43 цитаты из книги «Джон Грин. В поисках Аляски» — подборка редакции

Собрали 43 цитаты из книги «Джон Грин. В поисках Аляски» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   ... Переродиться и стать человеком без прошлого — лучше и быть не может.

   ... Переродиться и стать человеком без прошлого — лучше и быть не может.
2. «

   Лежать в постели и читать – ощущение было знакомое и приятное.

   Лежать в постели и читать – ощущение было знакомое и приятное.

   — Толстячок Майлз Холтер · книга
3. «

   Ты живешь, как будто в лабиринте застрял, думаешь о том, как однажды из него выберешься и как это будет прекрасно, и живешь именно этим воображением будущего, но оно никогда не наступает. Ты думаешь о будущем, чтобы сбежать из настоящего.

   Ты живешь, как будто в лабиринте застрял, думаешь о том, как однажды из него выберешься и как это будет прекрасно, и живешь именно этим воображением будущего, но оно никогда не наступает. Ты думаешь о будущем, чтобы сбежать из настоящего.

   — Аляска Янг · книга
4. «

   Ты оставила меня жить с «Невозможно», бросила в этом твоем чертовом лабиринте. Я ведь теперь даже не знаю, захотела ли ты выйти из него сама — быстро и по прямой, оставив меня тут одного нарочно. Получается, я тебя никогда и не знал на самом деле, да? Я не смогу тебя запомнить, потому что и не знал.

   Ты оставила меня жить с «Невозможно», бросила в этом твоем чертовом лабиринте. Я ведь теперь даже не знаю, захотела ли ты выйти из него сама — быстро и по прямой, оставив меня тут одного нарочно. Получается, я тебя никогда и не знал на самом деле, да? Я не смогу тебя запомнить, потому что и не знал.

   — Толстячок Майлз Холтер · книга
5. «

   Теперь, даже если на время становилось весело, вскоре все равно накатывала грусть, потому что, именно когда начинает казаться, что жизнь снова стала как раньше, особенно остро понимаешь, что ее не увидишь уже никогда.

   Теперь, даже если на время становилось весело, вскоре все равно накатывала грусть, потому что, именно когда начинает казаться, что жизнь снова стала как раньше, особенно остро понимаешь, что ее не увидишь уже никогда.

   — Толстячок Майлз Холтер · книга
6. «

   Нищий суфий в тряпье зашел в ювелирную палатку богатого торговца и спросил его: «Знаешь ли ты, как умрешь?» Богач ответил: «Нет. Никто не знает, как умрет». А суфий возразил: «Я знаю». — «Как же?» — поинтересовался хозяин лавки. Суфий лег на землю, скрестил на груди руки и сказал: «Вот так». И умер. И торговец раздал свое богатство и сам стал бедняком, стремясь к такому же духовному богатству, каким обладал умерший суфий.

   Нищий суфий в тряпье зашел в ювелирную палатку богатого торговца и спросил его: «Знаешь ли ты, как умрешь?» Богач ответил: «Нет. Никто не знает, как умрет». А суфий возразил: «Я знаю». — «Как же?» — поинтересовался хозяин лавки. Суфий лег на землю, скрестил на груди руки и сказал: «Вот так». И умер. И торговец раздал свое богатство и сам стал бедняком, стремясь к такому же духовному богатству, каким обладал умерший суфий.
7. «

   Будда говорил, что страдают люди из-за своих желаний, и когда мы избавимся от желаний — мы избавимся и от страданий.

   Будда говорил, что страдают люди из-за своих желаний, и когда мы избавимся от желаний — мы избавимся и от страданий.

   — Толстячок Майлз Холтер · книга
8. «

   Если вы возьмете генетический код Аляски, добавите к нему ее жизненный опыт, отношения с людьми, очертания и массу ее тела, она у вас все равно не получится. Есть что-то еще, что-то совершенно другое. Есть еще какая-то часть, более значимая, чем сумма измеримых составляющих. И эта часть тоже во что-то преобразуется, потому что она не может просто так исчезнуть.

   Если вы возьмете генетический код Аляски, добавите к нему ее жизненный опыт, отношения с людьми, очертания и массу ее тела, она у вас все равно не получится. Есть что-то еще, что-то совершенно другое. Есть еще какая-то часть, более значимая, чем сумма измеримых составляющих. И эта часть тоже во что-то преобразуется, потому что она не может просто так исчезнуть.

