89 лучших цитат из книги «Дмитрий Грунтовский. Взгляды»

Ниже 89 цитат из книги «Дмитрий Грунтовский. Взгляды»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Обычно в рукаве спорщика нет ничего, кроме банальностей.

   Обычно в рукаве спорщика нет ничего, кроме банальностей.
2. «

   В уродливых городах и романы уродливые.

   В уродливых городах и романы уродливые.
3. «

   Интереснее всего читать такого писателя, который пишет для себя; точнее, для подростка внутри себя; точнее, для ребёнка внутри себя.

   Интереснее всего читать такого писателя, который пишет для себя; точнее, для подростка внутри себя; точнее, для ребёнка внутри себя.
4. «

   Чувство любви наиболее точно выражает фраза «Я в тебя влюблён», ведь она, вполне обоснованно, ставит влюблённого в подчинённую позицию.

   Чувство любви наиболее точно выражает фраза «Я в тебя влюблён», ведь она, вполне обоснованно, ставит влюблённого в подчинённую позицию.
5. «

   Утро — для творчества, день — для рутины, вечер — для наслаждения.

   Утро — для творчества, день — для рутины, вечер — для наслаждения.
6. «

   Существует определение для верующего, для неверующего и для сомневающегося; но не существует определения для желающего поверить.

   Существует определение для верующего, для неверующего и для сомневающегося; но не существует определения для желающего поверить.
7. «

   Любовь не приедается до тех пор, пока остаётся деликатесом.

   Любовь не приедается до тех пор, пока остаётся деликатесом.
8. «

   Если весь мир заговорит на французском, мир станет лучше. Проблема в том, что французский станет хуже.

   Если весь мир заговорит на французском, мир станет лучше. Проблема в том, что французский станет хуже.
9. «

   Красивый человек с дурным вкусом огорчает так же, как и красивый безнравственный человек.

   Красивый человек с дурным вкусом огорчает так же, как и красивый безнравственный человек.
10. «

    Знаки внимания, оказанные вульгарным лицом, — повод задуматься о своём стиле и образе.

    Знаки внимания, оказанные вульгарным лицом, — повод задуматься о своём стиле и образе.
11. «

    Иногда литературному критику кажется, что он вынес книге приговор; когда в действительности всё было наоборот: книга приговорила его.

    Иногда литературному критику кажется, что он вынес книге приговор; когда в действительности всё было наоборот: книга приговорила его.
12. «

    К гедонистическому образу жизни нет претензий, если он обставлен со вкусом.

    К гедонистическому образу жизни нет претензий, если он обставлен со вкусом.
13. «

    У каждого горожанина должно быть такое место, куда он приходит для того, чтобы просто послушать пение птиц.

    У каждого горожанина должно быть такое место, куда он приходит для того, чтобы просто послушать пение птиц.
14. «

    Чтение — это, пожалуй, самая простительная форма эскапизма.

    Чтение — это, пожалуй, самая простительная форма эскапизма.
15. «

    Прозу можно сделать чуть более дисциплинированной, если перед тем как сесть за письменный стол, помыться, побриться и надеть костюм-тройку.

    Прозу можно сделать чуть более дисциплинированной, если перед тем как сесть за письменный стол, помыться, побриться и надеть костюм-тройку.
16. «

    Поскольку в уединении время течёт медленнее, уединение продлевает жизнь.

    Поскольку в уединении время течёт медленнее, уединение продлевает жизнь.
17. «

    Гордость позволяет любви брать себя под руку, но не позволяет вытирать об себя ноги.

    Гордость позволяет любви брать себя под руку, но не позволяет вытирать об себя ноги.
18. «

    Любовь — это явление высшего порядка, то есть явление дарованное, явление незаслуженное. Как ум, как красота, как талант или гений, как вера в конце концов.

    Любовь — это явление высшего порядка, то есть явление дарованное, явление незаслуженное. Как ум, как красота, как талант или гений, как вера в конце концов.
19. «

    Сегодня очень многие люди не заслуживают те великие места, которые они посещают.

    Сегодня очень многие люди не заслуживают те великие места, которые они посещают.
20. «

    История обводит границы некоторых стран так же, как полицейский санитар обводит труп, лежащий в гостиной.

    История обводит границы некоторых стран так же, как полицейский санитар обводит труп, лежащий в гостиной.