17 цитат из книги «Джоди Пиколт. Чужое сердце», которые стоит перечитать

17 цитат из книги «Джоди Пиколт. Чужое сердце» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Семья — это не люди, это место. Место, где хранятся воспоминания.

   Семья — это не люди, это место. Место, где хранятся воспоминания.

   — Шэй Борн · книга
2. «

   А жизнь, она ведь любит бесцеремонно ткнуть тебя носом в твои же заблуждения.

   А жизнь, она ведь любит бесцеремонно ткнуть тебя носом в твои же заблуждения.
3. «

   Понятное дело, сексом я не занималась так давно, что у меня между ног выросла паутина...

   Понятное дело, сексом я не занималась так давно, что у меня между ног выросла паутина...

   — Мэгги · книга
4. «

   Когда ты не такой, как все, ты перестаешь замечать миллионы людей, готовых принять тебя таким, какой ты есть. Все твое внимание приковано к единственному человеку, который принимать тебя таким отказывается.

   Когда ты не такой, как все, ты перестаешь замечать миллионы людей, готовых принять тебя таким, какой ты есть. Все твое внимание приковано к единственному человеку, который принимать тебя таким отказывается.
5. «

   В этом мире так трудно отыскать любовь, найти человека, который придаст смысл твоему существованию. И ребенок, пожалуй, был чистейшим образцом такой любви. Ребенок – это любовь, которую не нужно искать, которой ничего не нужно доказывать, которую не нужно стремиться удержать.

   В этом мире так трудно отыскать любовь, найти человека, который придаст смысл твоему существованию. И ребенок, пожалуй, был чистейшим образцом такой любви. Ребенок – это любовь, которую не нужно искать, которой ничего не нужно доказывать, которую не нужно стремиться удержать.

   — Мэгги · книга
6. «

   Мне кажется, когда убивают ребенка, на самом деле умирают два человека. Вот только матери приходится еще долго терпеть сердцебиение.

   Мне кажется, когда убивают ребенка, на самом деле умирают два человека. Вот только матери приходится еще долго терпеть сердцебиение.

   — Кристиан · книга
7. «

   У потерь всегда соленый вкус.

   У потерь всегда соленый вкус.
8. «

   — Рай — это не место. — Я и не говорил, что его можно найти на карте... Если бы он был на небе птицы первыми попали бы туда. Если бы он был под водой, людей опередили бы рыбы. — Тогда где же он? — Внутри тебя самого. И снаружи тоже.

   — Рай — это не место. — Я и не говорил, что его можно найти на карте... Если бы он был на небе птицы первыми попали бы туда. Если бы он был под водой, людей опередили бы рыбы. — Тогда где же он? — Внутри тебя самого. И снаружи тоже.
9. «

   И я вспомнил, что людям свойственно не только не знать определенных вещей – им также свойственно верить. А вера – это единственное оружие в нашем арсенале, способное побороть сомнение.

   И я вспомнил, что людям свойственно не только не знать определенных вещей – им также свойственно верить. А вера – это единственное оружие в нашем арсенале, способное побороть сомнение.

   — Люсиус · книга
10. «

    На следующий день после бармицвы, на которой настояли родители, я, прочтя нужный отрывок из Торы и отпраздновав свой переход во взрослую жизнь, заявила, что отныне ноги моей не будет в синагоге. «Но почему?» – спросил отец. «Потому что, мне кажется, Богу наплевать, сижу ли я там каждую пятницу. Потому что я не понимаю, зачем нужна религия, которая основана на запретах, а не указаниях по преумножению добродетели. Потому что я сама не знаю, во что я верю».

    На следующий день после бармицвы, на которой настояли родители, я, прочтя нужный отрывок из Торы и отпраздновав свой переход во взрослую жизнь, заявила, что отныне ноги моей не будет в синагоге. «Но почему?» – спросил отец. «Потому что, мне кажется, Богу наплевать, сижу ли я там каждую пятницу. Потому что я не понимаю, зачем нужна религия, которая основана на запретах, а не указаниях по преумножению добродетели. Потому что я сама не знаю, во что я верю».

