67 цитат из книги «Элиф Шафак. Ученик архитектора» — коротко и по делу

Ниже 67 цитат из книги «Элиф Шафак. Ученик архитектора»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Вы должны видеть учителя в каждом искусном мастере, в какой бы стране он ни жил. Запомните: у всех мастеров одна вера.

   Вы должны видеть учителя в каждом искусном мастере, в какой бы стране он ни жил. Запомните: у всех мастеров одна вера.

   — Синан · книга
2. «

   Два величайших блага на свете – это книги и друзья. Но если книг человеку требуется много, то истинных друзей у него может быть всего лишь несколько.

   Два величайших блага на свете – это книги и друзья. Но если книг человеку требуется много, то истинных друзей у него может быть всего лишь несколько.
3. «

   Талант — это дар свыше. Наш долг — работать изо всех сил, чтобы его совершенствовать. Это все, что от нас требуется.

   Талант — это дар свыше. Наш долг — работать изо всех сил, чтобы его совершенствовать. Это все, что от нас требуется.
4. «

   Невежественные люди полагают, будто мы приходим в этот мир для того, чтобы совокупляться, производить на свет детей да еще затевать войны. На самом деле главное наше дело на этой земле — обрести знания. За этим Бог и послал нас сюда.

   Невежественные люди полагают, будто мы приходим в этот мир для того, чтобы совокупляться, производить на свет детей да еще затевать войны. На самом деле главное наше дело на этой земле — обрести знания. За этим Бог и послал нас сюда.
5. «

   На протяжении долгих лет Джахан верно служил городу, в котором был — и оставался до сих пор — чужестранцем. Он отдал свою любовь женщине, которая не принадлежала ему и никогда не будет ему принадлежать. Он посвятил себя изучению ремесла, способного увековечить его имя, но, как выяснилось, творения его оказались весьма уязвимыми и зависимыми от хода событий. То, что создавалось в расчете на века, было разрушено всего за несколько дней. То, что вчера казалось необходимым и важным, сегодня с презрением отвергалось. Он понял: в этом мире нет ничего, защищенного от капризов судьбы. А в том, что судьба капризна и переменчива, у Джахана давно уже не осталось ни малейших сомнений.

   На протяжении долгих лет Джахан верно служил городу, в котором был — и оставался до сих пор — чужестранцем. Он отдал свою любовь женщине, которая не принадлежала ему и никогда не будет ему принадлежать. Он посвятил себя изучению ремесла, способного увековечить его имя, но, как выяснилось, творения его оказались весьма уязвимыми и зависимыми от хода событий. То, что создавалось в расчете на века, было разрушено всего за несколько дней. То, что вчера казалось необходимым и важным, сегодня с презрением отвергалось. Он понял: в этом мире нет ничего, защищенного от капризов судьбы. А в том, что судьба капризна и переменчива, у Джахана давно уже не осталось ни малейших сомнений.
6. «

   Счастлив человек или же пребывает в скорби, прав он или виноват, мир вокруг остаётся неизменным и равнодушным. Когда уйдут все, кто живёт на земле ныне, солнце будут по-прежнему вставать по утрам, а луна изливать с небес свой серебристый свет.

   Счастлив человек или же пребывает в скорби, прав он или виноват, мир вокруг остаётся неизменным и равнодушным. Когда уйдут все, кто живёт на земле ныне, солнце будут по-прежнему вставать по утрам, а луна изливать с небес свой серебристый свет.

   — Джахан · книга
7. «

   Знание, илм, подобно повозке, которую тащат несколько лошадей. Если одна из лошадей пойдет быстрее, другим тоже придется ускорить шаг, дабы поспевать за ней. В результате путешественник, алим, окажется в выигрыше. Открытия, сделанные в одной сфере, способствуют более глубокому постижению всех прочих. Поэтому архитектура должна дружить с астрономией, астрономия — с математикой, арифметика — с философией и так далее.

   Знание, илм, подобно повозке, которую тащат несколько лошадей. Если одна из лошадей пойдет быстрее, другим тоже придется ускорить шаг, дабы поспевать за ней. В результате путешественник, алим, окажется в выигрыше. Открытия, сделанные в одной сфере, способствуют более глубокому постижению всех прочих. Поэтому архитектура должна дружить с астрономией, астрономия — с математикой, арифметика — с философией и так далее.
8. «

   В память о сильных мира сего — султанах, визирях и вельможах — воздвигаются грандиозные монументы. Когда умирает простой человек, память о нём живёт в сердцах и молитвах его родственников и друзей. Все люди, вне зависимости от званий и сословий, покидая этот мир, оставляют в нём хоть что-то, напоминающее о их пребывании на земле. А вот животные лишены подобного утешения. Они служат людям верой и правдой, сражаются за своих хозяев на поле брани, подвергая себя опасности, однако после смерти их ожидает полное забвение.

