41 цитата из книги «Дафна дю Морье. Ребекка» — от иронии до философии

41 цитата из книги «Дафна дю Морье. Ребекка» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Он ревновал ее, пока она была жива, и все еще ревнует, когда ее давно нет на свете.

   Он ревновал ее, пока она была жива, и все еще ревнует, когда ее давно нет на свете.

   — миссис Денверс · книга
2. «

   Счастье — не приз, который получаешь в награду, это свойство мышления, состояние души.

   Счастье — не приз, который получаешь в награду, это свойство мышления, состояние души.
3. «

   Я инстинктивно чувствовала, что она сравнивает меня с Ребеккой. И это ощущение разъединяло нас, как лезвие ножа.

   Я инстинктивно чувствовала, что она сравнивает меня с Ребеккой. И это ощущение разъединяло нас, как лезвие ножа.
4. «

   С меня хватит мелодрам в этой жизни, и я охотно отдала бы свои пять чувств, если бы это помогло сохранить теперешние покой и защищенность.

   С меня хватит мелодрам в этой жизни, и я охотно отдала бы свои пять чувств, если бы это помогло сохранить теперешние покой и защищенность.

   — миссис де Уинтер · книга
5. «

   Ах, если бы кто-нибудь придумал, как сохранить воспоминания, запереть их во флакон, как духи. Чтобы они никогда не выдохлись. Никогда не потускнели. А когда тебе захочется, вынешь пробку — и заново переживешь тот миг.

   Ах, если бы кто-нибудь придумал, как сохранить воспоминания, запереть их во флакон, как духи. Чтобы они никогда не выдохлись. Никогда не потускнели. А когда тебе захочется, вынешь пробку — и заново переживешь тот миг.
6. «

   В пустом доме может быть так же одиноко, как и в переполненном отеле.

   В пустом доме может быть так же одиноко, как и в переполненном отеле.

   — миссис де Уинтер · книга
7. «

   Не позволяйте мне задерживать вас. Ведь мода сейчас так быстро меняется, что она может стать другой, пока вы поднимаетесь по лестнице.

   Не позволяйте мне задерживать вас. Ведь мода сейчас так быстро меняется, что она может стать другой, пока вы поднимаетесь по лестнице.

   — Максим де Уинтер · книга
8. «

   Я готова давать клятвы, присягать, богохульствовать и молиться. Ребекка не выиграла, Ребекка проиграла.

   Я готова давать клятвы, присягать, богохульствовать и молиться. Ребекка не выиграла, Ребекка проиграла.

   — миссис де Уинтер · книга
9. «

   Я думаю только о тебе, — сказал он. — Больше я ни о чём не сожалею. Если бы я мог вернуться назад, я бы снова сделал то же. Я рад, что я убил Ребекку. Меня никогда не будут мучить угрызения совести из-за неё. Никогда. Но ты... Я не могу забыть, что я сделал тебе. Я глядел на тебя весь ленч, я не мог думать ни о чём другом. Оно исчезло навсегда, это забавное, юное, потерянное выражение, которое я так любил. Я убил его, когда я рассказал тебе о Ребекке. Исчезло навсегда. Ты повзрослела за одни сутки...

   Я думаю только о тебе, — сказал он. — Больше я ни о чём не сожалею. Если бы я мог вернуться назад, я бы снова сделал то же. Я рад, что я убил Ребекку. Меня никогда не будут мучить угрызения совести из-за неё. Никогда. Но ты... Я не могу забыть, что я сделал тебе. Я глядел на тебя весь ленч, я не мог думать ни о чём другом. Оно исчезло навсегда, это забавное, юное, потерянное выражение, которое я так любил. Я убил его, когда я рассказал тебе о Ребекке. Исчезло навсегда. Ты повзрослела за одни сутки...

   — Максим де Уинтер · книга
10. «

    Прошлое не может испортить нам жизнь, если мы останемся вместе.

    Прошлое не может испортить нам жизнь, если мы останемся вместе.

    — Максим де Уинтер · книга
11. «

    Частичка нашей души, частичка прожитой жизни остается там, где мы были и куда уже никогда не вернемся.

