105 цитат из книги «Джек Лондон. Мартин Иден» — коротко и по делу

105 цитат из книги «Джек Лондон. Мартин Иден» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Повторялась исконная трагедия одиночки, пытающегося внушить истину миру.

   Повторялась исконная трагедия одиночки, пытающегося внушить истину миру.

   — Мартин Иден · книга
2. «

   Не дано ей было следовать за полетом его мысли, и когда она не понимала его рассуждений, полагала, что он ошибается. Рассуждения всех окружающих были понятны ей. Она всегда понимала, что говорят мать и отец, братья и Олни, а потому, когда не понимала Мартина, виноватым считала его.

   Не дано ей было следовать за полетом его мысли, и когда она не понимала его рассуждений, полагала, что он ошибается. Рассуждения всех окружающих были понятны ей. Она всегда понимала, что говорят мать и отец, братья и Олни, а потому, когда не понимала Мартина, виноватым считала его.
3. «

   Об одном прошу: люби меня и верь в любовь.

   Об одном прошу: люби меня и верь в любовь.

   — Мартин Иден · книга
4. «

   Неужто любовь так примитивна и вульгарна, что должна питаться внешним успехом и признанием толпы?

   Неужто любовь так примитивна и вульгарна, что должна питаться внешним успехом и признанием толпы?

   — Мартин Иден · книга
5. «

   Бледный, тощий, почти уже мертвец — неоценимая находка для газетной сенсации.

   Бледный, тощий, почти уже мертвец — неоценимая находка для газетной сенсации.
6. «

   Он хотел выдвинуться, а не только зарабатывать на хлеб, и готов был на многие лишения, чтобы в конце концов добиться успеха.

   Он хотел выдвинуться, а не только зарабатывать на хлеб, и готов был на многие лишения, чтобы в конце концов добиться успеха.

   — Руфь · книга
7. «

   Нет, не по душе ему карьера мистера Батлера. В конце концов было в таком успехе что-то жалкое. Тридцать тысяч в год, конечно, хорошо, но больные кишки и неспособность радоваться простым человеческим радостям начисто обесценивают этот роскошный доход.

   Нет, не по душе ему карьера мистера Батлера. В конце концов было в таком успехе что-то жалкое. Тридцать тысяч в год, конечно, хорошо, но больные кишки и неспособность радоваться простым человеческим радостям начисто обесценивают этот роскошный доход.
8. «

   Надежды и тревоги Прошли, как облака, Благодарим вас, боги, Что жить нам не века. Что ночь за днем настанет, Что мертвый не восстанет, Дойдет и в море канет Усталая река.

   Надежды и тревоги Прошли, как облака, Благодарим вас, боги, Что жить нам не века. Что ночь за днем настанет, Что мертвый не восстанет, Дойдет и в море канет Усталая река.

   — Суинберн · книга
9. «

   Она знала, что Мартин беден, и это связывалось для нее с юностью Линкольна, мистера Батлера и многих других, кто потом добился успеха. К тому же, сознавая, что бедным быть не сладко, она, как истинная дочь среднего сословия, преспокойно полагала, будто бедность благотворна, что, подобно острой шпоре, она подгоняет по пути к успеху всех и каждого, кроме безнадежных тупиц и вконец опустившихся бродяг.

   Она знала, что Мартин беден, и это связывалось для нее с юностью Линкольна, мистера Батлера и многих других, кто потом добился успеха. К тому же, сознавая, что бедным быть не сладко, она, как истинная дочь среднего сословия, преспокойно полагала, будто бедность благотворна, что, подобно острой шпоре, она подгоняет по пути к успеху всех и каждого, кроме безнадежных тупиц и вконец опустившихся бродяг.
10. «

    Все связано в мире, от самой далекой звезды в небесных просторах и до мельчайшей крупицы песка под ногой человека.

    Все связано в мире, от самой далекой звезды в небесных просторах и до мельчайшей крупицы песка под ногой человека.
11. «

    Я сам по себе и не желаю подчинять свой вкус единодушному мнению всех на свете ценителей.

    Я сам по себе и не желаю подчинять свой вкус единодушному мнению всех на свете ценителей.

    — Мартин Иден · книга
12. «

    Когда мучительно устал от жизни, смерть готова успокоить тебя, одарить вечным сном.

    Когда мучительно устал от жизни, смерть готова успокоить тебя, одарить вечным сном.

    — Мартин Иден · книга
13. «

    Потом пришла боль, его душило. Это страдание не смерть, билась мысль в меркнущем сознании. Смерть не страдание. Это страшное удушье – жизнь, муки жизни, это последний удар, который наносит ему жизнь.

    Потом пришла боль, его душило. Это страдание не смерть, билась мысль в меркнущем сознании. Смерть не страдание. Это страшное удушье – жизнь, муки жизни, это последний удар, который наносит ему жизнь.
14. «

    А еще у него была мечта — достичь того свойственного идеальному репортеру совершенства, при котором из ничего можно сделать нечто и даже весьма шумливое нечто.

    А еще у него была мечта — достичь того свойственного идеальному репортеру совершенства, при котором из ничего можно сделать нечто и даже весьма шумливое нечто.
15. «

    И постоянно глядя друг на друга, подражая друг другу, эти жалкие существа готовы стереть свои индивидуальные особенности, отказаться от живой жизни, чтоб только не нарушить нелепых правил, у которых они с детства в плену.

    И постоянно глядя друг на друга, подражая друг другу, эти жалкие существа готовы стереть свои индивидуальные особенности, отказаться от живой жизни, чтоб только не нарушить нелепых правил, у которых они с детства в плену.

    — Мартин Иден · книга
16. «

    Вот-вот, решающая минута, на карту поставлено, как тебе кажется, всё твоё счастье, а ты по-прежнему боишься жизни… боишься жизни и крепкого словца.

    Вот-вот, решающая минута, на карту поставлено, как тебе кажется, всё твоё счастье, а ты по-прежнему боишься жизни… боишься жизни и крепкого словца.

    — Мартин Иден · книга
17. «

    Играя в незнакомую игру, никогда не делай первого хода.

    Играя в незнакомую игру, никогда не делай первого хода.
18. «

    Этот практицизм мешает вам видеть красоту, вы ее губите, словно дети, которые ловят бабочек и при этом стирают яркую пыльцу с чудесных крылышек.

    Этот практицизм мешает вам видеть красоту, вы ее губите, словно дети, которые ловят бабочек и при этом стирают яркую пыльцу с чудесных крылышек.

    — Руфь Морз · книга
19. «

    Они говорили с жаром и увлечением, мысли возбуждали их так, как других возбуждает гнев или спиртные напитки.

    Они говорили с жаром и увлечением, мысли возбуждали их так, как других возбуждает гнев или спиртные напитки.
20. «

    Это он и есть без памяти влюбленный; никакой другой титул не заставил бы его возгордиться больше. Наконец-то он понял смысл жизни, понял, для чего появился на свет.

    Это он и есть без памяти влюбленный; никакой другой титул не заставил бы его возгордиться больше. Наконец-то он понял смысл жизни, понял, для чего появился на свет.