55 цитат из книги «Джонатан Троппер. Дальше живите сами» для вдохновения

Ниже 55 цитат из книги «Джонатан Троппер. Дальше живите сами»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Венди вздыхает, давая понять, как мучительно для неё пробиваться через непроходимую чащу моей тупости.

   Венди вздыхает, давая понять, как мучительно для неё пробиваться через непроходимую чащу моей тупости.
2. «

   Знать еще больнее, чем не знать.

   Знать еще больнее, чем не знать.
3. «

   — Ну почему нам нельзя остаться друзьями? — произносит она. — Ты спишь с моим боссом. Это довольно веская причина.

   — Ну почему нам нельзя остаться друзьями? — произносит она. — Ты спишь с моим боссом. Это довольно веская причина.

   — Джен · книга
4. «

   А потом мы разом замолчали, и наступил один из тех моментов по-настоящему мёртвой тишины, когда слышно, как вертится у тебя под ногами планета, а ты стоишь, и у тебя постепенно начинает кружиться голова.

   А потом мы разом замолчали, и наступил один из тех моментов по-настоящему мёртвой тишины, когда слышно, как вертится у тебя под ногами планета, а ты стоишь, и у тебя постепенно начинает кружиться голова.

   — Джад Фоксман · книга
5. «

   Какая жизнь, такие и шутки.

   Какая жизнь, такие и шутки.

   — Пенни Мор · книга
6. «

   Наше прошлое — это хвост кометы, а мы стремимся в будущее, и впереди — вся вселенная.

   Наше прошлое — это хвост кометы, а мы стремимся в будущее, и впереди — вся вселенная.
7. «

   Все отдам, лишь бы снова влюбиться. Когда-то я обожал быть влюбленным: поцелуи взасос, лихорадочные совокупления, пламенные признания, телефонные разговоры по ночам, а еще интимный, понятный только двоим язык и доступные только двоим шутки, а еще ее пальцы, доверчивые и властные, которые не отпускают твой локоть, когда ты ужинаешь в компании с ее друзьями.

   Все отдам, лишь бы снова влюбиться. Когда-то я обожал быть влюбленным: поцелуи взасос, лихорадочные совокупления, пламенные признания, телефонные разговоры по ночам, а еще интимный, понятный только двоим язык и доступные только двоим шутки, а еще ее пальцы, доверчивые и властные, которые не отпускают твой локоть, когда ты ужинаешь в компании с ее друзьями.

   — Джад · книга
8. «

   Нырнув в сладкий бело-розовый бермудский треугольник её раскинутых ног, я пропал там без следа.

   Нырнув в сладкий бело-розовый бермудский треугольник её раскинутых ног, я пропал там без следа.
9. «

   — Ну почему нам нельзя остаться друзьями? — произносит она. - Ты спишь с моим боссом. Это довольно веская причина. Она закрывает глаза, призывая на помощь всё бездонное терпение, которое требуется, чтобы иметь со мной дело. <...> — Ты прав, я не святая, — говорит она, всем своим видом показывая, что я кругом не прав, а она святая, но ей скучно со мной спорить. — Мне было очень плохо, и от желания снова стать счастливой я поступила непростительно. Я разрушила нашу жизнь, и ты меня за это ненавидишь.

   — Ну почему нам нельзя остаться друзьями? — произносит она. - Ты спишь с моим боссом. Это довольно веская причина. Она закрывает глаза, призывая на помощь всё бездонное терпение, которое требуется, чтобы иметь со мной дело. <...> — Ты прав, я не святая, — говорит она, всем своим видом показывая, что я кругом не прав, а она святая, но ей скучно со мной спорить. — Мне было очень плохо, и от желания снова стать счастливой я поступила непростительно. Я разрушила нашу жизнь, и ты меня за это ненавидишь.

   — Джен · книга
10. «

    ...про наших ближних мы знаем только одно: что мы ничегошеньки о них не знаем.

    ...про наших ближних мы знаем только одно: что мы ничегошеньки о них не знаем.

    — Джад Фоксман · книга
11. «

    Нет, все-таки не только чужая душа — потемки, но и своя тоже.

    Нет, все-таки не только чужая душа — потемки, но и своя тоже.
12. «

    — Ты веришь в Бога? — В общем, нет. Не верю. — Тогда зачем мы ходим в синагогу? — А вдруг я ошибаюсь?

    — Ты веришь в Бога? — В общем, нет. Не верю. — Тогда зачем мы ходим в синагогу? — А вдруг я ошибаюсь?
13. «

    Не женись на красивой, не женись. Боготвори её, если угодно, спи с ней, если даст, ибо каждый должен хотя бы раз в жизни познать совершенство, дотронуться до него, овладеть им... Но о браке даже не думай, это дело дохлое. Тебе будет постоянно казаться, что ты незваный гость на собственном празднике. Ты даже не испытаешь счастья, потому что проведёшь всю жизнь втянув голову в плечи — в ожидании кирпича, который, того и гляди, упадёт на тебя сверху.

