11 цитат из книги «Диана Гэблдон. Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого» с глубоким смыслом

Ниже 11 цитат из книги «Диана Гэблдон. Барабаны осени. Книга 2. Загадки прошлого»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   "... Я всех вас помню — и буду помнить до конца дней. Поцелуй за меня тетушку Клэр и кузину Брианну. Твой любящий племянник, Айен Мюррей. Vale, avunculus". Джейми моргнул раз, другой, бережно сложил рваный лист и спрятал его в спорране. — Правильно «avuncule», неуч, — тихо сказал он. — Это же звательный падеж.

   "... Я всех вас помню — и буду помнить до конца дней. Поцелуй за меня тетушку Клэр и кузину Брианну. Твой любящий племянник, Айен Мюррей. Vale, avunculus". Джейми моргнул раз, другой, бережно сложил рваный лист и спрятал его в спорране. — Правильно «avuncule», неуч, — тихо сказал он. — Это же звательный падеж.

   — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга
2. «

   — Ладно, я согласен с вашей тетушкой: вам нужен муж. Однако почему я? — вскинул он бровь. — Из-за моего титула или богатства? — Вовсе нет. Просто я была уверена, что вы не любите женщин, — совершенно искренне ответила Брианна. — Я люблю женщин, — раздраженно парировал тот. — Я ими восхищаюсь, уважаю их, а к некоторым весьма привязан. К вашей матушке, например, хотя, боюсь, она не разделяет моих чувств. Однако я не ищу удовольствия в женской постели. Я достаточно ясно выразился? — Да. Так я и думала. Видите ли, я не могу выйти за мистера Макнейла, или Бартона, или Маклахана, или еще кого-нибудь, потому что пришлось бы пообещать им то, чего я не в силах дать. Но раз вам это не нужно — не вижу причин, почему я не могу выйти за вас. Грею отчаянно хотелось стукнуться головой о стену. — О нет, причины есть! — Какие же? — Начнем с того, что ваш отец свернет мне шею. — Почему? — Удивилась Брианна. — Вы с ним очень близки, он называет вас своим лучшим другом... — И для меня это большая честь, — подтвердил тот. — Однако Джейми Фрейзер мигом забудет о нашей дружбе, как только узнает, что его единственная дочь служит прикрытием и племенной кобылой для ублюдка-содомита. — А с чего бы он узнал? Я-то точно ему не скажу! — Грей взбешенно уставился на нее, — и она, залившись краской, вдруг захохотала. Ему оставалось лишь присоединиться к ней. — Ох... получается, вы сами уже сказали... — Да, черт возьми! Сказал.

   — Ладно, я согласен с вашей тетушкой: вам нужен муж. Однако почему я? — вскинул он бровь. — Из-за моего титула или богатства? — Вовсе нет. Просто я была уверена, что вы не любите женщин, — совершенно искренне ответила Брианна. — Я люблю женщин, — раздраженно парировал тот. — Я ими восхищаюсь, уважаю их, а к некоторым весьма привязан. К вашей матушке, например, хотя, боюсь, она не разделяет моих чувств. Однако я не ищу удовольствия в женской постели. Я достаточно ясно выразился? — Да. Так я и думала. Видите ли, я не могу выйти за мистера Макнейла, или Бартона, или Маклахана, или еще кого-нибудь, потому что пришлось бы пообещать им то, чего я не в силах дать. Но раз вам это не нужно — не вижу причин, почему я не могу выйти за вас. Грею отчаянно хотелось стукнуться головой о стену. — О нет, причины есть! — Какие же? — Начнем с того, что ваш отец свернет мне шею. — Почему? — Удивилась Брианна. — Вы с ним очень близки, он называет вас своим лучшим другом... — И для меня это большая честь, — подтвердил тот. — Однако Джейми Фрейзер мигом забудет о нашей дружбе, как только узнает, что его единственная дочь служит прикрытием и племенной кобылой для ублюдка-содомита. — А с чего бы он узнал? Я-то точно ему не скажу! — Грей взбешенно уставился на нее, — и она, залившись краской, вдруг захохотала. Ему оставалось лишь присоединиться к ней. — Ох... получается, вы сами уже сказали... — Да, черт возьми! Сказал.