   — Толстячок Майлз Холтер · книга
9. «

   — «И ты возлюбишь своего ущербного ближнего ущербным сердцем своим», — зачитал я вслух. — Да, довольно хорошо. — Довольно хорошо? Конечно, жарито тоже довольно хорошие. Трахаться — довольно занятно. Солнце довольно горячее. Боже, в этих словах столько сказано о любви и сломленности — они безупречны.

   — «И ты возлюбишь своего ущербного ближнего ущербным сердцем своим», — зачитал я вслух. — Да, довольно хорошо. — Довольно хорошо? Конечно, жарито тоже довольно хорошие. Трахаться — довольно занятно. Солнце довольно горячее. Боже, в этих словах столько сказано о любви и сломленности — они безупречны.

   — Майлз Холтер · книга
10. «

    Люди верят в жизнь после смерти потому, что без этой веры им совсем невыносимо.

    Люди верят в жизнь после смерти потому, что без этой веры им совсем невыносимо.
11. «

    На обдумывание теории буддистов о всеобщей взаимосвязи у тебя есть целая жизнь. Но глядя из окна, ты упустил не менее интересное положение буддизма — их рекомендацию в любой момент повседневности находиться в настоящем, присутствовать в текущем мгновении.

    На обдумывание теории буддистов о всеобщей взаимосвязи у тебя есть целая жизнь. Но глядя из окна, ты упустил не менее интересное положение буддизма — их рекомендацию в любой момент повседневности находиться в настоящем, присутствовать в текущем мгновении.

    — доктор Хайд · книга
12. «

    Я лучше буду терзать себя сомнениями, чем узнаю правду, которую не смогу выдержать.

    Я лучше буду терзать себя сомнениями, чем узнаю правду, которую не смогу выдержать.

    — Толстячок Майлз Холтер · книга
13. «

    Мы не можем смириться с тем, что после смерти нас ждет огромная пустота, с тем, что наши любимые просто прекратили свое существование, не можем даже представить, что когда-то перестанем существовать и мы сами.

    Мы не можем смириться с тем, что после смерти нас ждет огромная пустота, с тем, что наши любимые просто прекратили свое существование, не можем даже представить, что когда-то перестанем существовать и мы сами.

    — Толстячок Майлз Холтер · книга
14. «

    Я наиболее остро ощущал несправедливость мира, ведь со мной обошлись абсолютно нечестно: я полюбил девушку, она была готова полюбить меня, но не могла из-за собственной смерти.

    Я наиболее остро ощущал несправедливость мира, ведь со мной обошлись абсолютно нечестно: я полюбил девушку, она была готова полюбить меня, но не могла из-за собственной смерти.

    — Толстячок Майлз Холтер · книга
15. «

    Господь накажет негодяев. А пока у него руки не дошли, накажем мы.

    Господь накажет негодяев. А пока у него руки не дошли, накажем мы.

    — Полковник · книга
16. «

    Он верил в равноправие ящиков и пихал в них все, что лезло.

    Он верил в равноправие ящиков и пихал в них все, что лезло.

    — Майлз Холтер · книга
17. «

    Память же тоже не вечна. И тогда получается, от тебя не остается ничего, ни призрака, ни даже его тени.

    Память же тоже не вечна. И тогда получается, от тебя не остается ничего, ни призрака, ни даже его тени.

    — Толстячок Майлз Холтер · книга
18. «

    ... На удачу рассчитывают только обсосы.

    ... На удачу рассчитывают только обсосы.

    — Аляска Янг · книга
19. «

    И ты возлюбишь своего ущербного ближнего ущербным сердцем своим.

    И ты возлюбишь своего ущербного ближнего ущербным сердцем своим.

    — Уистен Хью Оден · книга
20. «

    Такие вещи нельзя оттягивать целую вечность. В какой-то момент пластырь просто необходимо отодрать ― больно, но потом все, и становится лучше.

    Такие вещи нельзя оттягивать целую вечность. В какой-то момент пластырь просто необходимо отодрать ― больно, но потом все, и становится лучше.

    — Толстячок Майлз Холтер · книга