«Даниэль Глаттауэр. Лучшее средство от северного ветра»: 21 цитата

21 цитата из книги «Даниэль Глаттауэр. Лучшее средство от северного ветра» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я много думаю о Вас — утром, в обед, вечером, ночью и даже на стыке указанных отрезков времени, т. е. непосредственно в конце одного и в начале другого.

   Я много думаю о Вас — утром, в обед, вечером, ночью и даже на стыке указанных отрезков времени, т. е. непосредственно в конце одного и в начале другого.

   — Эмми Ротнер · книга
2. «

   В реальной жизни, если хочешь чего-нибудь достичь, если не хочешь сбиться с дыхания, приходится постоянно идти на компромиссы со своими собственными чувствами: ТУТ мне надо сдержать свои эмоции! С ЭТИМ надо смириться! На ЭТО надо закрыть глаза! Постоянно приходится приспосабливать свои чувства к окружающей обстановке, щадить тех, кого любишь, ежедневно разыгрывать сотни эпизодических ролей на подмостках обыденности, быть канатоходцем, постоянно что-то уравновешивать, взвешивать, чтобы не разрушить общую конструкцию, потому что ты сам — часть этой конструкции.

   В реальной жизни, если хочешь чего-нибудь достичь, если не хочешь сбиться с дыхания, приходится постоянно идти на компромиссы со своими собственными чувствами: ТУТ мне надо сдержать свои эмоции! С ЭТИМ надо смириться! На ЭТО надо закрыть глаза! Постоянно приходится приспосабливать свои чувства к окружающей обстановке, щадить тех, кого любишь, ежедневно разыгрывать сотни эпизодических ролей на подмостках обыденности, быть канатоходцем, постоянно что-то уравновешивать, взвешивать, чтобы не разрушить общую конструкцию, потому что ты сам — часть этой конструкции.

   — Эмми Ротнер · книга
3. «

   Я пишу Вам только для того, чтобы Вы не подумали, что я Вам больше не пишу.

   Я пишу Вам только для того, чтобы Вы не подумали, что я Вам больше не пишу.

   — Лео Лайке · книга
4. «

   Если не получается ни с ней, ни без неё, значит, остаётся только одно: вместо неё!

   Если не получается ни с ней, ни без неё, значит, остаётся только одно: вместо неё!

   — Эмми Ротнер · книга
5. «

   Мой цинизм – это скорее спорт и игра, чем злость и жажда мести.

   Мой цинизм – это скорее спорт и игра, чем злость и жажда мести.

   — Эмми Ротнер · книга
6. «

   Я для Вас как секс по телефону, только без секса и без телефона.

   Я для Вас как секс по телефону, только без секса и без телефона.

   — Эмми Ротнер · книга
7. «

   Напряжение — не недостаток совершенства, а постоянное стремление к нему и то и дело возобновляемые попытки удержаться за него.

   Напряжение — не недостаток совершенства, а постоянное стремление к нему и то и дело возобновляемые попытки удержаться за него.

   — Эмми Ротнер · книга
8. «

   Вы не обратили внимания на то, что мы абсолютно ничего не знаем друг о друге? Мы создаем в своем воображении некие виртуальные образы, составляем некие иллюзионистские фотороботы друг друга. Задаем вопросы, вся прелесть которых состоит в том, чтобы они оставались без ответа. Мы превратили это в своего рода спорт – пробудить любопытство собеседника и разжигать его все сильнее, оставляя без удовлетворения. Мы пытаемся читать между строк, между слов и скоро уже, наверное, начнем читать между букв. Мы судорожно пытаемся как можно точнее оценить друг друга. И в то же время мы являем чудеса виртуозности в решении другой задачи – не выдать ни одной своей существенной черты. Да что там «существенной черты» – ничего вообще. Мы еще ничего не рассказали друг другу о своей жизни, не открыли ни единой детали наших будней, ничего, что могло бы быть интересно другому.

   Вы не обратили внимания на то, что мы абсолютно ничего не знаем друг о друге? Мы создаем в своем воображении некие виртуальные образы, составляем некие иллюзионистские фотороботы друг друга. Задаем вопросы, вся прелесть которых состоит в том, чтобы они оставались без ответа. Мы превратили это в своего рода спорт – пробудить любопытство собеседника и разжигать его все сильнее, оставляя без удовлетворения. Мы пытаемся читать между строк, между слов и скоро уже, наверное, начнем читать между букв. Мы судорожно пытаемся как можно точнее оценить друг друга. И в то же время мы являем чудеса виртуозности в решении другой задачи – не выдать ни одной своей существенной черты. Да что там «существенной черты» – ничего вообще. Мы еще ничего не рассказали друг другу о своей жизни, не открыли ни единой детали наших будней, ничего, что могло бы быть интересно другому.

