорили об этом чувстве в проповедях, и в частных беседах?

   — Это в вас, владыко, мужская ограниченность говорит. Мужчины в своих суждениях чересчур полагаются на зрение в ущерб прочим пяти чувствам. — Четырём, — не преминул поправить Митрофаний. — Нет, владыко, пяти. Не всё, что есть на свете возможно уловить зрением, слухом, осязанием, обонянием и вкусом. Есть ещё одно чувство, не имеещее название, которое даровано нам для того, чтобы мы могли ощущать Божий мир, не только лишь телом, но и душой. И даже странно, что я, слабая умом черница, принужденнна вам это изъяснять. Не вы ли множество раз говорили об этом чувстве в проповедях, и в частных беседах?

   — Пелагия и Митрофаний · книга
9. «

   Любопытство и тяга к таинственному в людях сильней благоразумия и страха.

   Любопытство и тяга к таинственному в людях сильней благоразумия и страха.
10. «

    Как говорится, комментарии излишни.

    Как говорится, комментарии излишни.
11. «

    Начать с того, что Алёша был безбожник — да не из таких, знаете, агностиков, каких сейчас много развелось среди образованных людей, так что уж кого и не спросишь, чуть не каждый отвечает: «Допускаю существование Высшего Разума, но полностью за сие не поручусь», а самый что ни на есть отъявленный атеист.

    Начать с того, что Алёша был безбожник — да не из таких, знаете, агностиков, каких сейчас много развелось среди образованных людей, так что уж кого и не спросишь, чуть не каждый отвечает: «Допускаю существование Высшего Разума, но полностью за сие не поручусь», а самый что ни на есть отъявленный атеист.

    — Алексей Степанович Ленточкин · книга
12. «

    Подвести мужчину к теме, которая его больше всего занимает, и потом правильно слушать. Только и всего, но сколько мужских сердец завоевывается при помощи этой нехитрой методы! Сколько дурнушек и бесприданниц находят себе таких женихов, что все вокруг тольку диву даются — как это им только подвалило эдакое не заслуженное счастье. А так и подвалило: умейте слушать.

    Подвести мужчину к теме, которая его больше всего занимает, и потом правильно слушать. Только и всего, но сколько мужских сердец завоевывается при помощи этой нехитрой методы! Сколько дурнушек и бесприданниц находят себе таких женихов, что все вокруг тольку диву даются — как это им только подвалило эдакое не заслуженное счастье. А так и подвалило: умейте слушать.
13. «

    Разбиватель сердец — это только звучит красиво, а хуже преступления на свете нет...

    Разбиватель сердец — это только звучит красиво, а хуже преступления на свете нет...

    — отец Израиль · книга
14. «

    — Сейчас так много слабых мужчин, ваш пол вырождается. Скоро лет через сто, двести, мужчины станут не отличимы от женщин.

    — Сейчас так много слабых мужчин, ваш пол вырождается. Скоро лет через сто, двести, мужчины станут не отличимы от женщин.

    — Лидия Савельевна · книга
15. «

    Чтоб на земле жить, нужно силу иметь — такую силу, с которой можно всю тяжесть мира на себе принять и не согнуться.

    Чтоб на земле жить, нужно силу иметь — такую силу, с которой можно всю тяжесть мира на себе принять и не согнуться.

    — Лев Николаевич · книга
16. «

    Худшее из злодейств — даже не погубить живую душу, а душу умершую к жизни воскресить и потом снова, уже окончательно, уничтожить.

    Худшее из злодейств — даже не погубить живую душу, а душу умершую к жизни воскресить и потом снова, уже окончательно, уничтожить.

    — отец Израиль · книга
17. «

    Есть такая редкая порода людей, которым вера совершенно ни к чему.

    Есть такая редкая порода людей, которым вера совершенно ни к чему.

    — Митрофаний · книга
18. «

    Ежели Богу угодно, то непременно сбудется, а если Богу не угодно, то и мне не надобно.

    Ежели Богу угодно, то непременно сбудется, а если Богу не угодно, то и мне не надобно.

    — Митрофаний · книга
19. «

    Оробевшая женщина — всё равно, что дрогнувший под карчетью неприятель.

    Оробевшая женщина — всё равно, что дрогнувший под карчетью неприятель.

    — Лагранж · книга
20. «

    Пусть видят, что есть люди — и многие, кому духовное дороже плотского.

    Пусть видят, что есть люди — и многие, кому духовное дороже плотского.