53 коротких цитаты из книги «Елизавета Дворецкая. Огненный волк»

Собрали 53 цитаты из книги «Елизавета Дворецкая. Огненный волк» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Не побояться выглядеть трусом в чьих-то глазах — на это тоже нужно мужество.

   Не побояться выглядеть трусом в чьих-то глазах — на это тоже нужно мужество.
2. «

   Огнеяр слишком любил волю, любил делать то, что хочется, и не заботиться о чужих делах. Его стремление к Гордеславову столу было гораздо слабее, чем нежелание трудиться ради того, чтобы его занять.

   Огнеяр слишком любил волю, любил делать то, что хочется, и не заботиться о чужих делах. Его стремление к Гордеславову столу было гораздо слабее, чем нежелание трудиться ради того, чтобы его занять.
3. «

   Она смотрела на него с добротой и лаской, но её чувства были отстранёнными, не предназначенными именно ему. Так ласкова всякая берёза к тому, кто отдыхает в тени её ветвей.

   Она смотрела на него с добротой и лаской, но её чувства были отстранёнными, не предназначенными именно ему. Так ласкова всякая берёза к тому, кто отдыхает в тени её ветвей.
4. «

   — А может, он сам не захотел, чтобы его узнали? — Не говори так! — вскрикнула Малинка, от возмущения забыв страх перед Белым Князем. — Он не может не хотеть! Чтоб человек назад к людям не хотел! Быть такого не может! — Отчего же не может? — Князь Волков вдруг совсем по-человечески склонил голову к плечу и лукаво посмотрел на Малинку. — Трудно быть человеком — уж я-то знаю! Волком быть легче. Быстрые ноги догонят любую добычу, острые зубы разорвут ее. Когда волк сыт — он счастлив. А человеку нужно для счастья много больше.

   — А может, он сам не захотел, чтобы его узнали? — Не говори так! — вскрикнула Малинка, от возмущения забыв страх перед Белым Князем. — Он не может не хотеть! Чтоб человек назад к людям не хотел! Быть такого не может! — Отчего же не может? — Князь Волков вдруг совсем по-человечески склонил голову к плечу и лукаво посмотрел на Малинку. — Трудно быть человеком — уж я-то знаю! Волком быть легче. Быстрые ноги догонят любую добычу, острые зубы разорвут ее. Когда волк сыт — он счастлив. А человеку нужно для счастья много больше.

   — Князь Волков · книга
5. «

   Разве он рвался в битвы, мечтал о Чуроборе, о других землях? Ничего такого он не хотел. Зачем ему богатства, слава, сам княжеский стол? Чего они стоили без любимой? А с ней они не нужны. У него был свой собственный мир, небольшой, но глубокий и наполненный, ему было в нем уютно, и его не тянуло в неведомые дали.

   Разве он рвался в битвы, мечтал о Чуроборе, о других землях? Ничего такого он не хотел. Зачем ему богатства, слава, сам княжеский стол? Чего они стоили без любимой? А с ней они не нужны. У него был свой собственный мир, небольшой, но глубокий и наполненный, ему было в нем уютно, и его не тянуло в неведомые дали.
6. «

   Огонь человеческого сердца продолжает гореть даже в осенней темноте и зимнем холоде, он согревает и наставляет, указывает путь и защищает. И пока он горит, перед ним будут бессильны даже самые могучие злые чары.

   Огонь человеческого сердца продолжает гореть даже в осенней темноте и зимнем холоде, он согревает и наставляет, указывает путь и защищает. И пока он горит, перед ним будут бессильны даже самые могучие злые чары.
7. «

   Чужой судьбы не выпросишь, от своей не уйдешь. А уйдешь — себе же на гибель.

   Чужой судьбы не выпросишь, от своей не уйдешь. А уйдешь — себе же на гибель.

   — Горлинка · книга
8. «

   Дарована тихо ахнула, подняла глаза на Светела, восхищенная красотой подарка и силой его любви — женщинами так часто первое принимается за второе!

   Дарована тихо ахнула, подняла глаза на Светела, восхищенная красотой подарка и силой его любви — женщинами так часто первое принимается за второе!
9. «

   Он воплощал собою само Знание. Оно не бывает добрым или злым — его лишь можно употребить на добро или во зло. Оно ничего не делает само — оно лишь придаёт сил тому, кто что-то делает.

   Он воплощал собою само Знание. Оно не бывает добрым или злым — его лишь можно употребить на добро или во зло. Оно ничего не делает само — оно лишь придаёт сил тому, кто что-то делает.
10. «

    Нет таких благ, на которые можно благословение предков выменять! Оно как совесть — продать-то продашь и за полбелки, а назад не купишь за сорок соболей!

    Нет таких благ, на которые можно благословение предков выменять! Оно как совесть — продать-то продашь и за полбелки, а назад не купишь за сорок соболей!

    — Елова · книга
11. «

    Он понимал, что с ним происходит, но ничего не мог изменить. Его помешательство было сродни самой любви — можно запретить себе и смотреть на любимую, но нельзя запретить думать о ней, а если она несет гибель, то и разлука с ней несет гибель тоже.