    Не женись на красивой, не женись. Боготвори её, если угодно, спи с ней, если даст, ибо каждый должен хотя бы раз в жизни познать совершенство, дотронуться до него, овладеть им... Но о браке даже не думай, это дело дохлое. Тебе будет постоянно казаться, что ты незваный гость на собственном празднике. Ты даже не испытаешь счастья, потому что проведёшь всю жизнь втянув голову в плечи — в ожидании кирпича, который, того и гляди, упадёт на тебя сверху.
14. «

    Я существую в разных измерениях и понятия не имею, где моё настоящее место.

    Я существую в разных измерениях и понятия не имею, где моё настоящее место.

    — Джад Фоксман · книга
15. «

    — Хорри, всё давно быльём поросло. Ты был не в себе. Он кивает, выдувает дым в черноту ночи, смотрит, как колечки растворяются в янтарном свете уличного фонаря. — Я и сейчас не в себе, — говорит он.

    — Хорри, всё давно быльём поросло. Ты был не в себе. Он кивает, выдувает дым в черноту ночи, смотрит, как колечки растворяются в янтарном свете уличного фонаря. — Я и сейчас не в себе, — говорит он.

    — Джад Фоксман · книга
16. «

    В сущности, мы никогда и ни с кем не делимся своими мыслями, мы делимся лишь отфильтрованными, обеззараженными, разбавленными водицей растворами этих мыслей, их сладенькими голливудскими экранизациями, предназначенными для детей от тринадцати и старше.

    В сущности, мы никогда и ни с кем не делимся своими мыслями, мы делимся лишь отфильтрованными, обеззараженными, разбавленными водицей растворами этих мыслей, их сладенькими голливудскими экранизациями, предназначенными для детей от тринадцати и старше.
17. «

    В какой-то момент уже совершенно не важно, кто прав, а кто виноват. Злость и обида превращаются в дурную привычку, вроде курения. Ты травишь себя, даже не задумываясь о том, что делаешь.

    В какой-то момент уже совершенно не важно, кто прав, а кто виноват. Злость и обида превращаются в дурную привычку, вроде курения. Ты травишь себя, даже не задумываясь о том, что делаешь.
18. «

    Если вам случалось пройти через крушение брака — а по статистике, вы через это либо уже прошли, либо пройдете в скором времени, — то вы знаете, что в конце пути всегда вспоминается начало.

    Если вам случалось пройти через крушение брака — а по статистике, вы через это либо уже прошли, либо пройдете в скором времени, — то вы знаете, что в конце пути всегда вспоминается начало.
19. «

    Застав собственную жену в постели с другим, проще успокоить душу выстрелом из «магнума» 357-го калибра, а не научными изысканиями. Но я знал, что вопросы неизбежны. <...> Однако там, в спальне, меня мучил только один вопрос, вопрос жизни и смерти, и ответ на него я хотел получить безотлагательно. Вопрос мой был самым примитивным и звучал так: что будет, если запулить в задницу Уэйда Буланже этим клубнично-шоколадным тортиком с горящими свечками — тридцатью тремя и одной на счастье? Оказалось, будет круто.

    Застав собственную жену в постели с другим, проще успокоить душу выстрелом из «магнума» 357-го калибра, а не научными изысканиями. Но я знал, что вопросы неизбежны. <...> Однако там, в спальне, меня мучил только один вопрос, вопрос жизни и смерти, и ответ на него я хотел получить безотлагательно. Вопрос мой был самым примитивным и звучал так: что будет, если запулить в задницу Уэйда Буланже этим клубнично-шоколадным тортиком с горящими свечками — тридцатью тремя и одной на счастье? Оказалось, будет круто.

    — Джад Фоксман · книга
20. «

    Ему понадобилось четыре месяца, чтобы умереть, — на три больше, чем предсказывали онкологи. <...> Оставайся он в сознании, наверняка бы сердился, что ему никак не удается сдохнуть, хотя дело вроде бы незатейливое. В Бога он не верил, а жизнь прожил под девизом «Сри или слезь с толчка».

    Ему понадобилось четыре месяца, чтобы умереть, — на три больше, чем предсказывали онкологи. <...> Оставайся он в сознании, наверняка бы сердился, что ему никак не удается сдохнуть, хотя дело вроде бы незатейливое. В Бога он не верил, а жизнь прожил под девизом «Сри или слезь с толчка».