14 цитат из книги «Брет Истон Эллис. Американский психопат» — коротко и по делу

Собрали 14 цитат из книги «Брет Истон Эллис. Американский психопат» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ну как ей дать понять, что я ни в чем не могу разочароваться, поскольку нет ничего такого, чего бы я ожидал?

   Ну как ей дать понять, что я ни в чем не могу разочароваться, поскольку нет ничего такого, чего бы я ожидал?
2. «

   Мне кажется, много снежинок одинаковых… и много одинаковых людей.

   Мне кажется, много снежинок одинаковых… и много одинаковых людей.
3. «

   Пока Чарльз рассчитывается с продавщицей, я играю с девочкой, сидящей на руках у Нэнси: протягиваю ей мою платиновую карточку American Express, она пытается её схватить, а я качаю головой и говорю с ней тоненьким детским голосом, держа ее за подбородок и помахивая карточкой у нее перед лицом:

   Пока Чарльз рассчитывается с продавщицей, я играю с девочкой, сидящей на руках у Нэнси: протягиваю ей мою платиновую карточку American Express, она пытается её схватить, а я качаю головой и говорю с ней тоненьким детским голосом, держа ее за подбородок и помахивая карточкой у нее перед лицом:
4. «

   Слушайте, а вы знаете, что пещерные люди были покрепче нас в смысле характера?

   Слушайте, а вы знаете, что пещерные люди были покрепче нас в смысле характера?
5. «

   Я иду по Бродвею в направлении от центра, останавливаюсь у банкомата и зачем-то снимаю еще сотню долларов, и сразу же чувствую себя лучше от того, что у меня в бумажнике лежит круглая сумма в пятьсот долларов.

   Я иду по Бродвею в направлении от центра, останавливаюсь у банкомата и зачем-то снимаю еще сотню долларов, и сразу же чувствую себя лучше от того, что у меня в бумажнике лежит круглая сумма в пятьсот долларов.
6. «

   — Прошлое – не реальность. Это всего лишь сон, — говорю я. — Не говори о прошлом.

   — Прошлое – не реальность. Это всего лишь сон, — говорю я. — Не говори о прошлом.
7. «

   ... а потом кто-то спрашивает, ни с того, ни с сего: “Но почему?”, — и хотя я очень горжусь тем, что мне удается сохранять хладнокровие, и не дергаться, и соответствовать тому, что окружающие думают обо мне, я слышу вопрос и машинально его осмысливаю: “Почему?” – и машинально же отвечаю, от фонаря, безо всякой причины, я открываю рот, и слова текут сами собой, такой вот итог для идиотов:

   ... а потом кто-то спрашивает, ни с того, ни с сего: “Но почему?”, — и хотя я очень горжусь тем, что мне удается сохранять хладнокровие, и не дергаться, и соответствовать тому, что окружающие думают обо мне, я слышу вопрос и машинально его осмысливаю: “Почему?” – и машинально же отвечаю, от фонаря, безо всякой причины, я открываю рот, и слова текут сами собой, такой вот итог для идиотов:
8. «

   — Я находчив, – говорит Прайс. – Я личность творческая. Я молод, беспринципен, высоко мотивирован и хорошо образован. В сущности, я утверждаю, что общество не может позволить себе потерять меня. Я – его актив.

   — Я находчив, – говорит Прайс. – Я личность творческая. Я молод, беспринципен, высоко мотивирован и хорошо образован. В сущности, я утверждаю, что общество не может позволить себе потерять меня. Я – его актив.
9. «

   Запах крови и мяса пропитал квартиру так, что я больше его не чувствую. Но позже моя дикая радость проходит и я плачу, оплакиваю себя, не в состоянии найти утешение ни в чем, всхлипывая, бормочу “Я лишь хочу, чтобы меня любили”, проклинаю мир и все, чему меня учили: принципы, различия, выбор, мораль, компромиссы, знание, сообщество, молитвы – все это было неправильно, не имело никакой цели. В конце концов, все свелось к одному: смириться или умереть.

   Запах крови и мяса пропитал квартиру так, что я больше его не чувствую. Но позже моя дикая радость проходит и я плачу, оплакиваю себя, не в состоянии найти утешение ни в чем, всхлипывая, бормочу “Я лишь хочу, чтобы меня любили”, проклинаю мир и все, чему меня учили: принципы, различия, выбор, мораль, компромиссы, знание, сообщество, молитвы – все это было неправильно, не имело никакой цели. В конце концов, все свелось к одному: смириться или умереть.
10. «

    Нет, на самом деле у меня никого нет. Я хочу сказать, что значит есть? Когда у тебя что-то есть, значит, это твоё, правильно? А разве другой человек может быть твоим? Такое вообще бывает?

    Нет, на самом деле у меня никого нет. Я хочу сказать, что значит есть? Когда у тебя что-то есть, значит, это твоё, правильно? А разве другой человек может быть твоим? Такое вообще бывает?

    — Патрик Бэйтмэн · книга
11. «

    — Это типа хайку, понимаешь? — говорю я. — Давай. Прочитай его вслух.

    — Это типа хайку, понимаешь? — говорю я. — Давай. Прочитай его вслух.
12. «

    — У меня из головы не выходит плакат, который я видел на станции метро той ночью, когда убил двоих чернокожих ребят, — фотография теленка, он смотрит в камеру, глаза расширенные, он напуган вспышкой, его туловище словно в каком-то ящике, а ниже большими черными буквами написано: “Вопрос: Почему Этот Теленок Не Может Ходить?” И потом “Ответ: Потому Что У Него Всего Две Ноги”. А потом я увидел еще один плакат, то же самое фото, тот же самый теленок, но под ним стояло: “Воздержитесь От Публикаций”. — Я замолкаю, не выпуская из рук хлебную палочку, потом спрашиваю:

    — У меня из головы не выходит плакат, который я видел на станции метро той ночью, когда убил двоих чернокожих ребят, — фотография теленка, он смотрит в камеру, глаза расширенные, он напуган вспышкой, его туловище словно в каком-то ящике, а ниже большими черными буквами написано: “Вопрос: Почему Этот Теленок Не Может Ходить?” И потом “Ответ: Потому Что У Него Всего Две Ноги”. А потом я увидел еще один плакат, то же самое фото, тот же самый теленок, но под ним стояло: “Воздержитесь От Публикаций”. — Я замолкаю, не выпуская из рук хлебную палочку, потом спрашиваю:
13. «

    Нечто весьма быстро превращается в ничто.

    Нечто весьма быстро превращается в ничто.
14. «

    Во мне не было ясных эмоций, только алчность и, кажется, безграничное отвращение. Я обладал всеми свойствами человеческого существа – плотью, кровью, кожей, волосами, — но разрушение моей личности зашло так далеко, что способность к обычному состраданию исчезла, — я намеренно медленно уничтожил ее. Я был просто подделкой, грубой копией человеческого существа, функционировал лишь слабый кусочек моего мозга. Происходило что-то ужасное, но я не мог понять, что именно и почему происходит.

    Во мне не было ясных эмоций, только алчность и, кажется, безграничное отвращение. Я обладал всеми свойствами человеческого существа – плотью, кровью, кожей, волосами, — но разрушение моей личности зашло так далеко, что способность к обычному состраданию исчезла, — я намеренно медленно уничтожил ее. Я был просто подделкой, грубой копией человеческого существа, функционировал лишь слабый кусочек моего мозга. Происходило что-то ужасное, но я не мог понять, что именно и почему происходит.