48 цитат из книги «Элизабет Боуэн. Смерть сердца» со смыслом

Собрали 48 цитат из книги «Элизабет Боуэн. Смерть сердца» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Печаль, безусловно, выбивает у человека почву из-под ног. Почти сразу оказывается, что рафинированное искусство молчания годится лишь для счастливых дней – или для тех дней, когда боль хотя бы выносима. Но стоит печали обрести полную власть, как чувство это становится мучительным, ядовитым, под его натиском гибнет любая гордость.

   Печаль, безусловно, выбивает у человека почву из-под ног. Почти сразу оказывается, что рафинированное искусство молчания годится лишь для счастливых дней – или для тех дней, когда боль хотя бы выносима. Но стоит печали обрести полную власть, как чувство это становится мучительным, ядовитым, под его натиском гибнет любая гордость.
2. «

   Привычка – это не кабала, а нежная привязанность: воспоминания о привычном и принимают за счастье.

   Привычка – это не кабала, а нежная привязанность: воспоминания о привычном и принимают за счастье.
3. «

   …Работа – это не то, что ты из себя изображаешь, а то, что ты в нее вкладываешь.

   …Работа – это не то, что ты из себя изображаешь, а то, что ты в нее вкладываешь.

   — Матчетт · книга
4. «

   Когда сам толком не знаешь, что будет завтра, то и чувствуешь себя вечно не в своей тарелке

   Когда сам толком не знаешь, что будет завтра, то и чувствуешь себя вечно не в своей тарелке

   — майор Брутт · книга
5. «

   Не надо вам быть в двух местах сразу, не в вашем-то возрасте. Раз уж вы поехали на море, так будьте на море. А воображайте всякое, когда нужно будет воображать. В такую-то весну, как у нас теперь, с глаз долой – из сердца вон, да и будет с вас.

   Не надо вам быть в двух местах сразу, не в вашем-то возрасте. Раз уж вы поехали на море, так будьте на море. А воображайте всякое, когда нужно будет воображать. В такую-то весну, как у нас теперь, с глаз долой – из сердца вон, да и будет с вас.

   — Матчетт · книга
6. «

   Если уж и гулять в одиночестве, то хотя бы наедине с приятными мыслями.

   Если уж и гулять в одиночестве, то хотя бы наедине с приятными мыслями.
7. «

   Первый день у моря, когда чувствуешь себя просоленным, сильным, стойким и полым – будто шар водорослей, который пружинит под каблуком.

   Первый день у моря, когда чувствуешь себя просоленным, сильным, стойким и полым – будто шар водорослей, который пружинит под каблуком.
8. «

   О, бойся старух – ты даже не представляешь, как они присасываются к чужой жизни.

   О, бойся старух – ты даже не представляешь, как они присасываются к чужой жизни.

   — Эдди · книга
9. «

   Мы все сначала предъявляем друг другу требования, которым трудно соответствовать, а потом рвем себе сердца из-за этого несоответствия.

   Мы все сначала предъявляем друг другу требования, которым трудно соответствовать, а потом рвем себе сердца из-за этого несоответствия.

   — Анна Квейн · книга
10. «

    …Бывают годы, а бывают годы – иногда они удивительно долго тянутся.

    …Бывают годы, а бывают годы – иногда они удивительно долго тянутся.

    — Анна Квейн · книга
11. «

    К счастью, чувства не так уж легко перехитрить – точнее, их не удается перехитрить слишком уж часто. Они находят дорогу обратно и вслед за собой выводят нас к тому, за что еще можно схватиться.

    К счастью, чувства не так уж легко перехитрить – точнее, их не удается перехитрить слишком уж часто. Они находят дорогу обратно и вслед за собой выводят нас к тому, за что еще можно схватиться.
12. «

    В желании представить возлюбленного обществу есть что-то первобытное, в желании показать всем, что ты любима, кроется часть самоуважения.

