47 цитат из книги «Джордж Оруэлл. Глотнуть воздуха» — читать онлайн

Собрали 47 цитат из книги «Джордж Оруэлл. Глотнуть воздуха» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   А замечали вы, как часто палачами служить берут именно недомерков?

   А замечали вы, как часто палачами служить берут именно недомерков?

   — Джордж Боулинг · книга
2. «

   Я получил работу, а работа получила меня.

   Я получил работу, а работа получила меня.

   — Джордж Боулинг · книга
3. «

   Вечная беда любого митинга: половина толпы уходит, так и не поняв, что за проблема обсуждалась.

   Вечная беда любого митинга: половина толпы уходит, так и не поняв, что за проблема обсуждалась.
4. «

   От ужаса перед будущим мы сами торопливо лезем в него, как кролики в пасть удава.

   От ужаса перед будущим мы сами торопливо лезем в него, как кролики в пасть удава.

   — Джордж Боулинг · книга
5. «

   Любопытная штука — прошлое. Оно всегда с тобой: думаю, часа не проходит без мысли о чем-то, что было десять-двадцать лет назад. Причем обычно это будто не из жизни, а из учебника истории. Но иной раз какой-нибудь вид или запах ( в особенности запах) — и ты не просто вспомнишь, ты окажешься там, в прошлом.

   Любопытная штука — прошлое. Оно всегда с тобой: думаю, часа не проходит без мысли о чем-то, что было десять-двадцать лет назад. Причем обычно это будто не из жизни, а из учебника истории. Но иной раз какой-нибудь вид или запах ( в особенности запах) — и ты не просто вспомнишь, ты окажешься там, в прошлом.

   — Джордж Боулинг · книга
6. «

   Настоящей жизнью жилось только на каникулах и в выходные.

   Настоящей жизнью жилось только на каникулах и в выходные.

   — Джордж Боулинг · книга
7. «

   Война приглушила все людские чувства вплоть до драматичных переживаний потери собственности.

   Война приглушила все людские чувства вплоть до драматичных переживаний потери собственности.

   — Джордж Боулинг · книга
8. «

   Любопытно: потому только, что вам случилось слегла растолстеть, чуть ли не всякий, даже совершенно незнакомый, вправе кинуть насмешливое прозвище, глумясь над вашей особой комплекцией.

   Любопытно: потому только, что вам случилось слегла растолстеть, чуть ли не всякий, даже совершенно незнакомый, вправе кинуть насмешливое прозвище, глумясь над вашей особой комплекцией.

   — Джордж Боулинг · книга
9. «

   Ты думаешь, на войне героизм и боевые ордена? Да уверяю тебя, ничего подобного. Нет больше штыковых атак, а если доведется такое испытать, будет совсем не то, что тебе видится. Ты не почувствуешь себя героем. Почувствуешь ты лишь смертельную усталость после трех бессонных суток, почувствуешь, что провонял весь как хорек, что штаны мокрые от страха, а руки так закоченели, что винтовку не удержать. И главное — что уже на все наплевать. Вот так будет.

   Ты думаешь, на войне героизм и боевые ордена? Да уверяю тебя, ничего подобного. Нет больше штыковых атак, а если доведется такое испытать, будет совсем не то, что тебе видится. Ты не почувствуешь себя героем. Почувствуешь ты лишь смертельную усталость после трех бессонных суток, почувствуешь, что провонял весь как хорек, что штаны мокрые от страха, а руки так закоченели, что винтовку не удержать. И главное — что уже на все наплевать. Вот так будет.

   — Джордж Боулинг · книга
10. «

    Рыбалка! Признаюсь вам в одной вещи, вернее — в двух. Первое — оглядев всю пройденную жизнь, я искренне не могу вспомнить ничего, что зажигало меня так же, как рыбалка. Все тускнеет в сравнении, даже женщины. Не стану уверять в своем к ним равнодушии. Я столько сил и времени потратил, гоняясь за бабами, да и теперь при случае не прочь. Однако если бы на выбор предлагалось: вот тебе женщина (ну, женщина как таковая), а вот десятифунтовый сазан, — победа каждый раз осталась бы за рыбой. Второе, в чем нужно признаться, — после шестнадцати я на рыбалку ни разу не ходил.

    Рыбалка! Признаюсь вам в одной вещи, вернее — в двух. Первое — оглядев всю пройденную жизнь, я искренне не могу вспомнить ничего, что зажигало меня так же, как рыбалка. Все тускнеет в сравнении, даже женщины. Не стану уверять в своем к ним равнодушии. Я столько сил и времени потратил, гоняясь за бабами, да и теперь при случае не прочь. Однако если бы на выбор предлагалось: вот тебе женщина (ну, женщина как таковая), а вот десятифунтовый сазан, — победа каждый раз осталась бы за рыбой. Второе, в чем нужно признаться, — после шестнадцати я на рыбалку ни разу не ходил.

