58 цитат из книги «Дэниел Киз. Цветы для Элджернона» — от иронии до философии

Собрали 58 цитат из книги «Дэниел Киз. Цветы для Элджернона» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Совсем недавно люди смеялись надо мной… А теперь сам присоединился к их веселому хору. И от этого больнее всего.

   Совсем недавно люди смеялись надо мной… А теперь сам присоединился к их веселому хору. И от этого больнее всего.

   — Чарли Гордон · книга
2. «

   Почему мне так важно знать, что она думает, что чувствует она?

   Почему мне так важно знать, что она думает, что чувствует она?

   — Чарли Гордон · книга
3. «

   Даже в выдуманном мире должны существовать свои правила. Отдельные части должны складываться в единое целое.

   Даже в выдуманном мире должны существовать свои правила. Отдельные части должны складываться в единое целое.
4. «

   В стене, отгородившей мой мозг от остального мира, появилась огромная дыра, и я вышел сквозь нее.

   В стене, отгородившей мой мозг от остального мира, появилась огромная дыра, и я вышел сквозь нее.

   — Чарли Гордон · книга
5. «

   Если я и поумнею, то полюблю тебя ещё больше.

   Если я и поумнею, то полюблю тебя ещё больше.

   — Чарли Гордон · книга
6. «

   Ум и образование, не сочетающиеся с человеческой любовью, ничего не стоят.

   Ум и образование, не сочетающиеся с человеческой любовью, ничего не стоят.

   — Чарли Гордон · книга
7. «

   Я похож на человека, который проспал полжизни, а теперь пытается узнать, кем он был, пока спал.

   Я похож на человека, который проспал полжизни, а теперь пытается узнать, кем он был, пока спал.

   — Чарли Гордон · книга
8. «

   Я достиг нового уровня развития. Но гнев и подозрительность стали первыми чувствами, которые я испытал к окружающему меня миру.

   Я достиг нового уровня развития. Но гнев и подозрительность стали первыми чувствами, которые я испытал к окружающему меня миру.

   — Чарли Гордон · книга
9. «

   Голова совсем пуста, но сейчас важнее чувства, а не мысли.

   Голова совсем пуста, но сейчас важнее чувства, а не мысли.

   — Чарли Гордон · книга
10. «

    Ты виноват не больше, чем нож, когда он ранит, или машина, когда сбивает человека.

    Ты виноват не больше, чем нож, когда он ранит, или машина, когда сбивает человека.

    — профессор Немур · книга
11. «

    В какой-то момент меня озарило, и я догадался, что не фильмы нужны мне, а люди! Мне просто захотелось побыть в заполненной человеческими телами темноте.

    В какой-то момент меня озарило, и я догадался, что не фильмы нужны мне, а люди! Мне просто захотелось побыть в заполненной человеческими телами темноте.

    — Чарли Гордон · книга
12. «

    Язык, выразился он, иногда вместо дороги превращается в барьер.

    Язык, выразился он, иногда вместо дороги превращается в барьер.

    — доктор Штраус · книга
13. «

    Больше мне нечего было сказать ни ей, ни другим. Никто не смотрел мне в глаза. Раньше меня презирали за невежество и тупость, теперь ненавидят за ум и знания. Господи, да чего же им нужно от меня?! Разум вбил клин между мной и всеми, кого я знал и любил, выгнал меня из дома. Никогда ещё я не чувствовал себя таким одиноким. Интересно, что случится, если Элджернона посадить в клетку с другими мышами? Возненавидят ли они его?

    Больше мне нечего было сказать ни ей, ни другим. Никто не смотрел мне в глаза. Раньше меня презирали за невежество и тупость, теперь ненавидят за ум и знания. Господи, да чего же им нужно от меня?! Разум вбил клин между мной и всеми, кого я знал и любил, выгнал меня из дома. Никогда ещё я не чувствовал себя таким одиноким. Интересно, что случится, если Элджернона посадить в клетку с другими мышами? Возненавидят ли они его?