   — Брианна Фрейзер · книга
3. «

   Килт был старый, видавший виды, слегка потертый на складках и на подоле. После разгрома в битве при Каллодене его спрятали вместе с пистолетами и мечами, с трубами и волынками — символами попранной чести. Нет, они совсем не покорились, подумала Брианна со странной тяжестью на сердце. Она вспомнила, как Роджер Уэйкфилд опустился на корточки рядом с ней под серым небом на поле боя в Каллодене, и его худое лицо потемнело от осознания, сколько людей полегло здесь в свое время. — У шотландцев хорошая память, — сказал он тогда, — они ничего не забывают. Видишь, могильный камень клана Маккензи, сколько имен на нем высечено? Это все мои предки. — Я, конечно, принимаю это не так близко к сердцу, как некоторые, но все же я не забыл. Нет, они не покорились. Даже через тысячу лет борьбы и предательства, даже сейчас. Побеждены, рассеяны по свету, однако все еще живы. Как Айен, искалеченный, но живущий с гордо поднятой головой. Как ее отец, высланый из страны, но в сердце остающийся горцем.

   Килт был старый, видавший виды, слегка потертый на складках и на подоле. После разгрома в битве при Каллодене его спрятали вместе с пистолетами и мечами, с трубами и волынками — символами попранной чести. Нет, они совсем не покорились, подумала Брианна со странной тяжестью на сердце. Она вспомнила, как Роджер Уэйкфилд опустился на корточки рядом с ней под серым небом на поле боя в Каллодене, и его худое лицо потемнело от осознания, сколько людей полегло здесь в свое время. — У шотландцев хорошая память, — сказал он тогда, — они ничего не забывают. Видишь, могильный камень клана Маккензи, сколько имен на нем высечено? Это все мои предки. — Я, конечно, принимаю это не так близко к сердцу, как некоторые, но все же я не забыл. Нет, они не покорились. Даже через тысячу лет борьбы и предательства, даже сейчас. Побеждены, рассеяны по свету, однако все еще живы. Как Айен, искалеченный, но живущий с гордо поднятой головой. Как ее отец, высланый из страны, но в сердце остающийся горцем.

   — Брианна Фрейзер · книга
4. «

   — Па, знаешь что? — сказала вдруг Бри. — Что? — на секунду прервал свою колыбельную Джейми. — Ты совершенно не умеешь петь. Послышалось фырканье и шелест ткани, когда он продвинулся, устраивая их двоих поудобнее. — Не спорю. Так мне перестать? — Не-а. Она прильнула к нему еще теснее. — А хочешь, я тоже кое-что тебе скажу? Глаза у Брианны были закрыты, тень от ресниц падала на скулы, но она улыбнулась. — Что, па? — Ты весишь не меньше матерого лося. — Так мне встать? — не шелохнувшись даже, спросила Брианна. — Не вздумай.

   — Па, знаешь что? — сказала вдруг Бри. — Что? — на секунду прервал свою колыбельную Джейми. — Ты совершенно не умеешь петь. Послышалось фырканье и шелест ткани, когда он продвинулся, устраивая их двоих поудобнее. — Не спорю. Так мне перестать? — Не-а. Она прильнула к нему еще теснее. — А хочешь, я тоже кое-что тебе скажу? Глаза у Брианны были закрыты, тень от ресниц падала на скулы, но она улыбнулась. — Что, па? — Ты весишь не меньше матерого лося. — Так мне встать? — не шелохнувшись даже, спросила Брианна. — Не вздумай.

   — Брианна Фрейзер · книга
5. «

   — Думаю, мы как раз вовремя. Уже совсем скоро. — Весьма признателен, что вы не опоздали. Роль няньки стоила мне пробитой головы, а если бы пришлось еще и роды принимать, боюсь, это вовсе бы меня доканало. — О, чуть не забыла. — Клэр вытащила из-под рубашки замусоленный кожанный мешочек. — Брианна просила вам передать — говорит, ей это больше не нужно. В ладонь Грея упал перстень с синим камнем. — Меня еще и бросили у самого алтаря, — усмехнулся он.

