20 цитат из книги «Джеймс Холлис. Грезы об Эдеме. В поисках доброго волшебника: цитаты со смыслом»

20 цитат из книги «Джеймс Холлис. Грезы об Эдеме. В поисках доброго волшебника: цитаты со смыслом» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Если у нас хватит мужества сказать: «В конечном счете ни один человек не может дать мне то, чего я хочу; это могу сделать только я сам», – то мы будем свободно прославлять отношения за то, что они могут дать. Но парадокс заключается в том, что Другой может быть средством, позволяющим человеку ощутить безграничность своей души и пройти часть процесса индивидуации.

   Если у нас хватит мужества сказать: «В конечном счете ни один человек не может дать мне то, чего я хочу; это могу сделать только я сам», – то мы будем свободно прославлять отношения за то, что они могут дать. Но парадокс заключается в том, что Другой может быть средством, позволяющим человеку ощутить безграничность своей души и пройти часть процесса индивидуации.

   — Джеймс Холлис · книга
2. «

   Требуется немало мужества, чтобы задать фундаментальный вопрос: «Из того, что я хочу от этого Другого, что я должен сделать для себя сам?» Например, если я хочу, чтобы Другой позаботился о моей самооценке, то мои ожидания направлены не по адресу. Если я жду, что Другой будет добрым родителем и позаботится обо мне, значит, я еще не слишком взрослый. Если я жду, что Другой избавит меня от страхов и ужасов во время жизненного странствия, значит, я уклоняюсь от главной задачи и основной причины моего пребывания на земле.

   Требуется немало мужества, чтобы задать фундаментальный вопрос: «Из того, что я хочу от этого Другого, что я должен сделать для себя сам?» Например, если я хочу, чтобы Другой позаботился о моей самооценке, то мои ожидания направлены не по адресу. Если я жду, что Другой будет добрым родителем и позаботится обо мне, значит, я еще не слишком взрослый. Если я жду, что Другой избавит меня от страхов и ужасов во время жизненного странствия, значит, я уклоняюсь от главной задачи и основной причины моего пребывания на земле.

   — Джеймс Холлис · книга
3. «

   Трагедия современной психотерапии заключается в том, что в большинстве случаев она, по сути, не является психологической, то есть не прослеживает поведения человека до самых его истоков, находящихся в его душе (таково основное значение слова психика). Корректировать поведение человека, не понимая лежащей в его основе психодинамики, — значит оставаться на поверхностном уровне. Человек может изменить свое поведение и свои убеждения, но тогда его душевная травма найдет другой, быть может, более искусный способ внешнего выражения.

   Трагедия современной психотерапии заключается в том, что в большинстве случаев она, по сути, не является психологической, то есть не прослеживает поведения человека до самых его истоков, находящихся в его душе (таково основное значение слова психика). Корректировать поведение человека, не понимая лежащей в его основе психодинамики, — значит оставаться на поверхностном уровне. Человек может изменить свое поведение и свои убеждения, но тогда его душевная травма найдет другой, быть может, более искусный способ внешнего выражения.

   — Джеймс Холлис · книга
4. «

   Пока наша духовность не будет развиваться осознанно, мы будем жить поверхностно, проявлять зависимое поведение или вступать в конфликт с обществом. Наша духовность — это самая важная сфера в наших отношениях, ибо характер нашей духовности определяет содержание и результат всех отношений.

   Пока наша духовность не будет развиваться осознанно, мы будем жить поверхностно, проявлять зависимое поведение или вступать в конфликт с обществом. Наша духовность — это самая важная сфера в наших отношениях, ибо характер нашей духовности определяет содержание и результат всех отношений.

   — Джеймс Холлис · книга
5. «

   Так мы вступаем в отношения с окружающими. Обладая скудными знаниями о самих себе, мы хотим найти свою идентичность в зеркальном отражении Другого, как искали ее раньше в отношениях с матерью и отцом. При том, что можно получить любые травмы, присущие этому опасному состоянию, мы ищем тихую гавань в обличье того Другого, который, как ни печально, стремится найти такую же гавань в нас. При наличии многих тысяч адаптивных стратегий, порожденных случайным роковым совпадением времени, места, влияния Других, мы «засоряем» зыбкое настоящее ростками прошлого. Мы испытываем непомерную жажду проекции — жажду слияния с Другим, который нас защитит, позаботится о нас и нас спасет.

   Так мы вступаем в отношения с окружающими. Обладая скудными знаниями о самих себе, мы хотим найти свою идентичность в зеркальном отражении Другого, как искали ее раньше в отношениях с матерью и отцом. При том, что можно получить любые травмы, присущие этому опасному состоянию, мы ищем тихую гавань в обличье того Другого, который, как ни печально, стремится найти такую же гавань в нас. При наличии многих тысяч адаптивных стратегий, порожденных случайным роковым совпадением времени, места, влияния Других, мы «засоряем» зыбкое настоящее ростками прошлого. Мы испытываем непомерную жажду проекции — жажду слияния с Другим, который нас защитит, позаботится о нас и нас спасет.