    Он понимал, что с ним происходит, но ничего не мог изменить. Его помешательство было сродни самой любви — можно запретить себе и смотреть на любимую, но нельзя запретить думать о ней, а если она несет гибель, то и разлука с ней несет гибель тоже.
12. «

    — Здесь хорошо… только вот здесь что-то… — брегиня прижала белую руку к груди, там, где у людей сердце. — Я не знаю, раньше я не знала такого. Там, у отца, была радость, а здесь что-то другое, как будто во мне поселилась осень.

    — Здесь хорошо… только вот здесь что-то… — брегиня прижала белую руку к груди, там, где у людей сердце. — Я не знаю, раньше я не знала такого. Там, у отца, была радость, а здесь что-то другое, как будто во мне поселилась осень.

    — Милава · книга
13. «

    Раскрасневшаяся от волнения, глубоко дышащая княгиня смотрела на него во все глаза, пытаясь увидеть в этом немолодом, полысевшем и поседевшем человеке того кудрявого красавца, которому обещала свою руку более двадцати лет назад. И — узнавала. Исчезли кудри, пропал румянец щек, на высоком лбу прорезались морщины — но почти тот же оставался взгляд умных, дружелюбных, немного насмешливых глаз. За ум и дружелюбие она полюбила его когда-то, и этим качествам время, сожравшее кудри и румянец, не причинило никакого вреда.

    Раскрасневшаяся от волнения, глубоко дышащая княгиня смотрела на него во все глаза, пытаясь увидеть в этом немолодом, полысевшем и поседевшем человеке того кудрявого красавца, которому обещала свою руку более двадцати лет назад. И — узнавала. Исчезли кудри, пропал румянец щек, на высоком лбу прорезались морщины — но почти тот же оставался взгляд умных, дружелюбных, немного насмешливых глаз. За ум и дружелюбие она полюбила его когда-то, и этим качествам время, сожравшее кудри и румянец, не причинило никакого вреда.
14. «

    Теперь в нём оставалось только безразличие, и это было страшнее отчаяния.

    Теперь в нём оставалось только безразличие, и это было страшнее отчаяния.
15. «

    — Тебе трудно, — печально согласился Скородум. — Но ты помни: без тебя эти миры никогда бы не встретились. Возьми из каждого ту силу, которую он может тебе дать. И тогда ты будешь не человеком и не волком, а будешь самим собой.

    — Тебе трудно, — печально согласился Скородум. — Но ты помни: без тебя эти миры никогда бы не встретились. Возьми из каждого ту силу, которую он может тебе дать. И тогда ты будешь не человеком и не волком, а будешь самим собой.

    — Скородум · книга
16. «

    Сидящий перед ним смуглый черноволосый парень с белыми звериными клыками оседлал, казалось, саму грань миров, мира людей и мира Леса, его глаза были открыты в оба эти мира сразу. Те, кого пугало и отталкивало все чужое, видели в нем только звериную половину и боялись его, забывая, что вторая половина в нем — человеческая. Он не человек и не волк, он — оба сразу, и даже Скородуму нелегко было взять это в толк. И все же он благословлял судьбу за эту встречу, открытое окно за грань миров. Не каждому выпадает встретить такое, а понять — еще меньшим.

    Сидящий перед ним смуглый черноволосый парень с белыми звериными клыками оседлал, казалось, саму грань миров, мира людей и мира Леса, его глаза были открыты в оба эти мира сразу. Те, кого пугало и отталкивало все чужое, видели в нем только звериную половину и боялись его, забывая, что вторая половина в нем — человеческая. Он не человек и не волк, он — оба сразу, и даже Скородуму нелегко было взять это в толк. И все же он благословлял судьбу за эту встречу, открытое окно за грань миров. Не каждому выпадает встретить такое, а понять — еще меньшим.
17. «

    Огнеяр мало что знал о древних судебных законах, но судил просто и остроумно. Что сделал — то и в ответ получишь, а чего себе не желаешь, то и другим не твори.

    Огнеяр мало что знал о древних судебных законах, но судил просто и остроумно. Что сделал — то и в ответ получишь, а чего себе не желаешь, то и другим не твори.
18. «

    Князь Волков призывал к себе свое племя не ради одной девушки и её жениха. Он звал на битву всех преданных ему. Белый Князь не хуже самого Огнеяра понимал, зачем к нему пришёл оборотень. Но это же немного подбадривало Огнеяра. Белый Князь зовёт на помощь — значит, боится.

    Князь Волков призывал к себе свое племя не ради одной девушки и её жениха. Он звал на битву всех преданных ему. Белый Князь не хуже самого Огнеяра понимал, зачем к нему пришёл оборотень. Но это же немного подбадривало Огнеяра. Белый Князь зовёт на помощь — значит, боится.
19. «

    Не торопись — судьбу не догонишь, да и от судьбы не уйдешь, а будет срок — сама найдет.

    Не торопись — судьбу не догонишь, да и от судьбы не уйдешь, а будет срок — сама найдет.

    — Двоеум · книга
20. «

    Кабы каждый свою судьбу знал, то половина бы жить не захотела.

    Кабы каждый свою судьбу знал, то половина бы жить не захотела.

    — Двоеум · книга