   В память о сильных мира сего — султанах, визирях и вельможах — воздвигаются грандиозные монументы. Когда умирает простой человек, память о нём живёт в сердцах и молитвах его родственников и друзей. Все люди, вне зависимости от званий и сословий, покидая этот мир, оставляют в нём хоть что-то, напоминающее о их пребывании на земле. А вот животные лишены подобного утешения. Они служат людям верой и правдой, сражаются за своих хозяев на поле брани, подвергая себя опасности, однако после смерти их ожидает полное забвение.
9. «

   Кто бы мог подумать, что образ, который в воображении предстает с удивительной отчетливостью, так трудно перенести на бумагу.

   Кто бы мог подумать, что образ, который в воображении предстает с удивительной отчетливостью, так трудно перенести на бумагу.
10. «

    Алчность затыкает рот благодарности.

    Алчность затыкает рот благодарности.

    — Микеланджело Буонарроти · книга
11. «

    Разве можно раскаиваться в любви? Есть множество вещей, достойных раскаяния. Алчность. Жестокость. Ложь. Но о любви сожалеть нельзя.

    Разве можно раскаиваться в любви? Есть множество вещей, достойных раскаяния. Алчность. Жестокость. Ложь. Но о любви сожалеть нельзя.

    — Меджнун-Шейх · книга
12. «

    Казалось, между человеком и зданием существует какая-то удивительная, нерасторжимая и в то же время взаимоисключающая связь. Подобно дню и ночи, они не могли сосуществовать одновременно. Когда восходит солнце, луна исчезает.

    Казалось, между человеком и зданием существует какая-то удивительная, нерасторжимая и в то же время взаимоисключающая связь. Подобно дню и ночи, они не могли сосуществовать одновременно. Когда восходит солнце, луна исчезает.
13. «

    Если что-то преграждает русло, поток воды не останавливается: он огибает препятствие или же смывает его. Если препятствие кажется непреодолимым, вода просачивается в мельчайшие щели и продолжает свой путь.

    Если что-то преграждает русло, поток воды не останавливается: он огибает препятствие или же смывает его. Если препятствие кажется непреодолимым, вода просачивается в мельчайшие щели и продолжает свой путь.
14. «

    Она твердо знала, от кого в этой жизни можно ожидать всяческих неприятностей: от мужчины, продавшего душу шайтану, от женщины, гордящейся своей красотой, от вестника, который прибывает посреди ночи.

    Она твердо знала, от кого в этой жизни можно ожидать всяческих неприятностей: от мужчины, продавшего душу шайтану, от женщины, гордящейся своей красотой, от вестника, который прибывает посреди ночи.
15. «

    Всё, что происходит в этом мире, имеет свои причины. Помните об этом и не позволяйте ненависти завладеть вашими сердцами.

    Всё, что происходит в этом мире, имеет свои причины. Помните об этом и не позволяйте ненависти завладеть вашими сердцами.

    — Синан · книга
16. «

    Он припомнил истории об отравленных евнухах и задушенных наложницах, страшные рассказы об обезглавленных визирях и шевелящихся мешках, сброшенных в Босфорский пролив, и по спине у него пробежал холодок. В этом городе было два кладбища: одно раскинулось на холмах, а другое, куда более обширное, скрывалось в море.

    Он припомнил истории об отравленных евнухах и задушенных наложницах, страшные рассказы об обезглавленных визирях и шевелящихся мешках, сброшенных в Босфорский пролив, и по спине у него пробежал холодок. В этом городе было два кладбища: одно раскинулось на холмах, а другое, куда более обширное, скрывалось в море.
17. «

    Все храмы, возведенные людьми, можно разделить на две группы: те, что стремятся достичь неба, и те, что стремятся приблизить небо к земле.

    Все храмы, возведенные людьми, можно разделить на две группы: те, что стремятся достичь неба, и те, что стремятся приблизить небо к земле.
18. «

    Люди могли бы многому научиться у зверей. Если бы они, подобно животным, не знали горьких воспоминаний о прошлом и изнуряющих тревог о будущем, если бы они отказались от хитрости и лжи, этот мир стал бы счастливым и безмятежным.

    Люди могли бы многому научиться у зверей. Если бы они, подобно животным, не знали горьких воспоминаний о прошлом и изнуряющих тревог о будущем, если бы они отказались от хитрости и лжи, этот мир стал бы счастливым и безмятежным.

    — Джахан · книга
19. «

    Впрочем, сам Джахан тоже не спал – он работал.

    Впрочем, сам Джахан тоже не спал – он работал.
20. «

    Им овладело упоение собственным успехом – опасное чувство, способное погубить самые лучшие начинания. В такие моменты шайтан стоит у своей жертвы за спиной и вкрадчиво шепчет ей на ухо: «Если уж тебе удалось получить так много, то почему бы не попросить еще большего?»

    Им овладело упоение собственным успехом – опасное чувство, способное погубить самые лучшие начинания. В такие моменты шайтан стоит у своей жертвы за спиной и вкрадчиво шепчет ей на ухо: «Если уж тебе удалось получить так много, то почему бы не попросить еще большего?»