   — Думаю, мы как раз вовремя. Уже совсем скоро. — Весьма признателен, что вы не опоздали. Роль няньки стоила мне пробитой головы, а если бы пришлось еще и роды принимать, боюсь, это вовсе бы меня доканало. — О, чуть не забыла. — Клэр вытащила из-под рубашки замусоленный кожанный мешочек. — Брианна просила вам передать — говорит, ей это больше не нужно. В ладонь Грея упал перстень с синим камнем. — Меня еще и бросили у самого алтаря, — усмехнулся он.

   — Клэр Фрейзер (Рэндалл) · книга
6. «

   Брианна была совершенно спокойна, сейчас она стала всего лишь сосудом для той древней силы, что зовется материнством... которую мужчины наивно принимают за слабость. Она видела свои руки — торчащие костяшки пальцев, натянутые сухожилия, — ощущала энергию, струившуюся по всему телу, и медленно, очень медленно вновь занесла приклад — и обрушила его на Мурчисона, который не успел даже упасть.

   Брианна была совершенно спокойна, сейчас она стала всего лишь сосудом для той древней силы, что зовется материнством... которую мужчины наивно принимают за слабость. Она видела свои руки — торчащие костяшки пальцев, натянутые сухожилия, — ощущала энергию, струившуюся по всему телу, и медленно, очень медленно вновь занесла приклад — и обрушила его на Мурчисона, который не успел даже упасть.
7. «

   — Простите вашего отца. Что бы ни случилось. Не только ради него, но и самой себя. — Уже простила.

   — Простите вашего отца. Что бы ни случилось. Не только ради него, но и самой себя. — Уже простила.

   — лорд Джон Грей · книга
8. «

   ... Ему хорошо известны были случаи, когда семьи доходили до такой степени отчаяния, что выбирали разлуку и рабство в обмен на шанс выжить. он знал все о продаже наделов, когда небогатые арендаторы вынуждены были покидать землю, принадлежавшую их предкам несколько сотен лет, о страшной нужде и голоде, которые царили в городах, о непереносимой жизни, которую влачили простые шотландцы в те годы. Однако читать в книгах и видеть своими глазами — совсем разные вещи.

   ... Ему хорошо известны были случаи, когда семьи доходили до такой степени отчаяния, что выбирали разлуку и рабство в обмен на шанс выжить. он знал все о продаже наделов, когда небогатые арендаторы вынуждены были покидать землю, принадлежавшую их предкам несколько сотен лет, о страшной нужде и голоде, которые царили в городах, о непереносимой жизни, которую влачили простые шотландцы в те годы. Однако читать в книгах и видеть своими глазами — совсем разные вещи.

   — Роджер Маккензи · книга
9. «

   Я выбираю тело, а не душу. Отрицая душу, я выбираю собственную власть, не поручая себя покровительству неких неведомых сил. Я не взываю ни к помощи дьявола, ни к помощи бога — я в них не верю. Ни бог, ни дьявол над тобой не властны; для той, что выбрала жизнь во плоти, не имеет значения, плокто из них, в конце концов, одержит верх.

   Я выбираю тело, а не душу. Отрицая душу, я выбираю собственную власть, не поручая себя покровительству неких неведомых сил. Я не взываю ни к помощи дьявола, ни к помощи бога — я в них не верю. Ни бог, ни дьявол над тобой не властны; для той, что выбрала жизнь во плоти, не имеет значения, плокто из них, в конце концов, одержит верх.

   — Гейлис Данкан · книга
10. «

    Может это и есть тайна крови — то, как случайные жесты, мимика или неуловимые интонации передаются из поколения в поколение? Джейми наблюдал это в своих племянниках; с возрастом в их лицах все чаще проглядывали не только родители, но и более далекие предки.

    Может это и есть тайна крови — то, как случайные жесты, мимика или неуловимые интонации передаются из поколения в поколение? Джейми наблюдал это в своих племянниках; с возрастом в их лицах все чаще проглядывали не только родители, но и более далекие предки.
11. «

    На склоне гор жил старый вор; он день и ночь точил топор, а я свой дома позабыл и все ж его убил, убил, убил.

    На склоне гор жил старый вор; он день и ночь точил топор, а я свой дома позабыл и все ж его убил, убил, убил.

    — Джеймс «Джейми» Маккензи Фрейзер · книга