    Частичка нашей души, частичка прожитой жизни остается там, где мы были и куда уже никогда не вернемся.
12. «

    Все мужья красивых женщин ревнивы, верно? И некоторые из них не могут удержаться, чтобы не изобразить из себя Отелло. Так уж они устроены. Я их не виню. Я их жалею. Я, знаете, социалист в своем роде, мне непонятно почему мужчины не могут делиться своими женщинами, вместо того чтобы их убивать. Не все ли равно? Свое удовольствие так и так получишь. Красивая женщина — это вам не автомобильная шина, она не сносится. Чем больше она в ходу, тем мягче катится.

    Все мужья красивых женщин ревнивы, верно? И некоторые из них не могут удержаться, чтобы не изобразить из себя Отелло. Так уж они устроены. Я их не виню. Я их жалею. Я, знаете, социалист в своем роде, мне непонятно почему мужчины не могут делиться своими женщинами, вместо того чтобы их убивать. Не все ли равно? Свое удовольствие так и так получишь. Красивая женщина — это вам не автомобильная шина, она не сносится. Чем больше она в ходу, тем мягче катится.
13. «

    Я тоже должна называть его Максимом. Максом называла его только она, и только она имела на это право.

    Я тоже должна называть его Максимом. Максом называла его только она, и только она имела на это право.
14. «

    Она все еще хозяйка в доме, а вы — бледная тень, которой следовало бы лежать на кладбище вместо нее.

    Она все еще хозяйка в доме, а вы — бледная тень, которой следовало бы лежать на кладбище вместо нее.

    — миссис Денверс · книга
15. «

    В романах, описывающих страдания героини, обычно говорят, что «слезы украшали ее». Я взглянула в зеркальце. Со мной случилось как раз наоборот: красные глаза, распухший нос, в своей убогой одежде я выглядела еще хуже, чем обычно.

    В романах, описывающих страдания героини, обычно говорят, что «слезы украшали ее». Я взглянула в зеркальце. Со мной случилось как раз наоборот: красные глаза, распухший нос, в своей убогой одежде я выглядела еще хуже, чем обычно.
16. «

    Я не могла бороться с мертвой Ребеккой. Она была сильнее меня. Если бы Максим любил какую-нибудь живую женщину, ездил бы к ней в гости или обедать, иногда оставался бы у нее ночевать, я могла бы бороться. Эта женщина могла состариться, надоесть ему, стать безразличной, и тогда моя победа была бы полной. Но с мертвой Ребеккой я бороться не могла. Она продолжала оставаться молодой, прекрасной и обаятельной, и это было непоправимо.

    Я не могла бороться с мертвой Ребеккой. Она была сильнее меня. Если бы Максим любил какую-нибудь живую женщину, ездил бы к ней в гости или обедать, иногда оставался бы у нее ночевать, я могла бы бороться. Эта женщина могла состариться, надоесть ему, стать безразличной, и тогда моя победа была бы полной. Но с мертвой Ребеккой я бороться не могла. Она продолжала оставаться молодой, прекрасной и обаятельной, и это было непоправимо.

    — миссис де Уинтер · книга
17. «

    Взрослый человек лжёт без угрызений совести, не теряя спокойствия и весёлости, но в юности даже пустяковый обман жжёт язык, и ты пригвождаешь себя к позорному столбу.

    Взрослый человек лжёт без угрызений совести, не теряя спокойствия и весёлости, но в юности даже пустяковый обман жжёт язык, и ты пригвождаешь себя к позорному столбу.
18. «

    Никто и никогда не мог с ней справиться на земле. А вот море настигло ее и погубило, оно оказалось сильнее нее.

    Никто и никогда не мог с ней справиться на земле. А вот море настигло ее и погубило, оно оказалось сильнее нее.

    — миссис Денверс · книга
19. «

    То, что он сказал мне, разбило все мои мысли и представления вдребезги, и я лишь думала о том, как начать собирать осколки.

    То, что он сказал мне, разбило все мои мысли и представления вдребезги, и я лишь думала о том, как начать собирать осколки.

    — миссис де Уинтер · книга
20. «

    Мы беседовали за столиком, он пил кофе, ел тосты и апельсин. Он говорил только о женитьбе, а о любви ни слова. С Ребеккой он говорил, вероятно, не так... Но об этом я не должна думать. Об этом надо навсегда забыть...

    Мы беседовали за столиком, он пил кофе, ел тосты и апельсин. Он говорил только о женитьбе, а о любви ни слова. С Ребеккой он говорил, вероятно, не так... Но об этом я не должна думать. Об этом надо навсегда забыть...