142 цитаты из книги «Джеймс Джойс. Улисс» — читаем и делимся

142 цитаты из книги «Джеймс Джойс. Улисс» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Человек может всю жизнь прожить в одиночестве. А что, может. Но все-таки ему кто-то нужен, кто бы зарыл, хотя могилу он себе может выкопать сам. Это мы все делаем. Только человек погребает. Нет, еще муравьи. Говорят Робинзон Крузо был на самом деле. Тогда стало быть Пятница его и похоронил. Каждая Пятница хоронит Четверг если так поглядеть.

   Человек может всю жизнь прожить в одиночестве. А что, может. Но все-таки ему кто-то нужен, кто бы зарыл, хотя могилу он себе может выкопать сам. Это мы все делаем. Только человек погребает. Нет, еще муравьи. Говорят Робинзон Крузо был на самом деле. Тогда стало быть Пятница его и похоронил. Каждая Пятница хоронит Четверг если так поглядеть.

   — Леопольд Блум · книга
2. «

   Его героини, которых играли юноши, это героини юношей. Их жизнь, их мысли, их речи — плоды мужского воображения.

   Его героини, которых играли юноши, это героини юношей. Их жизнь, их мысли, их речи — плоды мужского воображения.

   — Стивен Дедал · книга
3. «

   Человек, который так держится за то, что он именует своими правами на то, что он именует себе причитающимся, — он будет цепко держаться и за то, что он именует своими правами на ту, кого он именует своей женой. И пусть никакой окрестный сэр смайл не пожелает вола его, или жены его, или раба, или рабыни его, или осла его.

   Человек, который так держится за то, что он именует своими правами на то, что он именует себе причитающимся, — он будет цепко держаться и за то, что он именует своими правами на ту, кого он именует своей женой. И пусть никакой окрестный сэр смайл не пожелает вола его, или жены его, или раба, или рабыни его, или осла его.

   — Стивен Дедал · книга
4. «

   И услышал я глас египетского первосвященника. Книг груды глиняных в чертогах расписных. Они недвижны. А некогда кипели в умах людей. Недвижны: но все еще пожирает их смертный зуд: хныча, нашептывать мне на ухо свои басни, навязывать мне свою волю.

   И услышал я глас египетского первосвященника. Книг груды глиняных в чертогах расписных. Они недвижны. А некогда кипели в умах людей. Недвижны: но все еще пожирает их смертный зуд: хныча, нашептывать мне на ухо свои басни, навязывать мне свою волю.

   — Стивен Дедал · книга
5. «

   Гнездышко он себе устоил недурно. У дочки жених в налоговом управлении, имеет автомобиль. Ловко подцепили его. Приемы, открытый дом. Угощение до отвала. Проводи захват через брюхо.

   Гнездышко он себе устоил недурно. У дочки жених в налоговом управлении, имеет автомобиль. Ловко подцепили его. Приемы, открытый дом. Угощение до отвала. Проводи захват через брюхо.

   — Нед Лэмберт · книга
6. «

   Тут как в раскаленной печи. Час Пана, полуденый отдых Фавна. Средь соконалитых змеерастений, млекоточивых плодов, где широко раскинулись листья на бронзовоцветных водах. Боль далеко.

   Тут как в раскаленной печи. Час Пана, полуденый отдых Фавна. Средь соконалитых змеерастений, млекоточивых плодов, где широко раскинулись листья на бронзовоцветных водах. Боль далеко.

   — Стивен Дедал · книга
7. «

   Для его брата люди были как пешки. Пускай хоть все загнутся. Про него боялись слово сказать. Замирали на месте под его взглядом. Вот что действует на людей: имя.

   Для его брата люди были как пешки. Пускай хоть все загнутся. Про него боялись слово сказать. Замирали на месте под его взглядом. Вот что действует на людей: имя.

   — Леопольд Блум · книга
8. «

   Почему нельзя поцеловать мужчину без того чтоб сперва обвенчаться с ним.