    В желании представить возлюбленного обществу есть что-то первобытное, в желании показать всем, что ты любима, кроется часть самоуважения.
13. «

    …Мне часто кажется, что мы с тобой какие-то неправильные. Но, с другой стороны, а кто тогда правильный?

    …Мне часто кажется, что мы с тобой какие-то неправильные. Но, с другой стороны, а кто тогда правильный?

    — Анна Квейн · книга
14. «

    …Все спрятанное нужно время от времени перепрятывать.

    …Все спрятанное нужно время от времени перепрятывать.

    — Сент-Квентин Миллер · книга
15. «

    Бронзовый январский холод сковал и землю, и небо; к небу солнце не могло пробиться – но на лебедях, на кромке льда, на рядах блеклых, угрюмых домов эпохи Регентства лежал непривычный отблеск, будто сам холод был светом. Всегда есть что-то величественное в самой холодной поре зимы.

    Бронзовый январский холод сковал и землю, и небо; к небу солнце не могло пробиться – но на лебедях, на кромке льда, на рядах блеклых, угрюмых домов эпохи Регентства лежал непривычный отблеск, будто сам холод был светом. Всегда есть что-то величественное в самой холодной поре зимы.
16. «

    Они не поженились только потому, что отказывались доверять друг другу.

    Они не поженились только потому, что отказывались доверять друг другу.
17. «

    На бумаге ничего не появляется как думалось, зато появляется много такого, о чем не задумываешься. Когда пишешь, всегда немного бредишь, даже если и знаешь, что желаешь сказать… Над совершенством приходится работать и работать, постепенно становишься точнее, но далеко не всегда честнее.

    На бумаге ничего не появляется как думалось, зато появляется много такого, о чем не задумываешься. Когда пишешь, всегда немного бредишь, даже если и знаешь, что желаешь сказать… Над совершенством приходится работать и работать, постепенно становишься точнее, но далеко не всегда честнее.

    — Сент-Квентин Миллер · книга
18. «

    Чтобы делать глупости, влюбляться не обязательно – по правде сказать, я думаю, что люди гораздо глупее, когда они не влюблены, потому что тогда им во всем мерещится невесть что.

    Чтобы делать глупости, влюбляться не обязательно – по правде сказать, я думаю, что люди гораздо глупее, когда они не влюблены, потому что тогда им во всем мерещится невесть что.

    — Анна Квейн · книга
19. «

    …Первый час весны бьет как раз около пяти вечера, это осень наступает ранним утром, но весна – под конец зимнего дня. Воздух, перед тем как потемнеть, становится плотнее, начинает пульсировать странным белым светом, и завеса черноты так и не падает, словно бы случилось что-то из ряда вон выходящее. Может быть, еще и нет никаких закатов, и еще не набухли почки на ветках, но чувствам уже подали знак, знак еле приметный, но до того надежный, что, кажется, это и не знак вовсе, а движение души. И от этого пробуждается все, что было на сердце.

    …Первый час весны бьет как раз около пяти вечера, это осень наступает ранним утром, но весна – под конец зимнего дня. Воздух, перед тем как потемнеть, становится плотнее, начинает пульсировать странным белым светом, и завеса черноты так и не падает, словно бы случилось что-то из ряда вон выходящее. Может быть, еще и нет никаких закатов, и еще не набухли почки на ветках, но чувствам уже подали знак, знак еле приметный, но до того надежный, что, кажется, это и не знак вовсе, а движение души. И от этого пробуждается все, что было на сердце.
20. «

    Сердце может думать, что ему-то виднее, но чувства знают, что разлука вымарывает людей из жизни. Друг становится предателем, удаляясь – пусть с тоской, пусть с неохотой – из нашего пространства, и мы, несмотря на все мольбы сердца, судим его по всей строгости.

    Сердце может думать, что ему-то виднее, но чувства знают, что разлука вымарывает людей из жизни. Друг становится предателем, удаляясь – пусть с тоской, пусть с неохотой – из нашего пространства, и мы, несмотря на все мольбы сердца, судим его по всей строгости.