   — Джеймс Холлис · книга
6. «

   Сегодня мы видим профессиональных политиков, которые, не задумываясь, изменят свою систему ценностей, подстраиваясь под общественное мнение, и основная мотивация которых заключается не в служении народу, а в том, чтобы стать знаменитыми.

   Сегодня мы видим профессиональных политиков, которые, не задумываясь, изменят свою систему ценностей, подстраиваясь под общественное мнение, и основная мотивация которых заключается не в служении народу, а в том, чтобы стать знаменитыми.

   — Джеймс Холлис · книга
7. «

   Только выстрадав устранение проекций на Другого или найдя первопричину своих симптомов, человек может прийти к осознанию того, что его враг находится у него внутри, что Другой — не такой, каким он может казаться, и что человеку нужно очень глубоко себя узнать, прежде чем он сможет прояснить область истинных отношений. Такие открытия даются нелегко, им сопутствуют мучительные переживания неудач, стыда, ярости и унижения. Но, находясь в таком ужасном состоянии, можно лучше узнать самого себя, а без этого знания нельзя построить продолжительные отношения.

   Только выстрадав устранение проекций на Другого или найдя первопричину своих симптомов, человек может прийти к осознанию того, что его враг находится у него внутри, что Другой — не такой, каким он может казаться, и что человеку нужно очень глубоко себя узнать, прежде чем он сможет прояснить область истинных отношений. Такие открытия даются нелегко, им сопутствуют мучительные переживания неудач, стыда, ярости и унижения. Но, находясь в таком ужасном состоянии, можно лучше узнать самого себя, а без этого знания нельзя построить продолжительные отношения.

   — Джеймс Холлис · книга
8. «

   Ребенок не может сказать: «Папа сегодня угрюмый, потому что у него неприятности на работе», – или: «Мама сегодня в депрессии, но я здесь не при чем». Образ мышления ребенка относится к такому типу, который психологи и антропологи называют магическим мышлением, характерным для так называемых первобытных культур, детей и вообще для людей, находящихся в состоянии регрессии.

   Ребенок не может сказать: «Папа сегодня угрюмый, потому что у него неприятности на работе», – или: «Мама сегодня в депрессии, но я здесь не при чем». Образ мышления ребенка относится к такому типу, который психологи и антропологи называют магическим мышлением, характерным для так называемых первобытных культур, детей и вообще для людей, находящихся в состоянии регрессии.

   — Джеймс Холлис · книга
9. «

   Даже удовлетворив свои потребности, то есть обладая желаемой вещью, властью, деньгами, социальным статусом, мы осознаем, что удовлетворение, которое они приносят, оказывается очень кратковременным, ибо глубинные потребности нашей души — в поиске смысла жизни, в близости с другими людьми и в постоянном снятии с нее ограничений — не находят своего удовлетворения.

   Даже удовлетворив свои потребности, то есть обладая желаемой вещью, властью, деньгами, социальным статусом, мы осознаем, что удовлетворение, которое они приносят, оказывается очень кратковременным, ибо глубинные потребности нашей души — в поиске смысла жизни, в близости с другими людьми и в постоянном снятии с нее ограничений — не находят своего удовлетворения.

   — Джеймс Холлис · книга
10. «

    По мнению глубинных психологов и теологов, противоположность любви – это не ненависть, а страх. Способность оказать поддержку Другому требует широты души, которая позволяет противостоять постоянно присутствующей боязливости.

    По мнению глубинных психологов и теологов, противоположность любви – это не ненависть, а страх. Способность оказать поддержку Другому требует широты души, которая позволяет противостоять постоянно присутствующей боязливости.

    — Джеймс Холлис · книга
11. «

    Мы становимся значительно богаче, чем раньше, даже в результате утраты или конфликта. Мы должны благословить тех, кто причинил нам больше всего боли, ибо они больше всего способствовали нашей трансформации.

    Мы становимся значительно богаче, чем раньше, даже в результате утраты или конфликта. Мы должны благословить тех, кто причинил нам больше всего боли, ибо они больше всего способствовали нашей трансформации.

    — Джеймс Холлис · книга
12. «

    Ещё Фрейд в начале прошлого века сказал, что невроз — это плата за цивилизацию, увы.

    Ещё Фрейд в начале прошлого века сказал, что невроз — это плата за цивилизацию, увы.

    — Джеймс Холлис · книга
13. «

    Позволить Другому быть Другим — это непростая задача, но это единственный путь к тому, чтобы его любить.

    Позволить Другому быть Другим — это непростая задача, но это единственный путь к тому, чтобы его любить.

    — Джеймс Холлис · книга
14. «

    Любить Другого — значит чувствовать эти раны, быть внимательным к тому, что случилось и что происходит с этим человеком. Множество слов — например, compassion (сочувствие), empathy (эмпатия), sympathy (симпатия) происходят от латинского и греческого passio и pathos, означающих «страдание». Быть открытым Другому — это означает желание открыться, чтобы испытать страдания. Кто не хочет страдать, тот, по мнению Гете, является всего лишь беспокойным гостем на земле.