   Почему нельзя поцеловать мужчину без того чтоб сперва обвенчаться с ним.

   — жена Блума · книга
9. «

   Все женщины свысока, пока не раскусишь. Красив телом, красив и делом. Неприступны до первого приступа. Достойная госпожа, и Брут весьма достойный человек. Разок ее поимеешь — спеси как не бывало.

   Все женщины свысока, пока не раскусишь. Красив телом, красив и делом. Неприступны до первого приступа. Достойная госпожа, и Брут весьма достойный человек. Разок ее поимеешь — спеси как не бывало.
10. «

    Всевышний боже природа это самое прекрасное дикие горы и море на свете и бурные волны и милые сельские места где поля овса и пшеницы и всего на свете и стада пасутся кругом сердце радуется смотреть на озера реки цветы все это природа а эти что говорят будто бы Бога нет я ломаного гроша не дам за всю их ученость.

    Всевышний боже природа это самое прекрасное дикие горы и море на свете и бурные волны и милые сельские места где поля овса и пшеницы и всего на свете и стада пасутся кругом сердце радуется смотреть на озера реки цветы все это природа а эти что говорят будто бы Бога нет я ломаного гроша не дам за всю их ученость.

    — жена Блума · книга
11. «

    Главное, налегай на лесть. Ласковое теля двух маток сосет.

    Главное, налегай на лесть. Ласковое теля двух маток сосет.

    — Леопольд Блум · книга
12. «

    Грэфтон-стрит яркопестрыми навесами дразнила чувства его. Набивной муслин, шелколеди, величественные матроны, звяканье сбруи и глухозвук стукопыт по раскаленным булыжникам.

    Грэфтон-стрит яркопестрыми навесами дразнила чувства его. Набивной муслин, шелколеди, величественные матроны, звяканье сбруи и глухозвук стукопыт по раскаленным булыжникам.

    — Леопольд Блум · книга
13. «

    История — это сказка, давно навязшая в ушах.

    История — это сказка, давно навязшая в ушах.

    — Стивен Дедал · книга
14. «

    Говорят, дурнушку полюбишь — не разлюбишь. Только ни одна себя такой не считает. Люби, лги и будь красивой, потому что завтра умрём.

    Говорят, дурнушку полюбишь — не разлюбишь. Только ни одна себя такой не считает. Люби, лги и будь красивой, потому что завтра умрём.

    — Леопольд Блум · книга
15. «

    И позади у него лежало великое будущее.

    И позади у него лежало великое будущее.
16. «

    Все эти жалкие свары, по его скромному разумению, болезненно возбуждающие шишку воинственности или какую-то железу совершено ошибочно объясняемые мотивами чести и знамени — на деле вопрос-то в них чаще всего в денежном вопросе, который стоит за всем, в алчности, в зависти, ведь люди ни в чем не знают предела.

    Все эти жалкие свары, по его скромному разумению, болезненно возбуждающие шишку воинственности или какую-то железу совершено ошибочно объясняемые мотивами чести и знамени — на деле вопрос-то в них чаще всего в денежном вопросе, который стоит за всем, в алчности, в зависти, ведь люди ни в чем не знают предела.
17. «

    Его непроницаемое лицо, подлинное произведение искусства и совершенная вещь в себе, перед которою описания бессильны, оставляло впечатление, будто он не уразумел ни слова из сказанного.

    Его непроницаемое лицо, подлинное произведение искусства и совершенная вещь в себе, перед которою описания бессильны, оставляло впечатление, будто он не уразумел ни слова из сказанного.
18. «

    Каким быть мщению, если быть? Убийство — никогда, ибо зла не поправишь злом.

    Каким быть мщению, если быть? Убийство — никогда, ибо зла не поправишь злом.

    — Леопольд Блум · книга
19. «

    Честного спорта теперь не сыщешь.

    Честного спорта теперь не сыщешь.

    — Флинн · книга
20. «

    Сплошное счастье наводит скуку.

    Сплошное счастье наводит скуку.