36 цитат из книги «Джордж Мартин. Пир стервятников», ставших крылатыми

Собрали 36 цитат из книги «Джордж Мартин. Пир стервятников» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Мы рождены для того, чтобы страдать. Страдания делают нас сильнее.

   Мы рождены для того, чтобы страдать. Страдания делают нас сильнее.

   — Эйерон Грейджой · книга
2. «

   – Ты слишком много думаешь, Дядя. – Правда? – Отец бы сказал именно так. – Оберин думал чуточку меньше. – Некоторые мужчины раздумывают потому, что боятся действовать. – Есть разница между страхом и осторожностью.

   – Ты слишком много думаешь, Дядя. – Правда? – Отец бы сказал именно так. – Оберин думал чуточку меньше. – Некоторые мужчины раздумывают потому, что боятся действовать. – Есть разница между страхом и осторожностью.

   — Доран Мартелл · книга
3. «

   — Знаешь, что хорошего в героях, Джейме? — фыркнул сир Давен. — Они все умирают молодыми, а нам, грешным, больше женщин из-за этого достается.

   — Знаешь, что хорошего в героях, Джейме? — фыркнул сир Давен. — Они все умирают молодыми, а нам, грешным, больше женщин из-за этого достается.
4. «

   ... Безумная мысль — лишь отчаяние могло породить такую.

   ... Безумная мысль — лишь отчаяние могло породить такую.

   — Сэмвелл Тарли · книга
5. «

   В Королевской Гавани лорда Тайвина никогда не любили, да он и не старался завоевать любовь — чью бы то ни было. «Любовью сыт не будешь, и коня на неё не купишь, и дом она не согреет в холодную ночь», — сказал он при ней Джейме, когда они с братом были не старше Томмена.

   В Королевской Гавани лорда Тайвина никогда не любили, да он и не старался завоевать любовь — чью бы то ни было. «Любовью сыт не будешь, и коня на неё не купишь, и дом она не согреет в холодную ночь», — сказал он при ней Джейме, когда они с братом были не старше Томмена.

   — Тайвин Ланнистер · книга
6. «

   Когда первый луч солнца пробил облака на востоке, с Морской Септы в порту зазвонили утренние колокола. Мгновением позже к ней присоединилась Септа Лорда, потом Семь Храмов из садов вдоль Медовухи, и наконец Звездная Септа, в которой за тысячу лет до прихода Аэгона в Королевскую Гавань сидел Верховный Септон. Вместе, они создавали внушительный оркестр. – «Но даже они не могут сравниться с одним крохотным соловьем».

   Когда первый луч солнца пробил облака на востоке, с Морской Септы в порту зазвонили утренние колокола. Мгновением позже к ней присоединилась Септа Лорда, потом Семь Храмов из садов вдоль Медовухи, и наконец Звездная Септа, в которой за тысячу лет до прихода Аэгона в Королевскую Гавань сидел Верховный Септон. Вместе, они создавали внушительный оркестр. – «Но даже они не могут сравниться с одним крохотным соловьем».

   — Пэт · книга
7. «

   – Я принесу вам голову любого, кто посмеет вас предать. – Не нужны мне ничьи головы. Мне нужно послушание.

   – Я принесу вам голову любого, кто посмеет вас предать. – Не нужны мне ничьи головы. Мне нужно послушание.

   — Доран Мартелл · книга
8. «

   История — это колесо, ибо натура человека неизменна по сути своей. То, что было раньше, случится опять.

   История — это колесо, ибо натура человека неизменна по сути своей. То, что было раньше, случится опять.

   — Родрик Грейджой · книга
9. «

   — Может, за Пейтом послать? Мне твоя воля не указ. Ты мой сын. — Я еще и король. Маргери говорит, что короля все должны слушаться. Я хочу, чтобы завтра оседлали моего белого скакуна и чтобы сир Лорас поучил меня атаке с копьем. Еще хочу котенка и не хочу есть свеклу, — король, завершив свою речь, скрестил руки на груди.

   — Может, за Пейтом послать? Мне твоя воля не указ. Ты мой сын. — Я еще и король. Маргери говорит, что короля все должны слушаться. Я хочу, чтобы завтра оседлали моего белого скакуна и чтобы сир Лорас поучил меня атаке с копьем. Еще хочу котенка и не хочу есть свеклу, — король, завершив свою речь, скрестил руки на груди.

