18 цитат из книги «Дмитрий Алексеевич Калинин. Дао Вероники», ставших крылатыми

Собрали 18 цитат из книги «Дмитрий Алексеевич Калинин. Дао Вероники» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Если будет слишком тяжело, ты просто смейся. Пока ты смеёшься, ничто не способно причинить тебе вреда, ведь смех обманывает даже смерть.

   Если будет слишком тяжело, ты просто смейся. Пока ты смеёшься, ничто не способно причинить тебе вреда, ведь смех обманывает даже смерть.
2. «

   Все чувства нейтральны. Это каналы, по которым поступает сила. Неважно, злость или радость, отчаяние или счастье, ненависть или любовь — всё это просто каналы.

   Все чувства нейтральны. Это каналы, по которым поступает сила. Неважно, злость или радость, отчаяние или счастье, ненависть или любовь — всё это просто каналы.
3. «

   Принимать мир значит ничего не отталкивать, ничего не избегать, но и ото всего ускользать.

   Принимать мир значит ничего не отталкивать, ничего не избегать, но и ото всего ускользать.
4. «

   Тебя с детства изуродовали представлением о том, что ты должен контролировать свою жизнь. Тебе внушали, что это означает «нести ответственность». Но это — ложь. Ответственность не имеет ничего общего с контролем.

   Тебя с детства изуродовали представлением о том, что ты должен контролировать свою жизнь. Тебе внушали, что это означает «нести ответственность». Но это — ложь. Ответственность не имеет ничего общего с контролем.
5. «

   Всё внутреннее — это иллюзия, а полагаясь на иллюзию, мы теряем путь. А всё внешнее — всего лишь сновидение внутренней иллюзии, и полагаться на него было бы вдвойне глупо.

   Всё внутреннее — это иллюзия, а полагаясь на иллюзию, мы теряем путь. А всё внешнее — всего лишь сновидение внутренней иллюзии, и полагаться на него было бы вдвойне глупо.

   — Вероника · книга
6. «

   Существует огромная разница между очарованием миром и очарованностью любовью к миру. Первое освобождает от оков личности, а второе, наоборот, усиливает эти оковы. Очарование миром даёт силы и ясность, а очарованность любовью к миру делает слепым.

   Существует огромная разница между очарованием миром и очарованностью любовью к миру. Первое освобождает от оков личности, а второе, наоборот, усиливает эти оковы. Очарование миром даёт силы и ясность, а очарованность любовью к миру делает слепым.
7. «

   Ничего не бойся и не верь своим сомнениям. Впрочем, своей уверенности ты тоже не верь. Верь только сердцу, а раз пока оно молчит — просто расслабься.

   Ничего не бойся и не верь своим сомнениям. Впрочем, своей уверенности ты тоже не верь. Верь только сердцу, а раз пока оно молчит — просто расслабься.
8. «

   Человек несёт ответственность за всё, что с ним происходит. Даже за якобы случайно упавший ему на голову кирпич.

   Человек несёт ответственность за всё, что с ним происходит. Даже за якобы случайно упавший ему на голову кирпич.

   — Вероника Дао · книга
9. «

   Искренность — это чистота намерений, завёрнутая в полноту выражения чувств. Она иногда так сталкивает с собственными границами, что правильность и приличия забиваются в угол. Искренний — это не значит плюшевый и симпатичный, искренний порой может резать, как бритва.

   Искренность — это чистота намерений, завёрнутая в полноту выражения чувств. Она иногда так сталкивает с собственными границами, что правильность и приличия забиваются в угол. Искренний — это не значит плюшевый и симпатичный, искренний порой может резать, как бритва.

   — Вероника Дао · книга
10. «

    Невозможно хотеть ту, которая по-настоящему не хочет, чтобы её хотели.

    Невозможно хотеть ту, которая по-настоящему не хочет, чтобы её хотели.

    — Вероника Дао · книга
11. «

    Лучше не знать ничего вообще, чем знать, но не следовать своим знаниям.

    Лучше не знать ничего вообще, чем знать, но не следовать своим знаниям.
12. «

    Жертва сама призывает к себе вампира, чтобы облегчить свою ношу. Так чья в этом вина-то, и кто тут добро, а кто — зло?

    Жертва сама призывает к себе вампира, чтобы облегчить свою ношу. Так чья в этом вина-то, и кто тут добро, а кто — зло?

    — Вероника Дао · книга
13. «

    Просветление — это яблоко, которое съела Ева в Эдеме. Оно сначала окутывает божественным светом, а потом заживо обращает в тлен. И те, кто достиг просветления, достигли его против своей воли — у них просто не оставалось выбора.

    Просветление — это яблоко, которое съела Ева в Эдеме. Оно сначала окутывает божественным светом, а потом заживо обращает в тлен. И те, кто достиг просветления, достигли его против своей воли — у них просто не оставалось выбора.
14. «

    Ложь — это оружие, с помощью которого личность устанавливает свои границы: внешние — от других людей, и внутренние — от себя Настоящего.

    Ложь — это оружие, с помощью которого личность устанавливает свои границы: внешние — от других людей, и внутренние — от себя Настоящего.

    — Вероника Дао · книга
15. «

    Ты уверен, что смерть, конечно, наступит, но очень нескоро, и продлится всего мгновение. Но в реальности дела обстоят ровно наоборот. Для упустивших свои шансы смерть оборачивается вечностью, по сравнению с которой жизнь покажется эфемерной рябью на воде.

    Ты уверен, что смерть, конечно, наступит, но очень нескоро, и продлится всего мгновение. Но в реальности дела обстоят ровно наоборот. Для упустивших свои шансы смерть оборачивается вечностью, по сравнению с которой жизнь покажется эфемерной рябью на воде.

    — Вероника Дао · книга
16. «

    Что мне толку думать про будд, если любой пёс способен научить меня гораздо большему и безо всяких премудростей?

    Что мне толку думать про будд, если любой пёс способен научить меня гораздо большему и безо всяких премудростей?
17. «

    Любовь и ненависть — абстрактные состояния восприятия, а вот то, что ты воспринимаешь их через призму удовольствия, делает их в одинаковой степени ядовитыми.

    Любовь и ненависть — абстрактные состояния восприятия, а вот то, что ты воспринимаешь их через призму удовольствия, делает их в одинаковой степени ядовитыми.
18. «

    Перестать быть очарованным счастьем тяжелее, чем подружиться со своими страхами.

    Перестать быть очарованным счастьем тяжелее, чем подружиться со своими страхами.