Топ-22 цитаты из книги «Дзонгсар Кхьенце Норбу Ринпоче. Отчего вы не буддист»

Собрали 22 цитаты из книги «Дзонгсар Кхьенце Норбу Ринпоче. Отчего вы не буддист» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Если мы начинаем понимать не только умом, но и чувствами, всем сердцем, что все составные вещи непостоянны, наша привязанность к ним потеряет былую силу.

   Если мы начинаем понимать не только умом, но и чувствами, всем сердцем, что все составные вещи непостоянны, наша привязанность к ним потеряет былую силу.
2. «

   Ад — это просто восприятие нами собственной агрессивности.

   Ад — это просто восприятие нами собственной агрессивности.
3. «

   Если человек понимает, что его враги находятся под непосильным гнётом их собственных неведения и ненависти, что они — рабы своих привычек и стереотипов мышления, то их легче простить за досаждающие нам поведение и поступки. Точно так же нет смысла всерьёз обижаться на пациента клиники для умалишённых.

   Если человек понимает, что его враги находятся под непосильным гнётом их собственных неведения и ненависти, что они — рабы своих привычек и стереотипов мышления, то их легче простить за досаждающие нам поведение и поступки. Точно так же нет смысла всерьёз обижаться на пациента клиники для умалишённых.
4. «

   Если ты знаешь, что всё непостоянно, ты ни за что не держишься, а если ты ни за что не держишься, то не рассуждаешь с точки зрения обладания или утраты, а потому живёшь действительно наполненной жизнью.

   Если ты знаешь, что всё непостоянно, ты ни за что не держишься, а если ты ни за что не держишься, то не рассуждаешь с точки зрения обладания или утраты, а потому живёшь действительно наполненной жизнью.
5. «

   Мы словно дети на морском берегу, занятые строительством песочных замков, а возвышенные существа подобны взрослым, наблюдающим за нами, сидя под зонтиком. Дети восхищаются своими творениями, дерутся за ракушки и совки, пугаются накатывающих волн. Они испытывают всевозможные эмоции. А взрослые лежат рядом, потягивают кокосовый коктейль и наблюдают: они не оценивают эти песочные замки, не гордятся, если какой-то из них красивее других, не злятся и не горюют, если кто-то случайно наступит на башню. Драматизм происходящего не захватывает их так, как он захватывает детей.

   Мы словно дети на морском берегу, занятые строительством песочных замков, а возвышенные существа подобны взрослым, наблюдающим за нами, сидя под зонтиком. Дети восхищаются своими творениями, дерутся за ракушки и совки, пугаются накатывающих волн. Они испытывают всевозможные эмоции. А взрослые лежат рядом, потягивают кокосовый коктейль и наблюдают: они не оценивают эти песочные замки, не гордятся, если какой-то из них красивее других, не злятся и не горюют, если кто-то случайно наступит на башню. Драматизм происходящего не захватывает их так, как он захватывает детей.
6. «

   Коренная причина насилия заключается в том, что человек одержим некой заведомо нереалистичной идеей, например о справедливости или нравственности. Такая одержимость обычно проистекает от привычки держаться двойственных оценок: плохое и хорошее, безобразное и красивое, безнравственное и нравственное.

   Коренная причина насилия заключается в том, что человек одержим некой заведомо нереалистичной идеей, например о справедливости или нравственности. Такая одержимость обычно проистекает от привычки держаться двойственных оценок: плохое и хорошее, безобразное и красивое, безнравственное и нравственное.
7. «

   Даже скромность может быть разновидностью притворства и лицемерия.

   Даже скромность может быть разновидностью притворства и лицемерия.
8. «

   Кроме того, важно понять, что, раз вы буддист, вы не призваны и не обязаны обращать в буддизм остальной мир. Буддисты и буддизм – разные вещи, как демократы и демократия. Я уверен, что многие буддисты делали и делают ужасные вещи по отношению к себе самим и к окружающим. Но радует то, что до сих пор буддисты никогда не развязывали войн и не грабили храмы других религий во имя Будды и ради обращения в свою веру.

   Кроме того, важно понять, что, раз вы буддист, вы не призваны и не обязаны обращать в буддизм остальной мир. Буддисты и буддизм – разные вещи, как демократы и демократия. Я уверен, что многие буддисты делали и делают ужасные вещи по отношению к себе самим и к окружающим. Но радует то, что до сих пор буддисты никогда не развязывали войн и не грабили храмы других религий во имя Будды и ради обращения в свою веру.
9. «

   Большая часть нашей жизни связана с попыткой сделать других людей счастливее, главным об разом затем, чтобы нам самим было спокойнее. Нет ничего приятного в том, чтобы жить рядом с человеком, который постоянно хмур. Но мы не можем всё время поддерживать в другом человеке радужное настроение. Мы можем попытаться, и, допустим, иногда это нам будет удаваться, но это потребует от нас приложения огромных сил. Не достаточно в самом начале взаимоотношений один раз сказать: «Я тебя люблю».

