110 цитат из книги «Джонатан Свифт. Путешествия Лемюэля Гулливера», которые стоит перечитать

110 цитат из книги «Джонатан Свифт. Путешествия Лемюэля Гулливера» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Большинство ваших соотечественников есть порода маленьких отвратительных гадов, самых зловредных из всех, какие когда-либо ползали по земной поверхности.

   Большинство ваших соотечественников есть порода маленьких отвратительных гадов, самых зловредных из всех, какие когда-либо ползали по земной поверхности.

   — Король · книга
2. «

   Каждая из наций гордится древностью, красотой и выразительностью своего языка, относясь с явным презрением к языку своего соседа.

   Каждая из наций гордится древностью, красотой и выразительностью своего языка, относясь с явным презрением к языку своего соседа.

   — Лемюэль Гулливер · книга
3. «

   В судейском сословии установилось правило, что все однажды совершенное может быть законным образом совершено вновь; на этом основании судьи с великой заботливостью сохраняют все старые решения, попирающие справедливость и здравый человеческий смысл. Эти решения известны у них под именем прецедентов.

   В судейском сословии установилось правило, что все однажды совершенное может быть законным образом совершено вновь; на этом основании судьи с великой заботливостью сохраняют все старые решения, попирающие справедливость и здравый человеческий смысл. Эти решения известны у них под именем прецедентов.

   — Лемюэль Гулливер · книга
4. «

   Зачатки разврата, кокетства, придирчивости и злословия прирождены всему женскому полу.

   Зачатки разврата, кокетства, придирчивости и злословия прирождены всему женскому полу.

   — Лемюэль Гулливер · книга
5. «

   Я сообщил ему, что некоторые матросы моего экипажа покинули свою родину, потому что были разорены законом; он недоумевал, каким образом закон, назначение которого охранять интересы каждого, может привести кого-нибудь к разорению.

   Я сообщил ему, что некоторые матросы моего экипажа покинули свою родину, потому что были разорены законом; он недоумевал, каким образом закон, назначение которого охранять интересы каждого, может привести кого-нибудь к разорению.

   — Лемюэль Гулливер · книга
6. «

   Воспитательные заведения для мальчиков благородного или знатного происхождения находятся под руководством солидных и образованных педагогов. Одежда и пища детей отличаются скромностью и простотой. Они воспитываются в правилах чести, справедливости, храбрости; в них развивают скромность, милосердие, религиозные чувства и любовь к отечеству. Воспитательные заведения для детей рядового дворянства, купцов и ремесленников устроены по тому же образцу, с тою лишь разницею, что дети, предназначенные быть ремесленниками, с одиннадцати лет обучаются мастерству, между тем, как дети знатных особ продолжают общее образование до пятнадцати лет.

   Воспитательные заведения для мальчиков благородного или знатного происхождения находятся под руководством солидных и образованных педагогов. Одежда и пища детей отличаются скромностью и простотой. Они воспитываются в правилах чести, справедливости, храбрости; в них развивают скромность, милосердие, религиозные чувства и любовь к отечеству. Воспитательные заведения для детей рядового дворянства, купцов и ремесленников устроены по тому же образцу, с тою лишь разницею, что дети, предназначенные быть ремесленниками, с одиннадцати лет обучаются мастерству, между тем, как дети знатных особ продолжают общее образование до пятнадцати лет.
7. «

   Он не понимал, почему того, кто исповедует мнения, пагубные для общества, принуждают изменять их, но не принуждают держать их при себе.

   Он не понимал, почему того, кто исповедует мнения, пагубные для общества, принуждают изменять их, но не принуждают держать их при себе.
8. «

   Разум учит нас утверждать или отрицать только то, в чем мы уверены, а чего не знаем, того не вправе ни утверждать, ни отрицать.

   Разум учит нас утверждать или отрицать только то, в чем мы уверены, а чего не знаем, того не вправе ни утверждать, ни отрицать.

   — Хозяин · книга
9. «

   Если какой-нибудь город поднимает мятеж или восстание, если в нем вспыхивает междоусобица или он отказывается платить обычные подати, то король лишает их благодетельного действия солнца и дождя, так что в непокорной стране начинается голод и болезни. Эта карательная мера усиливается метанием сверху больлших камней, от которых население может укрыться только в подвалах и погребах. Если мятеж продолжает упорствовать, остров опускается на головы непокорных и сокрушает их вместе с их домами.

   Если какой-нибудь город поднимает мятеж или восстание, если в нем вспыхивает междоусобица или он отказывается платить обычные подати, то король лишает их благодетельного действия солнца и дождя, так что в непокорной стране начинается голод и болезни. Эта карательная мера усиливается метанием сверху больлших камней, от которых население может укрыться только в подвалах и погребах. Если мятеж продолжает упорствовать, остров опускается на головы непокорных и сокрушает их вместе с их домами.

