11 цитат из книги «Чарльз Буковски. История обыкновенного безумия» на каждый день

11 цитат из книги «Чарльз Буковски. История обыкновенного безумия» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Можно оказаться на самом дне, после чего наверняка отыщется новое.

   Можно оказаться на самом дне, после чего наверняка отыщется новое.
2. «

   Плохая литература — как плохая баба: с ней почти ничего нельзя поделать.

   Плохая литература — как плохая баба: с ней почти ничего нельзя поделать.
3. «

   Спасение мира начинается со спасения одного-единственного человека; все остальное — претенциозный романтизм и политиканство.

   Спасение мира начинается со спасения одного-единственного человека; все остальное — претенциозный романтизм и политиканство.
4. «

   Вся беда интеллектуалов и писателей в том, что они ни черта не чувствуют, кроме собственного комфорта или собственной боли. Что в общем-то, нормально, но грустно.

   Вся беда интеллектуалов и писателей в том, что они ни черта не чувствуют, кроме собственного комфорта или собственной боли. Что в общем-то, нормально, но грустно.
5. «

   — Сынок, почему люди хотят ударить нас своими машинами? — Это потому, что они несчастливы, мама, а несчастным людям нравится портить вещи.

   — Сынок, почему люди хотят ударить нас своими машинами? — Это потому, что они несчастливы, мама, а несчастным людям нравится портить вещи.

   — Лала · книга
6. «

   Во время отсоса все мучения мужика отсасываются из его башки.

   Во время отсоса все мучения мужика отсасываются из его башки.
7. «

   Я улегся поудобнее, взял «Войну и мир» Толстого, раскрыл на середине и принялся читать. Ничего не изменилось. Книжонка так и осталась премерзкой.

   Я улегся поудобнее, взял «Войну и мир» Толстого, раскрыл на середине и принялся читать. Ничего не изменилось. Книжонка так и осталась премерзкой.
8. «

   Буковски плакал в дешевых ночлежках, Буковски не умеет одеваться, Буковски не умеет разговаривать, Буковски боится женщин, у Буковски слабый желудок... Буковски не воевал. Буковски стар и уже сорок пять лет не запускал бумажного змея; будь Буковски обезьяной, его бы взашей выгнали из племени... Зато Буковски очень аккуратно блюет и при мне никогда не ссал на пол. Как видите, я все-таки наделен некоторым шармом.

   Буковски плакал в дешевых ночлежках, Буковски не умеет одеваться, Буковски не умеет разговаривать, Буковски боится женщин, у Буковски слабый желудок... Буковски не воевал. Буковски стар и уже сорок пять лет не запускал бумажного змея; будь Буковски обезьяной, его бы взашей выгнали из племени... Зато Буковски очень аккуратно блюет и при мне никогда не ссал на пол. Как видите, я все-таки наделен некоторым шармом.
9. «

   Она была приятней декабрьского загара, красивей шестерки белых коней, скачущих по низкому зеленеющему холму. Такие мысли пришли ему в голову. Они начали причинять ему боль. Он поспешно улизнул. Но дверь закрыл очень тихо.

   Она была приятней декабрьского загара, красивей шестерки белых коней, скачущих по низкому зеленеющему холму. Такие мысли пришли ему в голову. Они начали причинять ему боль. Он поспешно улизнул. Но дверь закрыл очень тихо.

   — Дюк · книга
10. «

    — Справедливость? Нет в Америке справедливости. Существует только одна справедливость. Спроси семью Кеннеди, спроси мертвых, да любого спроси! Дюк встал с кресла качалки...и достал пушку сорок пятого калибра. — Вот она. Это и есть единственная справедливость в Америке. Это единственное, что понятно любому.

    — Справедливость? Нет в Америке справедливости. Существует только одна справедливость. Спроси семью Кеннеди, спроси мертвых, да любого спроси! Дюк встал с кресла качалки...и достал пушку сорок пятого калибра. — Вот она. Это и есть единственная справедливость в Америке. Это единственное, что понятно любому.

    — Дюк · книга
11. «

    Христианские церемонии бракосочетания были мне хорошо знакомы по собственному печальному опыту. А дзен-буддистская церемония очень напоминала христианскую с небольшим добавлением бреда сивой кобылы.

    Христианские церемонии бракосочетания были мне хорошо знакомы по собственному печальному опыту. А дзен-буддистская церемония очень напоминала христианскую с небольшим добавлением бреда сивой кобылы.