    — Мэгги · книга
11. «

    То, чего церковь боится больше всего, обычно и признают самой страшной ересью.

    То, чего церковь боится больше всего, обычно и признают самой страшной ересью.
12. «

    Я знал, что я любил и любовь эта была взаимной. Что человек способен обрести надежду, наблюдая, как растет сорняк. Что суть жизни человека – не в том, где он в конечном итоге оказался, а во множестве деталей, приведших его туда. Что все мы совершаем ошибки.

    Я знал, что я любил и любовь эта была взаимной. Что человек способен обрести надежду, наблюдая, как растет сорняк. Что суть жизни человека – не в том, где он в конечном итоге оказался, а во множестве деталей, приведших его туда. Что все мы совершаем ошибки.

    — Люсиус · книга
13. «

    Странно, право же, когда правосудие доверяют двенадцати незнакомым людям.

    Странно, право же, когда правосудие доверяют двенадцати незнакомым людям.

    — Джун · книга
14. «

    Однажды, еще в школе, я спросила у папы о религиях, которые с течением времени были признаны ложными. Греки и римляне, окруженные целым полчищем богов, считали, что ублажают их жертвоприношениями и молитвами в храмах. Однако сегодня набожные люди кривились при одном упоминании язычества. Откуда тебе знать, спросила я, что через пятьсот лет господствующая раса каких-нибудь пришельцев не будет брезгливо перебирать останки твоей Торы или их распятий и поражаться, до чего же мы были наивны? Отец, обычно охотно принимавший вызов и готовый «подумать над этим», как бы кощунственно «это» ни звучало, лишился дара речи. Наконец он сказал: «Религия, основанная на лжи, не продержалась бы две тысячи лет».

    Однажды, еще в школе, я спросила у папы о религиях, которые с течением времени были признаны ложными. Греки и римляне, окруженные целым полчищем богов, считали, что ублажают их жертвоприношениями и молитвами в храмах. Однако сегодня набожные люди кривились при одном упоминании язычества. Откуда тебе знать, спросила я, что через пятьсот лет господствующая раса каких-нибудь пришельцев не будет брезгливо перебирать останки твоей Торы или их распятий и поражаться, до чего же мы были наивны? Отец, обычно охотно принимавший вызов и готовый «подумать над этим», как бы кощунственно «это» ни звучало, лишился дара речи. Наконец он сказал: «Религия, основанная на лжи, не продержалась бы две тысячи лет».
15. «

    Говорят, что Бог не подвергнет тебя испытанию, которое ты не смог бы вынести. Но в таком случае встает вопрос поважнее: а зачем Бог вообще заставляет тебя страдать?

    Говорят, что Бог не подвергнет тебя испытанию, которое ты не смог бы вынести. Но в таком случае встает вопрос поважнее: а зачем Бог вообще заставляет тебя страдать?
16. «

    Даже собака знает, когда ее пнули, а когда об нее споткнулись.

    Даже собака знает, когда ее пнули, а когда об нее споткнулись.
17. «

    Между «да» и «нет» пролегает целая жизнь. Именно в этом заключается разница между той дорогой, по которой ты идешь, и той, на которую ты не свернул. Именно тут зияет зазор между тем, кем ты хотел стать, и тем, кем ты являешься. Именно это пространство ты в будущем заполнишь ложью, причем обманывать будешь только самого себя.

    Между «да» и «нет» пролегает целая жизнь. Именно в этом заключается разница между той дорогой, по которой ты идешь, и той, на которую ты не свернул. Именно тут зияет зазор между тем, кем ты хотел стать, и тем, кем ты являешься. Именно это пространство ты в будущем заполнишь ложью, причем обманывать будешь только самого себя.

    — Майкл · книга