   — Лемюэль Гулливер · книга
10. «

    Признается справедливой война с самым близким союзником, если какой-нибудь его город расположен удобно для нас или кусок его территории округлит и завершит наши владения.

    Признается справедливой война с самым близким союзником, если какой-нибудь его город расположен удобно для нас или кусок его территории округлит и завершит наши владения.

    — Лемюэль Гулливер · книга
11. «

    Мой краткий исторический очерк нашей страны за последнее столетие поверг короля в крайнее изумление. Он объявил, что по его мнению, эта история есть не что иное, как куча заговоров, смут, убийств, волнений, революций и высылок, являющихся худшим результатом жадности, партийности, лицемерия, вероломства, жестокости, бешенства, безумия, ненависти, зависти, сластолюбия, злобы и честолюбия.

    Мой краткий исторический очерк нашей страны за последнее столетие поверг короля в крайнее изумление. Он объявил, что по его мнению, эта история есть не что иное, как куча заговоров, смут, убийств, волнений, революций и высылок, являющихся худшим результатом жадности, партийности, лицемерия, вероломства, жестокости, бешенства, безумия, ненависти, зависти, сластолюбия, злобы и честолюбия.
12. «

    На свете нет такой нелепости, которая не имела бы своих защитников среди философов.

    На свете нет такой нелепости, которая не имела бы своих защитников среди философов.
13. «

    Мы часто познаем на опыте, с каким упрямством и легкомыслием молодежь не хочет слушаться трезвых советов старших.

    Мы часто познаем на опыте, с каким упрямством и легкомыслием молодежь не хочет слушаться трезвых советов старших.

    — Лемюэль Гулливер · книга
14. «

    В свой рассказ я всегда вносил похвальное пристрастие к своему отечеству, которое Диониссий Галикарнасский столь справедливо рекомендует всем историкам; мне хотелось скрыть слабости и уродливые влияния в жизни своей родины и выставить в самом благородном свете ее красоту и добродетель.

    В свой рассказ я всегда вносил похвальное пристрастие к своему отечеству, которое Диониссий Галикарнасский столь справедливо рекомендует всем историкам; мне хотелось скрыть слабости и уродливые влияния в жизни своей родины и выставить в самом благородном свете ее красоту и добродетель.

    — Лемюэль Гулливер · книга
15. «

    Происхождение мое очень невысокое, так как мои родители были скромные честные люди, которые едва имели возможность дать мне сносное образование.

    Происхождение мое очень невысокое, так как мои родители были скромные честные люди, которые едва имели возможность дать мне сносное образование.

    — Лемюэль Гулливер · книга
16. «

    Честолюбие монархов так безмерно, что император задумал обратить всю империю Блефуску в собственную провинцию и управлять ею через своего наместника, истребив укрывающихся там Тупоконечников и принудив всех блефускуанцев разбивать яйца с острого конца.

    Честолюбие монархов так безмерно, что император задумал обратить всю империю Блефуску в собственную провинцию и управлять ею через своего наместника, истребив укрывающихся там Тупоконечников и принудив всех блефускуанцев разбивать яйца с острого конца.
17. «

    Дружба и доброжелательство являются двумя главными добродетелями гуигнгнмов, и они не ограничиваются отдельными особями, но простираются на всю расу. Гуигнгнмы думают, что природа учит их одинаково любить всех подобных им и один только разум устанавливает различия между индивидуумами соответственно высоте их добродетели.

    Дружба и доброжелательство являются двумя главными добродетелями гуигнгнмов, и они не ограничиваются отдельными особями, но простираются на всю расу. Гуигнгнмы думают, что природа учит их одинаково любить всех подобных им и один только разум устанавливает различия между индивидуумами соответственно высоте их добродетели.

    — Лемюэль Гулливер · книга
18. «

    И с большой убедительностью они доказали мне, что без развращенности нравов невозможно удержать королевский трон, потому что положительный, смелый, настойчивый характер, который создаётся у человека добродетелью, является постоянной помехой в государственной деятельности.

    И с большой убедительностью они доказали мне, что без развращенности нравов невозможно удержать королевский трон, потому что положительный, смелый, настойчивый характер, который создаётся у человека добродетелью, является постоянной помехой в государственной деятельности.
19. «

    Измена зарождается в сердце прежде, чем проявляет себя в действии.

    Измена зарождается в сердце прежде, чем проявляет себя в действии.

    — лилипуты · книга
20. «

    Одни только деньги способны доставить красивые платья, великолепные дома, большие пространства земли, самые дорогие яства и напитки, выбор самых красивых самок.

    Одни только деньги способны доставить красивые платья, великолепные дома, большие пространства земли, самые дорогие яства и напитки, выбор самых красивых самок.

    — Лемюэль Гулливер · книга