    Любить Другого — значит чувствовать эти раны, быть внимательным к тому, что случилось и что происходит с этим человеком. Множество слов — например, compassion (сочувствие), empathy (эмпатия), sympathy (симпатия) происходят от латинского и греческого passio и pathos, означающих «страдание». Быть открытым Другому — это означает желание открыться, чтобы испытать страдания. Кто не хочет страдать, тот, по мнению Гете, является всего лишь беспокойным гостем на земле.

    — Джеймс Холлис · книга
15. «

    Юнг постоянно предупреждал, что терапевт не может продвинуться вместе с пациентом дальше того, чего достиг он сам... Но, как отмечал Платон в своем трактате «Республика», здоровье правителя неминуемо отражается и на здоровье его подданных.

    Юнг постоянно предупреждал, что терапевт не может продвинуться вместе с пациентом дальше того, чего достиг он сам... Но, как отмечал Платон в своем трактате «Республика», здоровье правителя неминуемо отражается и на здоровье его подданных.

    — Джеймс Холлис · книга
16. «

    Не бывает полностью алогичного поведения. Оно всегда логично, а точнее — психо-логично, если мы можем распознать аффективное состояние, из которого оно проистекает.

    Не бывает полностью алогичного поведения. Оно всегда логично, а точнее — психо-логично, если мы можем распознать аффективное состояние, из которого оно проистекает.

    — Джеймс Холлис · книга
17. «

    По сути, это самое ценное, что мы можем подарить Другому. Чем лучше становится наше Я, тем более ценным даром оно оказывается для других. Следовательно, мы пришли к следующему парадоксальному выводу: если мы хотим поддерживать хорошие отношения с другими, нам следует идти по жизни своим собственным путем.

    По сути, это самое ценное, что мы можем подарить Другому. Чем лучше становится наше Я, тем более ценным даром оно оказывается для других. Следовательно, мы пришли к следующему парадоксальному выводу: если мы хотим поддерживать хорошие отношения с другими, нам следует идти по жизни своим собственным путем.

    — Джеймс Холлис · книга
18. «

    ... любовным и дружеским отношениям присущи следующие восемь характерных черт: ощущение радости от присутствия другого человека, взаимопомощь, уважение, искренность, принятие другого человека таким, какой он есть, доверие, взаимопонимание и уверенность.

    ... любовным и дружеским отношениям присущи следующие восемь характерных черт: ощущение радости от присутствия другого человека, взаимопомощь, уважение, искренность, принятие другого человека таким, какой он есть, доверие, взаимопонимание и уверенность.

    — Джеймс Холлис · книга
19. «

    Реально только переживание Данте; нереальна же сама Беатриче, представляющая собой энергетический источник, питающий творчество Данте и делающий его мифопоэтическим голосом своей эпохи. И так происходит всегда: наш Возлюбленный, который нас вдохновляет, все время находится у нас внутри. По существу, это одно из самых поразительных свойств проекции: она помогает высвободиться энергии, которая иначе бы продолжала дремать. Нет сомнений, что это относится и ко мне, и к вам, и к Данте, и к любому художнику, любому антрепренеру, любому автомеханику, любой официантке, то есть к любому человеку.

    Реально только переживание Данте; нереальна же сама Беатриче, представляющая собой энергетический источник, питающий творчество Данте и делающий его мифопоэтическим голосом своей эпохи. И так происходит всегда: наш Возлюбленный, который нас вдохновляет, все время находится у нас внутри. По существу, это одно из самых поразительных свойств проекции: она помогает высвободиться энергии, которая иначе бы продолжала дремать. Нет сомнений, что это относится и ко мне, и к вам, и к Данте, и к любому художнику, любому антрепренеру, любому автомеханику, любой официантке, то есть к любому человеку.

    — Джеймс Холлис · книга
20. «

    Все отношения начинаются и заканчиваются разрывом, отделением, сепарацией. Кровеносная система матери соединяет нас с пульсом и ритмом космоса. Затем мы разрываем связь с Матерью, отделяемся от космоса, отделяемся от богов, отделяемся навсегда. И мы завершаем все отношения с людьми посредством отделения, которое мы называем смертью. Эта жуткая, ухмыляющаяся гостья является даже на брачную церемонию, напоминая счастливой паре, только что поклявшейся во взаимной и вечной любви, что, дав эту клятву, каждый из них дал свое согласие на потерю другого.

    Все отношения начинаются и заканчиваются разрывом, отделением, сепарацией. Кровеносная система матери соединяет нас с пульсом и ритмом космоса. Затем мы разрываем связь с Матерью, отделяемся от космоса, отделяемся от богов, отделяемся навсегда. И мы завершаем все отношения с людьми посредством отделения, которое мы называем смертью. Эта жуткая, ухмыляющаяся гостья является даже на брачную церемонию, напоминая счастливой паре, только что поклявшейся во взаимной и вечной любви, что, дав эту клятву, каждый из них дал свое согласие на потерю другого.

    — Джеймс Холлис · книга