   — Лео Лайке · книга
9. «

   Через пять лет настоящего, лишенного будущего, я наконец нашел дорогу в наше с ней прошлое.

   Через пять лет настоящего, лишенного будущего, я наконец нашел дорогу в наше с ней прошлое.

   — Лео Лайке · книга
10. «

    Желаю Вам весёлого праздника и надеюсь, что наступающий год войдёт в сотню лучших лет, которые Вам ещё предстоит прожить.

    Желаю Вам весёлого праздника и надеюсь, что наступающий год войдёт в сотню лучших лет, которые Вам ещё предстоит прожить.
11. «

    Я необычным образом – письменно – влюбилась в Вас...

    Я необычным образом – письменно – влюбилась в Вас...
12. «

    Я должен удалить Вас из своего сознания. Вы не должны быть моей первой и последней мыслью каждого дня до конца моей жизни. Это ненормально. Вы «заняты», у Вас есть семья, обязанности, проблемы, ответственность за Ваших близких. Вы очень привязаны к ним, это Ваш мир, в котором Вы счастливы, — Вы не раз давали мне это понять.

    Я должен удалить Вас из своего сознания. Вы не должны быть моей первой и последней мыслью каждого дня до конца моей жизни. Это ненормально. Вы «заняты», у Вас есть семья, обязанности, проблемы, ответственность за Ваших близких. Вы очень привязаны к ним, это Ваш мир, в котором Вы счастливы, — Вы не раз давали мне это понять.

    — Лео Лайке · книга
13. «

    Спать можно только друг с другом, а не вдвоем против кого-то третьего.

    Спать можно только друг с другом, а не вдвоем против кого-то третьего.

    — Лео Лайке · книга
14. «

    Секс в своем высшем проявлении — абсолютная свобода от каких бы то ни было обязательств.

    Секс в своем высшем проявлении — абсолютная свобода от каких бы то ни было обязательств.
15. «

    Музыка — это жизнь. Пока она звучит, ничто не умирает навсегда.

    Музыка — это жизнь. Пока она звучит, ничто не умирает навсегда.

    — Бернард Ротнер · книга
16. «

    Вам не хватает, вероятно, всего-навсего маленького воображаемого внебрачного приключения, немного косметики для Вашей слегка потускневшей эмоциональной повседневности.

    Вам не хватает, вероятно, всего-навсего маленького воображаемого внебрачного приключения, немного косметики для Вашей слегка потускневшей эмоциональной повседневности.

    — Лео Лайке · книга
17. «

    Удивительно, как много не сказано, хотя мы постоянно говорим.

    Удивительно, как много не сказано, хотя мы постоянно говорим.

    — Эмми Ротнер · книга
18. «

    ... Пожалуйста, никогда не пишите «вы, мужчины», если обращаетесь ко МНЕ. Для самого себя я уникален, и не желаю входить в число каких-то там мужчин, обобщенных язвительным множественным числом. Не судите обо мне по другим. Это обидно, да еще как!

    ... Пожалуйста, никогда не пишите «вы, мужчины», если обращаетесь ко МНЕ. Для самого себя я уникален, и не желаю входить в число каких-то там мужчин, обобщенных язвительным множественным числом. Не судите обо мне по другим. Это обидно, да еще как!
19. «

    Старые добрые времена не вернешь. На то они и старые. Новые времена не могут быть как старые. А если они пытаются прикидываться старыми, то выглядят старыми и поношенными, как те, кто по ним тоскует. Глупо грустить по старым временам.

    Старые добрые времена не вернешь. На то они и старые. Новые времена не могут быть как старые. А если они пытаются прикидываться старыми, то выглядят старыми и поношенными, как те, кто по ним тоскует. Глупо грустить по старым временам.

    — Эмми Ротнер · книга
20. «

    Господин Лайке, с тех пор как Вы «появились», Эмму словно подменили. Она витает где-то в облаках и все больше отдаляется от меня. Она часами сидит перед компьютером в своей комнате, уставившись на монитор, в космосе своих грез. Она живет в своем «внешнем мире», она живет Вами. Если на ее лице появляется просветленная улыбка, то эта улыбка адресована не мне. Ей с трудом удается скрывать от детей свое «отсутствие». Я вижу, как она мучается, заставляя себя хоть какое-то время побыть со мной.

    Господин Лайке, с тех пор как Вы «появились», Эмму словно подменили. Она витает где-то в облаках и все больше отдаляется от меня. Она часами сидит перед компьютером в своей комнате, уставившись на монитор, в космосе своих грез. Она живет в своем «внешнем мире», она живет Вами. Если на ее лице появляется просветленная улыбка, то эта улыбка адресована не мне. Ей с трудом удается скрывать от детей свое «отсутствие». Я вижу, как она мучается, заставляя себя хоть какое-то время побыть со мной.

    — Бернард Ротнер · книга