   — Серсея Ланнистер · книга
10. «

    Девять сыновей родились у Квеллона Грейджоя, но только четверо дожили до взрослого возраста. Такова воля этого холодного мира, в котором мужчины ловят рыбу, копают землю и умирают, пока женщины рожают им недолго живущих сыновей на ложе крови и боли.

    Девять сыновей родились у Квеллона Грейджоя, но только четверо дожили до взрослого возраста. Такова воля этого холодного мира, в котором мужчины ловят рыбу, копают землю и умирают, пока женщины рожают им недолго живущих сыновей на ложе крови и боли.

    — Эйерон Грейджой · книга
11. «

    – Разумно ли это? – Не разумно, зато необходимо.

    – Разумно ли это? – Не разумно, зато необходимо.

    — Доран Мартелл · книга
12. «

    Когда не делаешь промахов, перестаешь совершенствоваться.

    Когда не делаешь промахов, перестаешь совершенствоваться.
13. «

    ...цену мужчины определяет тот меч, что в руке, а не тот, что помещается между ног.

    ...цену мужчины определяет тот меч, что в руке, а не тот, что помещается между ног.
14. «

    Слова — это ветер, — ответил он им, — а ветер хорош лишь когда он наполняет твои паруса.

    Слова — это ветер, — ответил он им, — а ветер хорош лишь когда он наполняет твои паруса.
15. «

    Отец говорил, что скорый удар меча защищает надежней любого щита.

    Отец говорил, что скорый удар меча защищает надежней любого щита.

    — Серсея Ланнистер · книга
16. «

    Смерть — не самое худшее. Это дар, который преподносит нам бог, прекращение нужды и страданий. Когда мы рождаемся на свет, Многоликий каждому из нас посылает темного ангела, который идет за нами по жизни. Когда человек более не может нести груз своих грехов и своих мук, ангел берет его за руку и уводит в край ночи, где светят вечно звезды.

    Смерть — не самое худшее. Это дар, который преподносит нам бог, прекращение нужды и страданий. Когда мы рождаемся на свет, Многоликий каждому из нас посылает темного ангела, который идет за нами по жизни. Когда человек более не может нести груз своих грехов и своих мук, ангел берет его за руку и уводит в край ночи, где светят вечно звезды.
17. «

    Принцы строят планы, а боги разбивают их вдребезги.

    Принцы строят планы, а боги разбивают их вдребезги.
18. «

    – Но какой прок от свечей, которые не дают света? – Это урок, – ответил Армен. – Последний урок, который мы должны выучить перед тем, как закончим наши мейстерские цепи. Стекло свечи предназначено олицетворять истину и учение, редкость, красоту и его хрупкость. То, что эта вещь представлена в форме свечи должно напоминать нам, что мейстер должен нести свет всюду, где бы он ни служил, а ее острые грани напоминание о том, что знания могут быть опасны. Умные люди могут стать высокомерными, но мейстер должен всегда оставаться скромным. И стеклянная свеча призвана напоминать нам обо всем этом разом. Даже после принесения клятв, обретения цепи и поступления на службу, мейстер будет вспоминать темноту своего одиночества, и тщетность своих попыток зажечь стеклянную свечу… потому, что даже имея знания, не все в этом мире возможно.

    – Но какой прок от свечей, которые не дают света? – Это урок, – ответил Армен. – Последний урок, который мы должны выучить перед тем, как закончим наши мейстерские цепи. Стекло свечи предназначено олицетворять истину и учение, редкость, красоту и его хрупкость. То, что эта вещь представлена в форме свечи должно напоминать нам, что мейстер должен нести свет всюду, где бы он ни служил, а ее острые грани напоминание о том, что знания могут быть опасны. Умные люди могут стать высокомерными, но мейстер должен всегда оставаться скромным. И стеклянная свеча призвана напоминать нам обо всем этом разом. Даже после принесения клятв, обретения цепи и поступления на службу, мейстер будет вспоминать темноту своего одиночества, и тщетность своих попыток зажечь стеклянную свечу… потому, что даже имея знания, не все в этом мире возможно.

    — Пэт · книга
19. «

    Прежде чем стать бегуном, надо научиться ходить.

    Прежде чем стать бегуном, надо научиться ходить.
20. «

    Люди чести ради своих детей совершают такие вещи, которые им даже в голову не пришло бы делать ради себя самих.

    Люди чести ради своих детей совершают такие вещи, которые им даже в голову не пришло бы делать ради себя самих.

    — Петир Бейлиш · книга