    — Чарли Гордон · книга
14. «

    Я шёл к ней за утешением, а она срывала на мне злобу.

    Я шёл к ней за утешением, а она срывала на мне злобу.

    — Чарли Гордон · книга
15. «

    Эскалатор идет вниз. Если я буду стоять на одной ступеньке, наверняка спущусь до самого дна. Если побегу вверх, то не исключено, что останусь на том же самом месте. Значит — вверх, чего бы это ни стоило.

    Эскалатор идет вниз. Если я буду стоять на одной ступеньке, наверняка спущусь до самого дна. Если побегу вверх, то не исключено, что останусь на том же самом месте. Значит — вверх, чего бы это ни стоило.

    — Чарли Гордон · книга
16. «

    Глупость — искренна и понятна. Гениальность — сложна, недоступна, а потому страшна. Глупость притягивает. Гениальность отталкивает. Первое направленна на счастливое неведение любящего идиота. Второе — в бесконечность познания в ужасе одиночества. Сделай выбор!

    Глупость — искренна и понятна. Гениальность — сложна, недоступна, а потому страшна. Глупость притягивает. Гениальность отталкивает. Первое направленна на счастливое неведение любящего идиота. Второе — в бесконечность познания в ужасе одиночества. Сделай выбор!

    — Чарли Гордон · книга
17. «

    Если ты умный то у тебя много друзей с ними можно разгаваривать и ты ни когда не будеш один.

    Если ты умный то у тебя много друзей с ними можно разгаваривать и ты ни когда не будеш один.

    — Чарли Гордон · книга
18. «

    Я нуждался в ней, и не знаю почему она тоже нуждалась во мне. Мы оказались соседями – что ж, это было удобно. Вот и всё. Разве это любовь?

    Я нуждался в ней, и не знаю почему она тоже нуждалась во мне. Мы оказались соседями – что ж, это было удобно. Вот и всё. Разве это любовь?

    — Чарли Гордон · книга
19. «

    Разве ты не видишь, что я уже привязан?! — закричал я, но, заметив, что из-за соседних столиков на нас смотрят, понизил задрожавший от гнева голос. — Я — личность, человек, мужчина, я не могу ограничивать себя книгами, кассетами и электронными лабиринтами. Вот ты сказала: «Посмотри на других женщин». А как, если я не знаю никаких других женщин? Все вокруг кричит о тебе. Я смотрю на страницу в книге и вижу на ней твое лицо — не размытое пятно из далекого прошлого, а настоящее, живое лицо. Я прикасаюсь к нему, и оно исчезает... Тогда мне хочется разорвать книгу в клочья и вышвырнуть в окно!

    Разве ты не видишь, что я уже привязан?! — закричал я, но, заметив, что из-за соседних столиков на нас смотрят, понизил задрожавший от гнева голос. — Я — личность, человек, мужчина, я не могу ограничивать себя книгами, кассетами и электронными лабиринтами. Вот ты сказала: «Посмотри на других женщин». А как, если я не знаю никаких других женщин? Все вокруг кричит о тебе. Я смотрю на страницу в книге и вижу на ней твое лицо — не размытое пятно из далекого прошлого, а настоящее, живое лицо. Я прикасаюсь к нему, и оно исчезает... Тогда мне хочется разорвать книгу в клочья и вышвырнуть в окно!

    — Чарли Гордон · книга
20. «

    Теперь я понимаю, что одновременно с движением разума вперед мельчали мои чувства к Алисе: от преклонения — к любви, к признательности и, наконец, к простой благодарности. Я цеплялся за нее из боязни потерять последнюю нить, связывающую меня с прошлым.

    Теперь я понимаю, что одновременно с движением разума вперед мельчали мои чувства к Алисе: от преклонения — к любви, к признательности и, наконец, к простой благодарности. Я цеплялся за нее из боязни потерять последнюю нить, связывающую меня с прошлым.

    — Чарли Гордон · книга