   Большая часть нашей жизни связана с попыткой сделать других людей счастливее, главным об разом затем, чтобы нам самим было спокойнее. Нет ничего приятного в том, чтобы жить рядом с человеком, который постоянно хмур. Но мы не можем всё время поддерживать в другом человеке радужное настроение. Мы можем попытаться, и, допустим, иногда это нам будет удаваться, но это потребует от нас приложения огромных сил. Не достаточно в самом начале взаимоотношений один раз сказать: «Я тебя люблю».
10. «

    Несмотря на существование мириад форм жизни, всех нас объединяет одно — ни одно живое существо не хочет страдать. Все мы — от президентов и миллиардеров до трудолюбивых муравьев, пчёл, креветок и бабочек — хотим быть счастливыми.

    Несмотря на существование мириад форм жизни, всех нас объединяет одно — ни одно живое существо не хочет страдать. Все мы — от президентов и миллиардеров до трудолюбивых муравьев, пчёл, креветок и бабочек — хотим быть счастливыми.
11. «

    Карму накапливает сознание – ум, или «я». Если «я» действует из жадности или ненависти, создаётся отрицательная карма. Если же побудительной причиной действия является любовь, терпимость и желание счастья другим, создаётся положительная карма.

    Карму накапливает сознание – ум, или «я». Если «я» действует из жадности или ненависти, создаётся отрицательная карма. Если же побудительной причиной действия является любовь, терпимость и желание счастья другим, создаётся положительная карма.
12. «

    Наше страдание, проистекает от образа нашего восприятия.

    Наше страдание, проистекает от образа нашего восприятия.
13. «

    Представления о красоте переменчивы; причины и условия, определяемые модой, имеют постоянную тенденцию изменяться, точно так же, как склонны к переменам и те, кто эту красоту созерцает.

    Представления о красоте переменчивы; причины и условия, определяемые модой, имеют постоянную тенденцию изменяться, точно так же, как склонны к переменам и те, кто эту красоту созерцает.
14. «

    Однажды вы поймёте, и не только умом, что нет таких вещей, как «большое» и «малое», «приобретение» и «потеря», что всё это — относительно.

    Однажды вы поймёте, и не только умом, что нет таких вещей, как «большое» и «малое», «приобретение» и «потеря», что всё это — относительно.
15. «

    Если хочешь быть богатым, сначала обрети удовлетворённость; если хочешь победить врагов, сначала победи собственный гнев.

    Если хочешь быть богатым, сначала обрети удовлетворённость; если хочешь победить врагов, сначала победи собственный гнев.
16. «

    Счастье — это очень хрупкая предпосылка, иллюзия, вокруг которой мы пытаемся выстроить свою жизнь.

    Счастье — это очень хрупкая предпосылка, иллюзия, вокруг которой мы пытаемся выстроить свою жизнь.
17. «

    Если вы кого-то ненавидите, с кем-то враждуете и вынашиваете планы мести, это само по себе переживание ада.

    Если вы кого-то ненавидите, с кем-то враждуете и вынашиваете планы мести, это само по себе переживание ада.
18. «

    Именно «я» боится неудач и жаждет успеха, страшится ада и мечтает о небесах обетованных. «Я» терпеть не может страдания, но в то же самое время любит его причины. Оно с тупым упрямством ведёт войны во имя мира. Оно желает просветления, но недолюбливает путь к просветлению. Оно желает работать по-социалистически, а жить по-капиталистически. Когда «я» ощущает одиночество, оно мечтает о дружбе. Его одержимость теми, кого оно любит, проявляется в страсти, которая может легко превратиться в ненависть. Его потенциальные оппоненты — например духовные пути, призванные победить эго, — зачастую искажаются им и становятся союзниками «я». В искусстве шулерской игры ему нет равных.

    Именно «я» боится неудач и жаждет успеха, страшится ада и мечтает о небесах обетованных. «Я» терпеть не может страдания, но в то же самое время любит его причины. Оно с тупым упрямством ведёт войны во имя мира. Оно желает просветления, но недолюбливает путь к просветлению. Оно желает работать по-социалистически, а жить по-капиталистически. Когда «я» ощущает одиночество, оно мечтает о дружбе. Его одержимость теми, кого оно любит, проявляется в страсти, которая может легко превратиться в ненависть. Его потенциальные оппоненты — например духовные пути, призванные победить эго, — зачастую искажаются им и становятся союзниками «я». В искусстве шулерской игры ему нет равных.
19. «

    Мы, люди, не способны стерпеть даже укус комара, а теперь вообразите, как вы сидите в битком набитой клетке вместе с членами своей семьи и друзьями в ожидании, когда вас забьют ради мяса, или как вас откармливают в неволе, чтобы пустить на котлетный фарш.

    Мы, люди, не способны стерпеть даже укус комара, а теперь вообразите, как вы сидите в битком набитой клетке вместе с членами своей семьи и друзьями в ожидании, когда вас забьют ради мяса, или как вас откармливают в неволе, чтобы пустить на котлетный фарш.
20. «

    Запрещая есть мясо, Будда имел в виду любое мясо. Он не выделял говядину из сентиментальных соображений или свинину, потому что она нечиста, не говорил он и что можно есть рыбу, потому что у неё, дескать, нет души.

    Запрещая есть мясо, Будда имел в виду любое мясо. Он не выделял говядину из сентиментальных соображений или свинину, потому что она нечиста, не говорил он и что можно есть рыбу, потому что у неё, дескать, нет души.