    — Джордж Боулинг · книга
11. «

    Не странно ли мы существуем, навек приняв, что все, о чем мечталось, абсолютно несбыточно?

    Не странно ли мы существуем, навек приняв, что все, о чем мечталось, абсолютно несбыточно?

    — Джордж Боулинг · книга
12. «

    Дети — это просто зверьки, за исключением того, что ни один зверек не обладает и четвертью детского эгоизма.

    Дети — это просто зверьки, за исключением того, что ни один зверек не обладает и четвертью детского эгоизма.
13. «

    Я читал вещи, которые хотел читать, из которых извлек больше, чем из того, что разбиралось на школьных уроках.

    Я читал вещи, которые хотел читать, из которых извлек больше, чем из того, что разбиралось на школьных уроках.

    — Джордж Боулинг · книга
14. «

    Считается, человек умер, когда сердце остановилось. Принято так считать. Хотя не все в организме перестает работать — волосы, например, растут еще годами. Но, возможно, по-настоящему смерть наступает раньше, когда мозг костенеет, не в силах больше ухватить, переварить что-нибудь новое.

    Считается, человек умер, когда сердце остановилось. Принято так считать. Хотя не все в организме перестает работать — волосы, например, растут еще годами. Но, возможно, по-настоящему смерть наступает раньше, когда мозг костенеет, не в силах больше ухватить, переварить что-нибудь новое.

    — Джордж Боулинг · книга
15. «

    Единственный отголосок поэзии у мальчишки — вдохновение что-то сломать. кого-то укокошить. И все-таки это особая пора — потом такой энергии, такого мощного напора чувств уже не испытаешь, — годы, когда ты убежден, что жизнь впереди бесконечна и все ты совершишь, все ты успеешь.

    Единственный отголосок поэзии у мальчишки — вдохновение что-то сломать. кого-то укокошить. И все-таки это особая пора — потом такой энергии, такого мощного напора чувств уже не испытаешь, — годы, когда ты убежден, что жизнь впереди бесконечна и все ты совершишь, все ты успеешь.

    — Джордж Боулинг · книга
16. «

    Прошлое наше уходит навсегда? Да вряд ли. И одно вам скажу — славный это был мир, жилось в нем славно. Я весь оттуда. Как и вы.

    Прошлое наше уходит навсегда? Да вряд ли. И одно вам скажу — славный это был мир, жилось в нем славно. Я весь оттуда. Как и вы.

    — Джордж Боулинг · книга
17. «

    На деле женщинам любой мужик не в шутку, если умелец зубы заговаривать насчет своей страстной любви.

    На деле женщинам любой мужик не в шутку, если умелец зубы заговаривать насчет своей страстной любви.

    — Джордж Боулинг · книга
18. «

    Я душевно привязан к детству — не к своему конкретно детству, а ко всему укладу, обиходу, в котором я вырос, который нынче на последнем издыхании.

    Я душевно привязан к детству — не к своему конкретно детству, а ко всему укладу, обиходу, в котором я вырос, который нынче на последнем издыхании.

    — Джордж Боулинг · книга
19. «

    Любопытная штука — прошлое. Оно всегда с тобой; думаю, часа не проходит без мысли о чем-то, что было десять — двадцать лет назад. Причем обычно это будто не из жизни, а из учебника истории. Но иной раз какой-нибудь вид или запах (в особенности запах) — и ты не просто вспомнишь, ты окажешься там, в прошлом.

    Любопытная штука — прошлое. Оно всегда с тобой; думаю, часа не проходит без мысли о чем-то, что было десять — двадцать лет назад. Причем обычно это будто не из жизни, а из учебника истории. Но иной раз какой-нибудь вид или запах (в особенности запах) — и ты не просто вспомнишь, ты окажешься там, в прошлом.

    — Джордж Боулинг · книга
20. «

    Женившись, рано или поздно спросишь себя, зачем ты это сделал, и, Бог свидетель, миллион раз я задавал себе такой вопрос. За плечами пятнадцать лет супружества, а я все продолжаю допытываться, зачем, почему я женился на Хильде Винсент. <...> Просто-напросто я, бестолочь, совершенно не разбирался в том, что она собой представляла. И не ухватывал, конечно, что барышни из полунищей части верхов среднего класса готовы замуж за кого угодно в брюках, только бы сбежать из дому.

    Женившись, рано или поздно спросишь себя, зачем ты это сделал, и, Бог свидетель, миллион раз я задавал себе такой вопрос. За плечами пятнадцать лет супружества, а я все продолжаю допытываться, зачем, почему я женился на Хильде Винсент. <...> Просто-напросто я, бестолочь, совершенно не разбирался в том, что она собой представляла. И не ухватывал, конечно, что барышни из полунищей части верхов среднего класса готовы замуж за кого угодно в брюках, только бы сбежать из дому.

    — Джордж Боулинг · книга